Я уйду, а потом научусь притворяться, и ты не поймешь.

Я уйду, а потом научусь притворяться, и ты не поймешь.
Будет небо, как у Матисса, роса и иней.
Будем жить, и ходить по земле, и дышать полынью,
Гордо, будто сменили уже по десятку кож.

Мне не нужно «до гроба», не нужно «как воздух», не нужно «вечность».
Я хочу, как два года назад, начинать на «вы» и
Коленки сжимать, слыша странный твой крик впервые,
Холодный, надломленный, безупречный.

Разрушай меня. Слушай. Лепи меня, как искусство.
Мой двуногий фантом, мои руки в твоих немеют,
Ты - как лучшее «я» - свободнее и светлее.
Жаль, слюнявая псовья верность не всем по вкусу.

А я знаю, какие ты любишь песни и лед касаний,
Я запомнила руки на ощупь, осудишь кражу?
Похоронить бы тебя в прошлом марте, а лучше – дважды.
А лучше – вцепиться и мучить тебя глазами.

Пусть потом придет вечер и слижет желток из окон,
Пусть предпишут любить без трехсот децибел вполголоса.
Я с тобой – просто Сила, тихая и без полюса.
Я хочу тебя Силой, мне данной, увы, не Богом.

Запинаясь на слове, когда-то обещанном,
Рассыпаясь в руках разнотравьем цветущих степей.
Остатком от тонкой твоей
Без пяти минут женщины.

(с) Дарья Мартовская