10 депрессивных книг 1. Хантер Томпсон Царство страха Хантер С.

Что почитать 24 июля 2016 Рейтинг: 0 Голосов: 0 677 просмотров
10 депрессивных книг 1. Хантер Томпсон Царство страха Хантер С.
10 депрессивных книг)

1. Хантер Томпсон — "Царство страха"

Хантер С. Томпсон, крестный отец Гонзо и главный летописец Американского кошмара, берется разобраться в теме, взяться за которую побоялся бы любой - в теме самого себя.

В "Царстве страха", его долгожданных мемуарах, Добряк Доктор окидывает взглядом прошедшие несколько десятилетий существования "на полную катушку". Это безумная история о гигантских дикобразах, девушках, оружии, взрывчатке и мотоциклах. Воспоминания о беспутном детстве в Луисвилле, о битве за пост шерифа в Аспене и о случайной попытке убить Джека Николсона. Злобная, яростная и захватывающая - впервые перед вами полная история этого "дитя Американского века", рассказанная своими словами.

2. Иэн Бэнкс — "Улица отчаяния"

«Два дня назад я решил покончить с собой» — на такой «оптимистической» ноте начинается очередная трагикомедия знаменитого шотландца, хронологически прихотливое жизнеописание бывшего рок-идола, успевшего к тридцати годам достичь вершин славы и уйти в глухое подполье. И это действительно только начало... Как и в «Осиной Фабрике», изобретательность и оригинальность Бэнкса поражает.

3. Легс Макнил, Джиллиан Маккейн — "Прошу, убей меня!"

"Прошу, убей меня" - первая подлинная история самого нигилистичного из всех поп-движений, всеобъемлющий отчёт о разнузданной и взрывной "эре панка" устами непосредственных участников, начиная со времён расцвета Фабрики Энди Уорхола в шестидесятые и до агонии в тисках "корпоративного рока" восьмидесятых. Лу Рид, Игги Поп, Дэвид Йохансен, Ди Ди Рамон, Нико, Патти Смит, Ричард Хелл, Малькольм Макларен и множество других культовых фигур панк-поколения говорят со страниц этой откровенной и шокирующей книги - фактически "документального романа" по формуле "секс, наркотики, рок-н-ролл".

4. Ник Хорнби — "Долгое падение"

Смешной, грустный и глубоко трогательный роман "Долгое падение" задает нам важные вопросы: о жизни и смерти, о незнакомцах и дружбе, о любви и боли, а также о том, сможет ли каждый из четырех неудачников разглядеть себя сквозь долгую, темную ночь души.
"В новогоднюю ночь на крышу лондонской многоэтажки с вполне определенными намерениями вылезает телеведущий Мартин Шарп, чья карьера бесславно закончилась. Он уже почти прыгнул, но тут на крыше возникает 51-летняя Морин. Следующая - Джесс, безбашенная девица, потерявшая бойфренда. В хвост пристраивается Джей-Джей - неудачник рок-музыкант, а ныне разносчик пиццы. Дальше, застигнутые за таким интимным занятием, как самоубийство, они настолько смущаются, что откладывают мероприятие и принимаются "оправдываться", - так и начинается их 400-страничный "путь вниз".
- Афиша

5. Ирвин Уэлш — "Клей"

Ирвин Уэлш - ключевая фигура английской "антилитературы". Его роман "На игле", "выстреливший" в начале девяностых и мгновенно ставший культовым, повествовал о тех, кто вплотную приблизился к бездне, открывающейся за социальным отчуждением и героиновой зависимостью. Проза Уэлша - один из тех редких случаев в серьезной литературе, когда разговоры о жанре, направлении, идеологии и подтекстах почти никак не влияют на прочтение. Это пример чисто экзистенциального письма, прямая трансляция происходящего. Недаром сам Уэлш как-то сказал, что его книги рассчитаны на эмоциональное, а не на интеллектуальное восприятие.

Прежде чем выпустить в 2004 году "Порно" - продолжение его нашумевшего дебюта "На игле", - знаменитый разоблачитель "героинового шика" Ирвин Уэлш написал "Клей". Клей - это не только связующее желеобразное вещество, вываренное из остатков костей животных; четырехполосный роман воспитания, доподлинный эпос гопников и футбольных фанатов, трогательная история о любви и дружбе.

6. Тони Дэвидсон — "Культура шрамов"

Тони Дэвидсон (р. 1965) - один из самых неоднозначных и провокационных современных писателей Шотландии. Роман "Культура шрамов" (Scar Culture, 1999) - дебют Дэвидсона в литературе - сразу же был признан критиками лучшей книгой года. Дэвидсон блестяще изображает больной мир и его влияние на души людей.
"Учетной записью чистого зла" была названа эта книга газетой "Дэйли телеграф". Но прежде чем лечить болезнь, нужно поставить диагноз, что Дэвидсон и пытается сделать в своем романе.

7. Анна Гавальда — "Я ее любил. Я его любила"

Анна Гавальда - ярчайшая "звезда французской словесности", чей успех в ряде стран уже затмил пресловутый "Код да Винчи". Ее называют "литературным феноменом", "нежным Уэльбеком" и "новой Франсуазой Саган". Ее книги, покорившие миллионы читателей по всему миру, отмечены целым созвездием литературных премий, переводятся на десятки языков, по ним ставят спектакли и снимают фильмы.
Роман "Я ее любил. Я его любила" - пронзительно грустная и красивая книга о любви, раскрывающая самые острые и потаенные грани этого прекрасного и загадочного чувства. Книга, в "фирменном" авторском стиле сочетающая внешнюю простоту с внутренней глубиной, тонкий психологизм с безукоризненной точностью каждого слова.

8. Лорен Оливер — "Делириум"

Недалекое будущее. Мир, в котором запрещена любовь, потому что любовь — болезнь, опаснейшая амор делириа, и человеку, нарушившему запрет, грозит жестокое наказание. Посему любой гражданин, достигший восемнадцатилетнего возраста, обязан пройти процедуру освобождения от памяти прошлого, несущего в себе микробы болезни.
"Делириум" — история Лины, девушки, которой до процедуры остается несколько месяцев. И она наверняка повторила бы судьбу большинства законопослушных граждан, если бы не встретила человека, резко изменившего ее взгляд на окружающий мир.

9. Кадзуо Исигуро — "Не отпускай меня"

От урожденного японца, выпускника литературного семинара Малькольма Брэдбери, лауреата Букеровской премии за "Остаток дня" - самый поразительный английский роман 2005 года.

Тридцатилетняя Кэти вспоминает свое детство в привилегированной школе Хейлшем, полное странных недомолвок, половинчатых откровений и подспудной угрозы.
Это роман-притча, это история любви, дружбы и памяти, это предельное овеществление метафоры "служить всей жизнью".

10. Милан Кундера — "Невыносимая легкость бытия"

"Невыносимая легкость бытия" (1984) - самый знаменитый роман Милана Кундеры, которым зачитываются все новые и новые поколения читателей, открывающие для себя вершины литературы XX века.

Похожие статьи:

Что почитать → Христос и Бог! Я жажду чуда Теперь, сейчас, в начале дня! О, дай мне умереть, покуда Вся жизнь как книга для меня. (стихи Марина Цветаева)
Что почитать → Продав Сну шубу моя ничего не стоит , старинную люстру, красное дерево и 2 книги сборничек Версты и Феникс Конец Казановы с трудом (стихи Марина Цветаева)
Что почитать → АЛЕКСАНДР ТВАРДОВСКИЙ. ВАСИЛИЙ ТЁРКИН (Книга про бойца)
Что почитать → Надпись в альбом Пусть я лишь стих в твоем альбоме, Едва поющий, как родник Ты стал мне лучшею из книг, А их немало в старом доме! (стихи Марина Цветаева)
Что почитать → Только детские книги читать, Только детские думы лелеять, Все большое далеко развеять, Из глубокой печали восстать. (Осип Мандельштам)
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Свежее в блогах

Говорим мы с тобой как ровня, так поставил ты дело сразу
У меня седина на висках, К 40 уж подходят годы А ты вечно такой молодой Веселый всегда и суровый Говорим мы с тобой как ровня Так поставил ты дело сразу Дядька мой говорил я на...
Когда друзья уходят, это плохо (памяти Димы друга)
Когда друзья уходят, это плохо Они на небо, мы же здесь стоим И солнце светит как то однобоко Ушел, куда же друг ты там один И в 40 лет, когда вокруг цветёт Когда все только начинает жить...
Степь кругом как скатерть росписная
Степь кругом как скатерть росписная Вся в траве пожухлой от дождя Я стою где молодость играла Где мальчонкой за судьбой гонялся я Читать далее.........
Мне парень сказал что я дядя Такой уже средних лет
Мне парень сказал что я дядя Такой уже средних лет А я усмехнулся играя Словами, как ласковый зверь Ты думаешь молодость вечна Она лишь дает тепло Но жизнь товарищ бесконечна И молодость...
Здравствуй! Помнишь? Лучше промолчу.. не должна ты помнить и не надо
Здравствуй! Помнишь? Лучше промолчу.. не должна ты помнить и не надо Тот рассвет, который на корню, нам тогда казалось, что до края... Ты узнала? Я не ожидал, много лет, как будто день вчерашний,...