10 депрессивных книг 1. Хантер Томпсон Царство страха Хантер С.

Что почитать 24 июля 2016 Рейтинг: 0 Голосов: 0 413 просмотров
10 депрессивных книг 1. Хантер Томпсон Царство страха Хантер С.
10 депрессивных книг)

1. Хантер Томпсон — "Царство страха"

Хантер С. Томпсон, крестный отец Гонзо и главный летописец Американского кошмара, берется разобраться в теме, взяться за которую побоялся бы любой - в теме самого себя.

В "Царстве страха", его долгожданных мемуарах, Добряк Доктор окидывает взглядом прошедшие несколько десятилетий существования "на полную катушку". Это безумная история о гигантских дикобразах, девушках, оружии, взрывчатке и мотоциклах. Воспоминания о беспутном детстве в Луисвилле, о битве за пост шерифа в Аспене и о случайной попытке убить Джека Николсона. Злобная, яростная и захватывающая - впервые перед вами полная история этого "дитя Американского века", рассказанная своими словами.

2. Иэн Бэнкс — "Улица отчаяния"

«Два дня назад я решил покончить с собой» — на такой «оптимистической» ноте начинается очередная трагикомедия знаменитого шотландца, хронологически прихотливое жизнеописание бывшего рок-идола, успевшего к тридцати годам достичь вершин славы и уйти в глухое подполье. И это действительно только начало... Как и в «Осиной Фабрике», изобретательность и оригинальность Бэнкса поражает.

3. Легс Макнил, Джиллиан Маккейн — "Прошу, убей меня!"

"Прошу, убей меня" - первая подлинная история самого нигилистичного из всех поп-движений, всеобъемлющий отчёт о разнузданной и взрывной "эре панка" устами непосредственных участников, начиная со времён расцвета Фабрики Энди Уорхола в шестидесятые и до агонии в тисках "корпоративного рока" восьмидесятых. Лу Рид, Игги Поп, Дэвид Йохансен, Ди Ди Рамон, Нико, Патти Смит, Ричард Хелл, Малькольм Макларен и множество других культовых фигур панк-поколения говорят со страниц этой откровенной и шокирующей книги - фактически "документального романа" по формуле "секс, наркотики, рок-н-ролл".

4. Ник Хорнби — "Долгое падение"

Смешной, грустный и глубоко трогательный роман "Долгое падение" задает нам важные вопросы: о жизни и смерти, о незнакомцах и дружбе, о любви и боли, а также о том, сможет ли каждый из четырех неудачников разглядеть себя сквозь долгую, темную ночь души.
"В новогоднюю ночь на крышу лондонской многоэтажки с вполне определенными намерениями вылезает телеведущий Мартин Шарп, чья карьера бесславно закончилась. Он уже почти прыгнул, но тут на крыше возникает 51-летняя Морин. Следующая - Джесс, безбашенная девица, потерявшая бойфренда. В хвост пристраивается Джей-Джей - неудачник рок-музыкант, а ныне разносчик пиццы. Дальше, застигнутые за таким интимным занятием, как самоубийство, они настолько смущаются, что откладывают мероприятие и принимаются "оправдываться", - так и начинается их 400-страничный "путь вниз".
- Афиша

5. Ирвин Уэлш — "Клей"

Ирвин Уэлш - ключевая фигура английской "антилитературы". Его роман "На игле", "выстреливший" в начале девяностых и мгновенно ставший культовым, повествовал о тех, кто вплотную приблизился к бездне, открывающейся за социальным отчуждением и героиновой зависимостью. Проза Уэлша - один из тех редких случаев в серьезной литературе, когда разговоры о жанре, направлении, идеологии и подтекстах почти никак не влияют на прочтение. Это пример чисто экзистенциального письма, прямая трансляция происходящего. Недаром сам Уэлш как-то сказал, что его книги рассчитаны на эмоциональное, а не на интеллектуальное восприятие.

Прежде чем выпустить в 2004 году "Порно" - продолжение его нашумевшего дебюта "На игле", - знаменитый разоблачитель "героинового шика" Ирвин Уэлш написал "Клей". Клей - это не только связующее желеобразное вещество, вываренное из остатков костей животных; четырехполосный роман воспитания, доподлинный эпос гопников и футбольных фанатов, трогательная история о любви и дружбе.

6. Тони Дэвидсон — "Культура шрамов"

Тони Дэвидсон (р. 1965) - один из самых неоднозначных и провокационных современных писателей Шотландии. Роман "Культура шрамов" (Scar Culture, 1999) - дебют Дэвидсона в литературе - сразу же был признан критиками лучшей книгой года. Дэвидсон блестяще изображает больной мир и его влияние на души людей.
"Учетной записью чистого зла" была названа эта книга газетой "Дэйли телеграф". Но прежде чем лечить болезнь, нужно поставить диагноз, что Дэвидсон и пытается сделать в своем романе.

7. Анна Гавальда — "Я ее любил. Я его любила"

Анна Гавальда - ярчайшая "звезда французской словесности", чей успех в ряде стран уже затмил пресловутый "Код да Винчи". Ее называют "литературным феноменом", "нежным Уэльбеком" и "новой Франсуазой Саган". Ее книги, покорившие миллионы читателей по всему миру, отмечены целым созвездием литературных премий, переводятся на десятки языков, по ним ставят спектакли и снимают фильмы.
Роман "Я ее любил. Я его любила" - пронзительно грустная и красивая книга о любви, раскрывающая самые острые и потаенные грани этого прекрасного и загадочного чувства. Книга, в "фирменном" авторском стиле сочетающая внешнюю простоту с внутренней глубиной, тонкий психологизм с безукоризненной точностью каждого слова.

8. Лорен Оливер — "Делириум"

Недалекое будущее. Мир, в котором запрещена любовь, потому что любовь — болезнь, опаснейшая амор делириа, и человеку, нарушившему запрет, грозит жестокое наказание. Посему любой гражданин, достигший восемнадцатилетнего возраста, обязан пройти процедуру освобождения от памяти прошлого, несущего в себе микробы болезни.
"Делириум" — история Лины, девушки, которой до процедуры остается несколько месяцев. И она наверняка повторила бы судьбу большинства законопослушных граждан, если бы не встретила человека, резко изменившего ее взгляд на окружающий мир.

9. Кадзуо Исигуро — "Не отпускай меня"

От урожденного японца, выпускника литературного семинара Малькольма Брэдбери, лауреата Букеровской премии за "Остаток дня" - самый поразительный английский роман 2005 года.

Тридцатилетняя Кэти вспоминает свое детство в привилегированной школе Хейлшем, полное странных недомолвок, половинчатых откровений и подспудной угрозы.
Это роман-притча, это история любви, дружбы и памяти, это предельное овеществление метафоры "служить всей жизнью".

10. Милан Кундера — "Невыносимая легкость бытия"

"Невыносимая легкость бытия" (1984) - самый знаменитый роман Милана Кундеры, которым зачитываются все новые и новые поколения читателей, открывающие для себя вершины литературы XX века.

Похожие статьи:

Что почитатьНадпись в альбом Пусть я лишь стих в твоем альбоме, Едва поющий, как родник Ты стал мне лучшею из книг, А их немало в старом доме! (стихи Марина Цветаева)
Что почитатьАЛЕКСАНДР ТВАРДОВСКИЙ. ВАСИЛИЙ ТЁРКИН (Книга про бойца)
Что почитатьТолько детские книги читать, Только детские думы лелеять, Все большое далеко развеять, Из глубокой печали восстать. (Осип Мандельштам)
Что почитатьХристос и Бог! Я жажду чуда Теперь, сейчас, в начале дня! О, дай мне умереть, покуда Вся жизнь как книга для меня. (стихи Марина Цветаева)
Что почитатьПродав Сну шубу моя ничего не стоит , старинную люстру, красное дерево и 2 книги сборничек Версты и Феникс Конец Казановы с трудом (стихи Марина Цветаева)
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Свежее в блогах

Они кланялись тем кто выше
Они кланялись тем кто выше Они рвали себя на часть Услужить пытаясь начальству Но забыли совсем про нас Оторвали куски России Закидали эфир враньём А дороги стоят большие Обнесенные...
Говорим мы с тобой как ровня, так поставил ты дело сразу
У меня седина на висках, К 40 уж подходят годы, А ты вечно такой молодой, Веселый всегда и суровый Говорим мы с тобой как ровня, Так поставил ты дело сразу, Дядька мой говорил...
Когда друзья уходят, это плохо (памяти Димы друга)
Когда друзья уходят, это плохо Они на небо, мы же здесь стоим И солнце светит как то однобоко Ушел, куда же друг ты там один И в 40 лет, когда вокруг цветёт Когда все только начинает жить...
Степь кругом как скатерть росписная
Степь кругом как скатерть росписная Вся в траве пожухлой от дождя Я стою где молодость играла Где мальчонкой за судьбой гонялся я Читать далее.........
Мне парень сказал что я дядя Такой уже средних лет
Мне парень сказал что я дядя Такой уже средних лет А я усмехнулся играя Словами, как ласковый зверь Ты думаешь молодость вечна Она лишь дает тепло Но жизнь товарищ бесконечна И молодость...