Книга Бриг «Артемида» читать онлайн (Владислав Крапивин)

Тетичка Полина Федоровна вся извелась, „иди, – говорит, –

Арина, сыщи неслухов“. А мне только и заботы, что бегать за вами, на кухне к ужину ничего еще не готово, беда одна…

– Ежели не готово, чего нас раньше сроку домой тащить? – рассудил Гриша.

– А того, что Платон Филиппыч приехали, спрашивают, где дети. „Почему, – говорит, – одна только Лизонька на мне висит?“

– Папенька приехал! – наперебой завизжали сестры, которые невесть откуда оказались рядом.

А еще рядом оказался Ефимка Грач, сын приказчика из скобяной лавки торговца Густова. Сказал с легкостью:

– Ты, Булат, щас домой пойдешь? Оставь мне своих „коняшек“ покататься полчасика, я свои сани на кочке хрустнул.

Просьба была довольно нахальная, поскольку в близких приятелях у Гриши Ефимка не числился. И решил уже Гриша ответить: „Свои добил, а

теперь мои захотел?“ Но глянул на притихшего неподалеку Агейку и ответил нежданно для себя:

– Ладно, бери. Только не один катайся, а вот с ним, – и кивнул на маленького. – Да не обижай…

– Зачем обижать-то? – честно удивился Ефимка. – Будет, как ты сказал…

– Потом поставь санки у нашей калитки, звякни в колоколец. Кто-нибудь выйдет, заберет…

Девочки той порой весело уговаривали Арину сесть в сани. Мол, домчим до дому за то, что принесла добрую весть о папеньке. Ухватили даже и

со смехом старались усадить в легонькие розвальни.

– Да отпустите вы меня, оглашенные! Чё люди-то скажут! Взрослую дурёху малолетки везут! Обсмеют на весь свет!.

– А мы скажем, что к Масленице готовимся! Репетиция такая! – нашелся Гриша.

– Какая еще ри…ты… пица? Грех один…

– Репетиция! Ну, подготовка будто к домашнему театру на Рождество! Помнишь?

– Ты, Гришка, угомонился бы! Больно шустрый стал. Вот скажу Платону Филиппычу… у меня есть чего про тебя сказать. Он тебя отдерет за милую

душу!

Гриша смеялся (а девчонки упрямо усаживали Арину). Ничего она про него не скажет, хотя и есть что. И никто его не отдерет. Сроду такого не

бывало!

…Правда, один раз, прошлою весной, чуть оно не случилось. Гриша гонялся по комнатам за маленькой резвой Катенькой и запустил ей вслед тугой

вышитой подушечкой – одной из тех, что лежали по креслам. Катька – вот ловкая! – животом упала на половицы, подушка пролетела сверху и

угодила в тонконогий перламутровый столик у дивана. А на столике красовалась лампа со стеклянным абажуром из розоватого стекла (называется

„венецианское“). Лампа – на пол, абажур – вдребезги, Катька – в рёв, хотя она-то здесь ни при чём! Шум, люди… Среди всех сбежавшихся –

высокая, ставшая сразу будто деревянной, тетичка Полина Федоровна.

– Это что же такое! Сколько раз тебе, Григорий, говорилось: веди себя в доме пристойно, не шали сверх меры. А ты опять… Такая лампа была!

Да не в лампе дело, а в твоем непослушании… Дуся!

Появилась вертлявая кухарка Дуся (взятая временно, в помощь Арине).

– Дуся, принеси-ка вицу!

Девица хихикнула и ускользнула. И сразу появилась опять – с длинным черным прутом (будто он был припасен заранее). Хихикнула снова –

видать, ей было любопытно.