Книга Ласточки и амазонки читать онлайн (Артур Рэнсом)

Услышав шаги Роджера, Джон поднял взгляд и, заметив в руках у брата телеграмму, мгновенно вскочил на ноги.

– Депеша? – спросил он.

– Это ответ, – заявил Роджер. – Тут говорится «да», и это «да» и для меня тоже, если я буду подчиняться приказам и вы с Сьюзен возьмете меня. А если «да» относится ко мне, то оно относится и к Титти.

Джон взял у Роджера телеграмму. Титти поднялась на ноги и бегом бросилась к остальным. Сьюзен поднесла нож с куском мармелада к ломтю хлеба, стараясь не уронить ни крошки, однако так и позабыла намазать бутерброд. Джон открыл конверт и вытащил белый листок.

– Читай вслух, – потребовала Сьюзен.

Джон прочел:

– «Утопленники лучше, чем тупицы, но лишь тупица может утопиться». Ура, папочка! – воскликнул он.

– Что это означает? – спросила Сьюзен.

– Это означает «да», – ответила Титти.

– Это означает – папа считает, что никто из нас не окажется настолько глупым, чтобы утонуть, а если окажется, то оно и к лучшему, если такой тупица утонет.

– Но почему утопленник лучше, чем тупица? – спросила Сьюзен.

– Ну как ты не понимаешь? – отозвалась Титти. – Если мы окажемся тупицами, то мы с тем же успехом могли бы быть и утопленниками, и хуже от этого никому не стало бы. А потом говорится, что, поскольку мы не тупицы…

– Не «поскольку», а «если», – поправил Джон.

– Если мы не тупицы, то мы и не утонем.

– Папа вставил это для того, чтобы маме было спокойнее, – кивнула Сьюзен и продолжила намазывать мармелад на хлеб.

– Давайте начнем сейчас же, – предложил Роджер.

Но тут в разговор вмешался чайник. Он уже несколько минут булькал и клокотал, а теперь начал тихо свистеть на одной ноте, а из носика у него вырывалась длинная струйка пара. Это означало, что вода наконец-то закипела. Сьюзен сняла чайник с огня и высыпала в него маленький пакетик чайной заварки.

– Мы все равно не сможем взяться за дело сегодня вечером, – возразила брату Сьюзен. – Давайте попьем чаю и составим список вещей, которые нам нужно будет взять.

– Давайте пить чай там, откуда виден остров, – предложила Титти.

Дети перенесли поближе к краю обрыва кружки, чайник и жестяной поднос, на котором горкой лежали толстые ломти ржаного хлеба, намазанные мармеладом. Остров находился примерно в миле от утеса, а еще дальше виднелся пологий южный берег озера. Вода у берегов острова была гладкой, словно зеркало, и в ней отражались кроны деревьев. Дети каждый день любовались этим дивным зрелищем, но теперь, когда от отца пришла телеграмма, остров стал для них еще более настоящим – если можно так выразиться, – чем был когда-либо прежде. Джон, Сьюзен, Титти и Роджер взобрались на утес еще в первый день после приезда на ферму, где их мать снимала комнаты на лето. И с этого утеса, который Титти назвала Дариенским пиком, они узрели озеро – озеро, которое при желании можно было счесть маленьким морем. И, что самое замечательное, на этом озере был остров. Всем четверым немедленно пришла в голову одна и та же идея. Это не просто остров – это тот самый, главный и единственный Остров, который ждет, чтобы Джон, Сьюзен, Титти и Роджер ступили на его берега. И разве способен настоящий искатель приключений преспокойно жить на суше и спать по ночам в своей постели, если остров – дивный и манящий остров – находится так близко, просто рукой подать? Бегом вернувшись домой, дети поведали матери о своем открытии и принялись умолять ее немедленно… ну хорошо, завтра же съехать с фермы, отправиться на остров и поселиться там на всю оставшуюся жизнь! Однако мама напомнила, что у нее, помимо Джона, Сьюзен, Титти и Роджера, есть еще и Викки – пухленькая крошка, очень похожая на портрет престарелой королевы Виктории.