Книга Неизвестный солдат читать онлайн (Анатолий Рыбаков)

Инспектор тотчас

высадил его из-за руля. Парень спокойно вылез – оказывается, он сдает езду уже четвертый раз и будет сдавать двадцать четвертый, лопух: вылез из

машины, не поставив ее на скорость, не затянув ручного тормоза. Вылез и спокойно отправился домой.
    Инспектор указал мне на его место. Я пересел, и первое, что сделал, – затянул ручной тормоз. Этот мой профессиональный жест подкупил

инспектора: почувствовал опытного водителя. Велел мне развернуться на перекрестке – я развернулся. Велел остановиться – я остановился у

тротуара. Подписал мой листок; через час я получил права.
    Так все просто, быстро и хорошо на этот раз произошло.
    Теперь я мог работать и на участке. Если, конечно, Воронов даст мне машину. Но даст ли он мне ее? В отряде я еще не показывался, ничего

не решил, жил у дедушки: ведь у меня отпуск за свой счет.
    С дедушкой наши разговоры вертелись вокруг старухи Бокаревой. Он был этим очень озабочен.
    – Могила не ее сына, а Краюшкина, – говорил дедушка, – а ты ей ничего не сказал. Дом продаст, прикатит сюда, а это все не ее – езжай

обратно! А куда обратно? Убьем старуху.
    – Не мог я ей сказать, не мог! – закричал я. – Если бы ты видел ее глаза, видел бы эту несчастную женщину, она живет одним, этой

могилой, этой поездкой, – ты бы тоже не смог ей сказать! Почему обязательно я? Пусть говорят те, кто писал ей, пусть снова напишут.
    – Агапов? Ведь он запрашивал, высказал предположение.
    – Вот и пусть напишет правду.
    – А может, и не стоит писать правду? – сказал вдруг дедушка.
    – Это невозможно, – ответил я, – кто позволит говорить неправду?
    – Так ведь правду пока знаешь ты один.
    – Я неправды говорить не буду.
    – Неизвестно еще, где она, настоящая правда, – сказал дедушка.
    – Ага, – с горечью сказал я, – все решили, что это Бокарев, только я один сомневался. И теперь, когда я доказал, что был прав, я должен

от всего отказаться. Выходит, я зря искал, зря все делал...
    – Почему же зря? – спросил дедушка. Нашел матери сына – разве этого мало?
    Я не знал, как поступить. Я не мог скрывать правду, но мне было жалко старуху Бокареву, и Клавдию Иванцову, и Анну Петровну. Эти люди

ждут до сих пор, ждут и надеются. А дети Краюшкина не ждут и не надеются. Но пусть они плохие дети – при чем же сам Краюшкин? Ведь его могила,

он разгромил штаб, – разве не обязаны мы ему воздать должное?
    Так я и не мог ничего решить, ничего не предпринимал. Пусть решают сами, пусть сами предпринимают что надо. Кого я имел в виду – не

знаю. Совет ветеранов? Штаб следопытов? Горсовет? Не знаю. Стоит при дороге могила неизвестного солдата, ничего на ней не написано; я один знаю,

чья могила, ну еще и дедушка с моих слов. И каждый может думать что хочет: Бокарева – что здесь ее сын, Краюшкины – что здесь их отец. Ведь в

могиле Неизвестного солдата в Москве тоже неизвестно кто.
    Так ничего и не решив, я отправился на участок. С участком я тоже ничего не решил. Покажу Воронову свои права, увижу, что он мне

предложит, и тогда решу.
    Самое неожиданное, что ожидало меня в отряде, – это Зоя Краюшкина. Она сидела возле вагончика.
    – Ты откуда взялась? – удивился я.