Книга Приключения Томека на Черном континенте читать онлайн (Альфред Шклярский)

На этот раз путешественники остановились на ночлег на опушке рощи раскидистых акаций. Как только были установлены палатки и разведен костер, боцман Новицкий стал готовить ужин, а Хантер взялся за свежевание убитой газели. Охотники с интересом следили за его работой. Дело в том, что снять шкуру с убитого животного так, чтобы получился бурдюк для воды, дело нелегкое, требующее большого навыка и ловкости. Одно неправильное движение ножа – и можно повредить шкуру, сделав ее совершенно непригодной.

Хантер взялся за свежевание животного с полным знанием дела. Он связал задние ноги газели веревкой и повесил тушку на ветви дерева. Потом острым ножом разрезал шкуру вдоль внутренней поверхности ног вплоть до хвоста, вывернул ее и с большим усилием стянул шкуру до конца, как стягивают обычно чулок. Снятая шкура напоминала теперь мешок с отверстиями.

– А как вы будете ее дубить? – спросил Вильмовский у Хантера.

– Шкуру сначала надо хорошенько очистить, – ответил Хантер. – С этой целью ее надо закопать в землю на двадцать четыре часа, потом вымыть и удалить шерсть. Дубление начинают с того, что шкуру держат четыре дня в воде, к которой добавляют немного мелко нарезанной коры мимозы. Шкуру ежедневно вынимают из воды, растягивают на колышках, скребут острым камнем и натирают свежей молотой корой мимозы. После этого можно зашить отверстия, оставляя только то, которое находится спереди. Хороший бурдюк должен быть пористым, чтобы испаряющаяся вода могла увлажнять его наружную поверхность. Испарение воды с поверхности бурдюка охлаждает его содержимое.

– Вы хотите, чтобы из‑за этого бурдюка мы торчали посреди этой пустыни целых четыре дня? – возмутился боцман Новицкий.

– Не бойтесь. Завтра в полдень мы будем уже в деревне масаев. Их жены все сделают как надо, – успокоил его Хантер. – Скоро вы убедитесь в прочности такого бурдюка.

– Может быть, вы правы, но мне сдается, что для рома больше подходит манерка или простая бутылка, – пробурчал боцман.

Охотники поужинали жарким из газели, которое показалось им очень вкусным, несмотря на легкий запах мускуса. Как и в предыдущую ночь, Томек первым встал на вахту. Он с бьющимся сердцем вслушивался в звуки, доносившиеся из темной степи. В двенадцать часов его сменил Хантер. Томек немедленно направился в палатку, лег в постель и укрылся одеялом, но спокойно уснуть не мог. Дело в том, что в степи бродила целая масса животных, и сон Томека ежеминутно прерывался топотом пробегавших стад. На рассвете Томеку показалось, что где‑то неподалеку раздался рев льва.

На следующий день, едва лишь охотники тронулись в дальнейший путь, небо покрылось черными тучами. Вдали глухо зарокотал гром. Пошел дождь, но Хантер не разрешил остановиться, чтобы его переждать. Путешественники проехали несколько небольших перевалов и очутились на тропинке, ведущей через густые заросли тальника. Местами приходилось пробираться по небольшим болотам. Всадники заметили по дороге нескольких шакалов, пробегавших впереди. Прямо из‑под копыт лошадей срывались стаи чаек.

Дождь скоро прошел. На небе снова появилось жаркое солнце. Охотники выехали на равнину, поросшую густой травой. На горизонте темнела полоса леса. Путешественники пришпорили лошадей, которые поскакали галопом. Во время трехчасовой езды Смуга заметил в степи стройные силуэты жираф, но Хантер, чем‑то обеспокоенный, торопил всадников, не обращая внимания на животных.

– Мы уже въехали в район пастбищ масаев. Но удивительно, что мы до сих пор не встретили ни одного стада, – с тревогой сказал Хантер.

– Может быть, дружественное вам племя перебралось в другое место? – спросил Вильмовский. – Ведь вы говорили, что они ведут кочевую жизнь.