Книга Таня Гроттер и Болтливый сфинкс читать онлайн (Дмитрий Емец)

Ягун решил, что ты вознамерился уморить себе голодом, – сказала она питекантропу.
   Тарарах голодными глазами уставился на окорок и за рукав втянул Таню в берлогу.
   Пахло в берлоге как в прицепе бродячего цирка. У камина валялась задняя нога вепря. Другая нога, обглоданная, торчала из клетки с хищниками. Все свидетельствовало о том, что безнадежными больными далекий от сантиментов Тарарах кормил тех, что шли на поправку.
   Выли в вольере волки-альбиносы, покусанные оборотнем и находившиеся под карантинным наблюдением. Страдая от блох и дурного пищеварения, грузно ворочался в массивной клетке тонкий и изящный принц, некогда превращенный колдуньей в медведя.
   Для обратного превращения медведя в принца требовалось, чтобы одна из потомственных принцесс, всерьез озабоченная идеей династийного брака, провела с ним в клетке три дня и три ночи. Желающие, как ни странно, изредка встречались, но сложность состояла в том, что от берложного образа жизни характер юного принца стремительно портился. И сейчас, если приглядеться, в углу клетки можно было разглядеть пару характерных, истинно царственных женских черепов. Принц, похоже, пытался остаться холостяком.
   Питекантроп с усилием задвинул засов и, точно не доверяя ему, мнительно подергал дверь.
   – Сарданапал знает, что ты здесь? – спросил он.
   – Нет.
   – А Медузия?
   – Тоже нет.
   – Ты уверена?
   – Да что с тобой такое? К тебе уже нельзя пойти, не предупредив Медузию? – не выдержала Таня.
   Лицо Тарараха пошло пятнами, вроде тех, что бывают на дозревающем в ящике краснодарском помидоре.
   – Да нет. Только тут такая штука! Я вроде как задумал посидеть немного один, обмыслить кой-чего… Так что ты это, Танюха, не обижайся… когда надо будет, я позову, не подумай чего… – забормотал он.
   Таня, улыбаясь, наблюдала, как огромные ручищи мнут медвежью шкуру. Порочное искусство лжи было в совершенстве освоено миром многим позже рождения Тарараха, и, как следствие, бедный питекантроп совершенно не умел лгать. Любая тайна высвечивалась на его лице столь явственно, словно ее вывели на небе буквами размером с гору.
   «Не успокоюсь, пока не узнаю, в чем тут дело! У Тарараха от меня секретов никогда не было и никогда не будет!» – сказала себе Таня.
   – Угу… угу… угу… Обмыслить – это дело полезное! А теперь ты, может, скажешь, кому ты поклялся молчать? – настойчиво спросила Таня.
   Глаза Тарараха наполнились горестным недоумением разоблаченного разведчика. Бедняга понял, что засветился, но так и не понял, каким образом. Человек с большими буквами на лбу обычно не может читать их сам.
   – Слушай, помнишь, ты проспорил мне желание, когда утверждал, что я поймаю купидона сачком для бабочек?
   Тарарах кивнул.
   – Так вот, я желаю знать, что за тайна и кому ты поклялся! – настойчиво повторила Таня.
   Питекантроп развел руками и убито показал на рот.
   – А, ну ясно! С тебя взяли Разрази громус! – понимающе кивнула Таня. – Ты поклялся не говорить о чем-то или не моргать?
   Тарарах отважно заморгал, демонстрируя, что моргать он может сколько влезет.
   – Ну и замечательно! Говорить тебе ничего и не придется! Давай так: один раз моргнешь – «да». Два раза – «нет». Договорились?
   Лицо Тарараха выразило сомнение в блистательности затеи.
   – Верь мне! Никто так не умеет обходить ловушки хитрых преподов, как хорошие девочки со светлого отделения, попавшие в дурную компанию.