Книга Таня Гроттер и ботинки кентавра читать онлайн (Дмитрий Емец)

Фодий обернулся на него, и серый в яблоках замолчал.
– Этот парень разделил его проклятие на двоих. Но он тоже мог умереть! Никто не знал, как сильно Мардоний был проклят. Могло случиться, что проклятья хватило бы и на десятерых, – изрёк он.
– Одна смерть на двоих – это много. В конце концов, нам обоим удалось выкарабкаться, – сказал И–Ван.
И–Ван заметил, что оба соловых кентавра и все гнедые смотрят на него уже другими глазами. Только серый в яблоках, пожалуй, продолжал его ненавидеть.
– Всё равно я не пойму, зачем ты пошёл на это! У тебя же были неприятности! – гнедой, казалось, силился понять.
– Неприятности есть у всех. Если у кого–то нет неприятностей, это значит, что он уже умер, – сказал И–Ван, пожимая плечами.
– Но зачем ты помог кентавру? Ты же маг!
– Я помог кентавру, потому что ему нужна была помощь. И потому что кентавры заслуживают лучшей участи, – сказал И–Ван.
– Кентавры не нуждаются в благодеяниях магов и в их подачках! Лучше бы ты дал Мардонию умереть, – заявил серый в яблоках. Судя по апломбу, с которым он держался, у него было в имени буквы четыре. Но едва ли больше пяти.
Остальные кентавры промолчали, однако И–Вану показалось, что у них другое мнение.
– Мардоний скрывается. В От–И–Тиде у него много врагов. Здесь ему нельзя появляться, – негромко сказал гнедой.
– Значит, я не смогу его увидеть? – огорчился И–Ван.
Фодий оглянулся на остальных. Казалось, он сомневается.
– Нет! Ему нельзя верить, – сказал серый в яблоках.
– А я верю ему, – сказал гнедой. – Давай так… Мы передадим Мардонию, что ты его ищешь. Приходи после заката на побережье к песчаным пещерам. Только приходи один. Надеюсь, ты найдёшь дорогу.
– Я найду дорогу, – пообещал И–Ван.
***
Едва вечерние работы в драконюшне завершились, И–Ван притворился уставшим и, сказав, что идёт спать, отправился в свой тесный закоулок, который был как раз по ширине прикреплённого к балкам гамака. Когда–то здесь располагалась кладовка, где хранились крупные рыбины для кормления драконов. Затем Гуссину вздумалось экономить на крупной рыбе, и теперь драконов кормили мелкой – а точнее, держали впроголодь. Но даже положенной мелкой рыбёшки им доставалась лишь треть. Другая треть разворовывалась старшим драконюхом, а ещё треть средств выделялась казначейством фиктивно, сразу оседая в высокопоставленных карманах.
Оказавшись в закутке, И–Ван положил в гамак несколько камней, накрыл сверху старой попоной и применил известное с древних времён заклинание трёх слюнок, которые, поочерёдно подсыхая, должны были отвечать ночной страже. Убедившись, что со стороны гамак выглядит так, словно там действительно спит человек, И–Ван выскользнул из драконюшни и сразу же, не переходя по длинному молу, где его могла заметить береговая стража, скользнул в воду.
Тело обожгло холодом. Несмотря на то что лето уже началось, вода в океане почти не прогрелась. Посиневшими губами И–Ван быстро пробормотал согревающее заклинание Белус горячкус. Висевший на шее амулет дважды вспыхнул, и от него по всему телу разлилось живительно тепло. Кровь в жилах побежала быстрее. Стараясь держаться подальше от рыбацких лодок и галер, с которых порой долетали голоса, И–Ван быстро поплыл вдоль берега. Он стремился выбраться за длинные стены, спускавшиеся к самой воде, и потом уже выйти на берег, на котором нечёткими оранжевыми пятнами расплывались костры стражи. Вода пахла рыбой, драконами и водорослями. И–Ван любил этот запах, как любил и само ощущение близости океана.
Это был единственный способ покинуть От–И–Тиду.