Книга Таня Гроттер и ботинки кентавра читать онлайн (Дмитрий Емец)

Гробулия нервно обернулась. За ее спиной, сдернув не­видимые плащи, поочередно возникли царь Бэр III с охра­ной, царица Нуи и принцесса Августа, кислая как лимон и раздраженная, как болотный хмырь.
– Блин! Я давала представление перед слишком боль­шим количеством зрителей! И хоть бы один купил би­лет! – тихо сказала себе Гробулия. Она поняла уже, что не просто вляпалась, но увязла по самую макушку.
– Неблагодарная тварь! Ты чуть не увела у меня моего лапусика! А еще называла его уродом, змея! – прошипела принцесса Августа. – Как хорошо, что папуля послушался Эйду и перевел принца Форна в другие покои!
– Ты разочаровала нас, Гробулня! Разумеется, твоя ка­рьера при дворе закончена… Ты больше не фрейлина.
И вообще, как бы поточнее выразиться, ты уже больше ни­кто… – как всегда мягко и туманно, изрек Бэр. Он обернулся к магцарям и коротко приказал:
– Увести!
– И казнить! – подытожила царица Нуи.
Магцари вопросительно оглянулись на царя Бэра. Тот грустно кивнул.
– На этот раз «да». Девчонка зашла слишком далеко. Приказ мы передадим начальнику стражи. Ты не продикту­ешь, дорогая? Что–то у меня последнее время как–то паршиво с приказами по царству.
– Разумеется. Я изобрету для нее какую–нибудь ми­ленькую казнь, – кровожадно пообещала царица Нуи.
Эйда Сирое противно захихикала.
– Правильно делаешь, что хихикаешь. С твоими зуба­ми не смеются! – осадила ее Гробулия, жалея, что не может пнуть Эйду в коленную чашечку. – А ты, Августа, присматривай за Форном. Он хорош гусь, уж я–то вижу! Ему хоть на чучело юбку надень, он его до дыр зацелует… Всем пека! Мальчики, не отставать! Девочка пошла каз­ниться!
Магцари сомкнулись вокруг Склеппи и повели.
– А все–таки последнее слово осталось за мной! – ска­зала она, спускаясь по винтовой лестнице.
– Топай, топай! Приговоренным к смерти запрещается болтать, – произнес пожилой магцарь, подталкивая ее в спину рукояткою секиры.
«Вот я и допрыгалась. Даже Нипухус не помог», – грустно подумала Склеппи.
***
«Тяжелая дверь темницы захлопнулась с тем зву­ком, с которым топор опускается на плаху. Девушка стояла неподвижно, оглушенная свалившимся на нее несчастьем. Ее глаза постепенно привыкали к полу­мраку».
Так написали бы в средненьком приключенческом ро­мане, который охотно прибегает к помощи его величества трафарета. Но, увы, в нашем случае все произошло иначе. Реальная жизнь обладает значительно большим запасом деталей и мелких нелепостей, которые превращают любое банальное действие в неповторимое.
Прежде чем втолкнуть Гробулию в камеру, магцарям долго пришлось разыскивать запропастившегося куда–то мага–тюремщика. Некогда он был царским астрологом, но был переведен в тюремщики за ошибочные предсказания, привычку регулярно выходить в астрал, любовь к травке–забавке и, главное, за неделикатное обращение с болонка­ми Ее Величества.
Наконец тюремщик был обнаружен в пыточной, мирно спящим на новом войлоке под блоком абсолютной исти­ны, как возвышенно именовал дыбу романтик Бэр III. Когда тюремщика растолкали, обнаружилось, что он нахо­дится в том исключительном состоянии, когда небо кажет­ся жидким, на полу мерещатся зубастые звезды, а запахи становятся квадратными и норовят ввинтиться в ноздри через уши. Растолкавшие его маги предстали перед беднягой в обличий всадников ада, явившихся за его душой, и он дико заорал, отмахиваясь от них клещами.
Лишь пару минут спустя он разобрался что к чему и по­утих. Даже при том, что коварные предметы принимали обличив друг друга, тюремщик сумел быстро разобраться с ключами и открыть камеру.