Вот они, расценки женской дружбы!
Бульонов встал и поплелся за Пипой, которая бодрым колобком катилась по коридорам Тибидохса.
– Кто-то должен слетать на остров к колодцу. Просто посмотреть на него, чтобы потом полететь ночью… – заметил Шурасик. – Танька, не слетаешь? По моим расчетам, остров Колодца должен быть где-то здесь… Но лучше всего, если Безглазый Ужас составит тебе компанию!
Ужас с достоинством поклонился, уронив на пол голову. Поручик Ржевский, попытавшись последовать его примеру, немедленно развалился на части и осыпался градом конечностей, однако и близко не достиг величия своего патрона.
– Я бы полетела, но у меня нет контрабаса. Вчера на матче у него треснуло днище, и я отдала его домовым на подклейку, – расстроенно сказала Таня.
О своем контрабасе она думала постоянно и едва ли не оплакивала его, хотя домовые и утверждали, что после подклейки он будет как новенький.
– Я могу тебя подкинуть, если кто-то даст мне свой пылесос… Я нынче безлошадный. Все, что у меня есть, – это хромированная труба. Одинокая, но очень красивая, – вызвался Ягун.
– Н надо, Ягун. Не бросай Катю… Таньку подкину я! Моя ступа на хорошем ходу, – спокойно сказал Бейбарсов и, не дожидаясь, пока Таня скажет «да», направился к двери.
Таня оглянулась на Ваньку. Валялкин стоял у клетки и кормил мелко нарезанным мясом черномагические книги. Вид у него был слишком уж отрешенный. Таня поняла, что Валялкин прекрасно все слышал и теперь ждет, какое решение она примет.
«Что я у него, как побитая собака, позволения, что ли, должна спрашивать: гав мне или не гав? Почему я вечно должна ощущать себя виноватой? Ну уж нет – пусть или принимает меня такой, какая я есть, или оревуар, месье Фока! Шлите письма с дятлами!» – подумала Таня и вышла вслед за Глебом.
Ванька даже не повернулся на звук захлопнувшейся двери. Он, стиснув зубы, стоял у клетки, просунув руку между прутьями, и наблюдал, как одна из темных книг, превратившаяся в хорька, до крови прокусывает ему указательный палец.
Глава 13. ПРИШЕЛ НА ПИР ОДИН ВАМПИР
Помахивая бамбуковой тросточкой, Глеб поднялся на стену. Таня шла за ним, продолжая злиться на Ваньку и по инерции перенося часть раздражения на Бейбарсова. Умный Глеб отлично чувствовал это и помалкивал, не допуская самой главной мужской ошибки, которая может существовать в природе, – болтливости.
– Ну и что дальше? Где твоя ступа? – нетерпеливо спросила Таня в поисках, к чему бы придраться.
Бейбарсов примирительно улыбнулся и, перехватив трость за центр, легонько махнул ею. К их ногам опустилась ступа с выглядывавшей из нее метелкой. На метелку был надет пожелтевший череп, который, должно быть, управлял самостоятельным полетом ступы.
– Чей это череп?
– Американского летчика, который бомбил сербов. Не знаю, где его дорожка пересеклась с дорожкой моей хозяйки, но из него получился очень способный автопилот для ступы. Прошу! – пригласил Бейбарсов.
Таня переступила через край ступы, оказавшись за спиной Глеба. Тот снял с метелки череп и, небрежно бросив его куда-то вниз, под ноги, стартовал. Сквозь Грааль Гардарику они промчались с налету. Таня ощутила лишь упругий толчок магии, не успев заметить даже вспышки радуг.
– Festinatio tarda est![6] – недовольно проскрипел перстень Феофила Гроттера. Старик не любил экстремальных перемещений.
При каждом вираже Таня, не задумываясь, вскидывала руку вдохновенным жестом дирижера, решившегося в горячке швырнуть в свой оркестр палочкой.
– Что ты делаешь? – удивился Бейбарсов. Таня с недоумением уставилась на свою руку.
– Мне мерещится, у меня в руке смычок и надо вы ровнять полет.
Страницы: << < 125 126 127 128 129 130 > >>