Книга Таня Гроттер и перстень с жемчужиной читать онлайн (Дмитрий Емец)

   — Время! До кабинета Сарданапала отсюда две минуты бегом, — кратко сказала Ягге.
   Сообразив, что скоро академик будет здесь, Ягун подскочил к ширме и, отодвинув ее, стал смотреть на лоб Бейбарсова.
   — Блин! — воскликнул вдруг он. — Блин! Блин! Блин!
   Ягун был так удивлен, что не скрыл собственных чувств, находясь в чужом сознании. Вещь непростительная для телепата. В результате Бейбарсов, даже спящий, даже сражающийся с остатками сильнейшего из проклятий, сумел вытолкнуть его из сознания. Причем вытолкнуть бесцеремонно. Ягун выскочил из его видений стремительно, как мокрое мыло.
   — Ну что? Видел он что-нибудь перед тем, как..? — спросила Ягге.
   Ягун подозрительно уставился на бабусю. У него были все основания полагать, что старая богиня не так уж проста. В конце концов, от кого он тогда вообще унаследовал свой дар? Однако Ягге смотрела на него с непроницаемым лицом.
   — Я ничего не понял… — невинно сказал Ягун.
   Бабуся посмотрела на него и одобрительно кивнула.
   — Жаль. Но ничего не поделаешь. Бывает, — сказала она.
   Дверь открылась. В кабинет влетел запыхавшийся Поклеп. Недоверчивый и злой как оса.
   — Что? Где? Почему я обо всем узнаю последним? А??? — закричал он, переводя подозрительный взгляд с Ягуна на Ягге и обратно, точно застиг их на месте преступления.
   Сырой рыбой от Поклепа не пахло, и Ягун догадался, что с Милюлей он по-прежнему в ссоре. «Может, потому он и злой как оса», — неосторожно подумал играющий комментатор, и тотчас виски его взорвались болью. Уж кто-кто, а Поклеп буравил его глазками не напрасно.
   — Что ты сказал? — прохрипел Поклеп.
   — Я молчал, — заявил Ягун, торопливо прячась за спину бабуси.
   Возможно, это был и не героический поступок, зато здравый. С Ягге завуч связываться не стал и оставил Ягунчика в покое. Спустя минуту в магпункт спокойно вошли Медузия и Сарданапал. Все трое остановились у кровати, на которой лежал Бейбарсов. И хотя основное проклятие было уже снято Ягге, даже остатков его было достаточно, чтобы Сарданапал понял, с чем они столкнулись и какого уровня был наложивший его маг.
   — Пепелис кремацио некро гродис? А, Меди? — прикрывая ладонью кольцо, чтобы оно случайно не метнуло искру, негромко спросил академик.
   Горгонова утвердительно кивнула.
   — Дорогой Ягун! Будет замечательно, если ты расскажешь нам быстро и четко все, что знаешь, — сказала она, поворачиваясь к играющему комментатору.
   — Совсем всё, что знаю? — не выдержал Ягун.
   — И отложишь на время свои увертки! — добавила Медузия.
   Зрачки ее чарующих глаз потемнели и стали медленно проворачиваться. Играющий комментатор ощутил, что находится полностью под властью взгляда Медузии. Сознание доцента Горгоновой было глубоким и непроницаемым, как бездонная океанская впадина. В сравнении с ним сознание Ягунчика было мелким, заросшим камышом прудиком, в котором косматые нигилисты в свободное от отрицания время ловили с барышнями карасей.
   «Бедные древние греки! Неудивительно, что с ней можно было сражаться только глядя в щит», — подумал Ягун.
   — Не надо оставлять меня без чувства юмора! Вообразите, что будет если у меня отнимут юмор и останется одна болтливость? Я же вас в буквальном смысле задолбаю, — поспешно сказал Ягунчик.
   Академик улыбнулся.
   — И, правда. Не трогай его, Медузия.