Книга Таня Гроттер и перстень с жемчужиной читать онлайн (Дмитрий Емец)

По изъеденному нежитью фундаменту прошла глубокая трещина. Потолок вспыхнул, опоясанный тремя кругами живого золотистого пламени. Тяжелый светильник, подарок Ганнибала, служивший Ягге со времен войн Рима с Карфагеном, раскачался и, расплавившись, заплакал бронзовыми слезами.
   Все свечи погасли. Магпункт погрузился во тьму. Сарданапал нетерпеливо произнес заклинание, вновь зажигая уцелевшие свечи. Все воззрились на Зербагана, готовые, если это будет необходимо, продолжать сражение. Однако битва уже завершилась. Страшный маг застыл, вытянув вперед скрюченные пальцы. На его лице, вскинутом к потолку, удивление смешалось с ненавистью. Смешалось уже навеки…
   — Ну вот и всё! Хуже всего, когда магия света сливается с тьмой… — мрачно подвел черту академик.
   Ему достаточно было единственного взгляда, чтобы все понять. Он подошел к стеклу и стал смотреть наружу на сиреневые очертания соседней башни. Ночь неохотно уступала рассвету, который уже обозначился на горизонте розовой чертой. Академик совсем не выглядел радостным. Вероятно, в голове его уже составлялись неутешительные строки отчета на Лысую Гору.
   Поклёп подошел, осторожно постучал по Зербагану ногтем, потрогал его руку, затем нос и покачал головой.
   — Красное дерево! С головы и до ног! Невероятно! — произнес он.
   — И статуя ничего. Передает настроение. Так вот и рождаются шедевры, — добавила Ягге.
   — Это насовсем? — спросил Тарарах, сердито глядя на деревянную фигуру.
   Великая Зуби кивнула.
   — Да. Не могу сказать, что мне жаль этого гада, но все же ему не повезло. Нет такой магии, которая отменила бы действие слившихся искр.
   — И что я, интересно, напишу Бессмертнику Кощееву? — печально спросил академик.
   — Да ничего не надо писать… Послать краткую магограмму такого содержания: «Убийца драконов превращен статую тчк его преступление доказано тчк сожалеем тчк шлите нового ревизора тчк Сарданапал», — сказала Ягге.
   — Ты что, Ягге? А если пришлет? — забеспокоился Тарарах.
   — Да никогда в жизни! Бессмертник спустит дело на тормозах, — уверенно заявила Ягге.
   — Ты точно знаешь? — спросил академик с надеждой.
   — Бессмертник прежде всего трусливый чиновник. После такой засветки он заляжет на дно и будет лежать тихо, стараясь не булькать… Или пресса обвинит в том, что он покровительствовал убийце драконов! — заметила Ягге, без восторга разглядывая то, во что превратился ее любимый магпункт.
   Доцент Горгонова подошла к статуе и бросила к ее ногам что-то, брызнувшее осколками.
   — Забирай свой лед сговорчивости!.. Он больше не нужен! Сарданапал, зачем вы велели мне сказать ему «да»? Я ощущала себя предательницей! Скверное, мерзкое чувство! — спросила она.
   — Что поделаешь, Меди? Нам надо было выиграть время. Мы с тобой с самого начала не исключали, что он предложит нечто подобное, — спокойно отвечал академик.
   Медузия нетерпеливо мотнула головой. Грива ее медных волос зашипела.
   — Если честно, я ничего не поняла… — сказала она раздраженно. — У Зербагана были все козыри на руках! Он составил убийственный отчет, который загнал бы нас в Заполярье. Он почти добрался до дракона. Зачем он напал на нас? Один на всех! Смысл? Чтобы навеки стать красным деревом? Неужели он рассчитывал на победу?
   Великая Зуби примирительно коснулась ее руки.
   — Ну, дорогая, успокойся! Все просто как дважды три — восемь!
   — Сколько-сколько?
   — Хорошо, пусть будет девять! — Зуби, как истинный гуманитарий и просто красивая женщина, брезговала точными числами.