Книга Таня Гроттер и перстень с жемчужиной читать онлайн (Дмитрий Емец)

Купили развалюху, приложили руки, неплохо отстроились. Сейчас у них три лошади, две коровы и несколько коз. Есть еще куры, гусыня и крыса, которая живет на воле. Они привязали ей на шею колокольчик, чтобы отличать от крыс, которые… ну которые, в общем, всегда жили на воле, — сказал Ванька не без зависти.
   — Хм… И часто ты у них бываешь? — ревниво спросила Таня.
   — Где-то раз в месяц. Если пешком, то к ним добираться день и еще полдня. Но я обычно летаю на пылесосе. Прячу его где-нибудь в чаще, километрах в трех-четырех… — сказал Ванька.
   — Но если ты заведешь лошадей и козу, ты же вообще никуда отсюда не денешься. Будешь сидеть здесь как привязанный, — заметила Таня.
   — Есть такой риск, — легко согласился Ванька. — Но вообще-то я найду, кому за ними присмотреть, если мне нужно будет отлучиться. Медведей и волков отгонят лешаки.
   — Ты уверен? С лешаками сложно договориться.
   — Я договорюсь. Я лечу их от всяких гадов-древоточцев, которые забираются к ним под кору. Лешаки ко мне толпами ходят. Не позавидую я тому волку, который сюда сунется… Намекни я лешакам, что ухожу от них, потому что волки режут мой скот, у волков возникнут серьезные проблемы с самоидентификацией.
   — Это как? — улыбнулась Таня.
   — А так. Опознавать придется по зубам. И еще (только секрет!) я подозреваю, что скоро у меня появится свой домовой.
   — Откуда ты знаешь?
   Ванька хмыкнул.
   — Как-то забрел ко мне один приходящий… Вроде так просто: уголек попросить, чайку попить. Носом пошмыгал, покрутился, поворчал, будто ненароком осмотрел тут всё и сгинул. Но я уверен, что он вернется. Я заметил, что он облюбовал один темный уголок за печкой. Домовые они известные ломаки, пока семь раз не поломаются, своего решения не скажут.
   — Я видела лешака, когда летела к тебе, — вспомнила Таня.
   — Какого? Такого бровастого? — заинтересовался Ванька.
   — Я не обратила внимания.
   — Жаль, что не обратила. Тут их несколько. Но я, кажется, догадываюсь, о каком ты говоришь. Остальные обычно прячутся от тех, кого не знают, а этот нет. В сильный дождь он обычно начинает бушевать и ломает столетние ели.
   — Ты всех их знаешь? — удивилась Таня.
   — Угу, даже по именам… По настоящим языческим именам. Они довольно скрипучие эти имена. Их без стакана не выговоришь… То есть я хотел сказать, что заучивание фонетической последовательности и фонематического состава их имен требует детального анализа и вдумчивого научного подхода, — сказал Ванька.
   Таня встала и положила ему на лоб ладонь.
   — Ты не бредишь, нет? Ты скоро станешь как Шурасик или… как я.
   — Все мы шурасики… Главное, насколько ненавязчиво ты сумеешь это скрыть, — заметил Ванька и вдруг погрустнел.
   — Я много думал о нас. О том, что ты, возможно, не захочешь переехать сюда, а я… я совсем не хочу в Тибидохс или на Лысую гору… Это все не по мне, — сказал он.
   — Невесело это как-то всё, — вздохнула Таня.
   Она хотела убрать ладонь с его лба, но Ванька накрыл ее сверху своей рукой и насильно удержал.
   — Да, невесело. Есть такая старая магическая сказка. Банальная, как все сказки, с кучей общих мест. В сущности, не сказка, а притча. Рассказать?
   — Расскажи!
   — Один юноша-эльф был унесен ураганом в человеческий мир и там встретил принцессу, гулявшую в лесу.