Кузя Тузиков... впрочем, говорят, некоторые дистрофики из лопухоидов прячутся за удочкой... что же удивительного, что потомственный маг Тузиков (его отец, кстати, выловил и оживил небезызвестную собачку Муму!) ухитрился исчезнуть за своим реактивным веником? Этот веник он повсюду таскал с собой и даже, по слухам, ночью клал его под одеяло.
— Убивают! Кто-нибудь, поставьте мне памятник! — выглядывая из-под стула, голосила Склепова.
— Что за фокусы, второй класс? — рявкнул завуч. — К чему эти дешевые эмоции? Разумеется, это не самый сильный и не самый опасный дух из существующих. Все-таки первое занятие. Правда, никто толком не знает, что у этих духов на уме. Не исключаю, что, освободившись, он решит в кого-нибудь вселиться, прогнав хозяина, так что следуйте своим записям...
Поклеп улыбнулся в явном предвкушении: видно, сообразил, что толковых записей ни у кого быть не может: все повыцветало.
— Так-то вот, дорогие мои... Мало ли что взбредет в голову духу, который несколько тысяч лет был в заточении? Не правда ли, Ягунчик? — добавил завуч совсем уж вкрадчивым и подозрительно ласковым голосом.
Баб-Ягун ничего не ответил. Таня услышала, как под партой у него застучали коленки.
Тем временем, насладившись всеобщим ужасом, Поклеп разжал руки. Глиняный сосуд ударился о каменный пол и разлетелся вдребезги. Таинственные знаки на черепках растаяли. Что-то незримое и одновременно осязаемое появилось в воздухе. Класс в мгновение ока наполнился тысячью голосов, Голоса звучали повсюду — громкие, раздраженные, на сотнях разных языков. Тут были и плач, и крики, и истеричный хохот.
Ягун вцепился в парту. Его талисманы оглушительно трескались, реагируя на присутствие потусторонней силы. Казалось, будто в карманах у него взрываются петарды. После каждого взрыва внук Ягге подскакивал на стуле и безуспешно пытался сорвать куртку, но не успевал, потому что у него уже лопался следующий талисман.
Поклеп Поклепыч злорадно ухмылялся, наблюдая за его отчаянными попытками:
— Запоминайте, второй класс! Вот вам наглядный пример хронического головотяпства! Определенные типы защитных талисманов не столько спасают от духов, сколько притягивают их. К тому же магия одного талисмана часто перечеркивает магию остальных...
БАХ! Ягун подскочил к потолку.
— А вот что бывает с теми, кто слишком уж перестраховался. Вы не хотите поделиться с классом своими ощущениями, господин внучек? Не правда ли, они неподражаемы? — рассуждал Поклеп.
Но Баб-Ягун ни с кем не желал делиться ощущениями. Он торопливо сдирал свою взрывающуюся, дымящуюся куртку.
Голоса завывали. Факелы плевались искрами. Некоторые чадили и гасли, исходя завистливыми струйками дыма. Казалось, что-то невидимое плывет вдоль стены, неуклонно приближаясь к Ягуну. Шурасик, сидя под партой, как в окопе, поспешно бормотал заклинания, однако ему явно не хватало уверенности, Искры, выскакивающие из его кольца, были совсем слабыми.
Наконец Ягуну удалось справиться с «молнией», Приспустив на плечах куртку, он поспешно выхватил что-то из внутреннего кармана и вскинул над головой.
— Ой, мамочка моя бабуся! Вот тебе! Получай! — крикнул он.
Тане почудилось, что это осколок черного зеркала, Сотни теней рванулись к нему, словно их притягивала неведомая сила. А потом Ягуна будто толкнуло в грудь порывом ветра. Он отступил на полшага, но устоял. На миг в зеркале отразилось нечто расплывчатое, мерзкое, безликое — отразилось, взревело и отступило...
— Ы-0-О-О-У! — страшный, все возрастающий рев наполнил класс. Брызнули стекла, Чудилось, барабанные перепонки вот-вот лопнут.
— Паранойус крышус срывание! Маразматут кульминационит! — тонким, сдавленным голосом крикнул кто-то.
Таня повернулась на крик и едва узнала сурового завуча.
Страницы: << < 34 35 36 37 38 39 > >>