Томек, глядя прямо в глаза индейцу, объяснил:
– Неизвестные индейцы напали на ранчо шерифа Аллана, похитили Белую Розу и угнали несколько лошадей, а среди ник кобылицу, на которой я выиграл скачки.
– Угх! Когда это случилось?
– Восемь дней назад.
– Восемь ночей[30] назад, – повторил Черная Молния, словно желая проверить, правильно ли он понял. – Почему же Нах'тах ни йез'зи говорит мне об этом сейчас?
– Но мы с моим другом гостили тогда у вождя Зоркий Глаз. Мать Белой Розы прислала к нам гонца. Мы вернулись на ранчо с Красным Орлом. Там мы застали тяжело раненого и бесчувственного шерифа. На другой день мы пустились в погоню вместе с ранчеро и капитаном Мортоном, который явился в ранчо с отрядом. Но в горах мы потеряли следы. И вот вчера, после напрасных поисков, вернулись домой.
– А Красный Орел был с вами? – спросил Черная Молния.
Томек задумался, как ему ответить, но Красный Орел откликнулся сам:
– Красный Орел не поехал с погоней, потому что командир «длинных ножей»[31] обвинил в нападении Черную Молнию. Я был там нежелательным свидетелем.
– Угх! И эта проклятая белая собака сказала, что я похитил Белую Розу! – изумился индеец. – Я не успокоюсь до тех пор, пока его скальп не будет висеть у моего пояса!
Зловещая угроза не только не испугала Томека, но даже обрадовала его. Возмущение Черной Молнии лучше всего доказывало, что он вовсе непричастен к подлому нападению на ранчо.
– Почему Красный Орел сразу же не дал мне знать о похищении молодой скво? – строго спросил Черная Молния.
Молодой навах тихо ответил:
– Длинные ножи и ранчеро поехали искать укрытие Черной Молнии. С ними были и наши белые друзья. Если бы вождь Черная Молния тоже начал искать белую скво, отряды могли бы встретиться, и тогда...
– Угх! Великий Маниту не пожалел рассудительности для моего молодого брата, – перебил его Черная Молния. – Но мы потеряли много времени.
В сердце Томека закралась надежда.
– Скажи мне вождь, могу я рассчитывать на твою помощь?
Вождь задумчиво посмотрел на Томека и сказал:
– До прихода бледнолицых вся американская земля принадлежала индейцам. Бесчисленные стада бизонов паслись в широких прериях, в лесах было множество зверя и птицы. Краснокожие жили так, как их отцы и отцы их отцов. Они не знали голода, кочевали с места на место за бизонами, охотились или возделывали землю, как кто хотел. Для друзей у них всегда было открытое сердце, а для врагов военный топор. Потом пришли бледнолицые. Индейцы не возбраняли им селиться на своей земле, даже приглашали в свои вигвамы. Бледнолицые курили с нами трубки мира, поили нас огненной водой, заключали договоры. Они хотели все больше и больше земли. Покупали ее или захватывали силой. Великий Белый Отец из Вашингтона обещал мир. Индейцы отступали все дальше и дальше на запад. Потом бледнолицые построили железную дорогу[32], от Большой Воды на востоке до побережья на западе. Бледнолицые безжалостно истребляли бизонов, чтобы сморить нас голодом и заставить покориться. Они платили деньги за скальпы краснокожих воинов, их жен и детей. Индейцам пришлось покориться, и Белый Отец из Вашингтона выделил им резервации в каменистой, безводной пустыне. Мой белый брат был в резервации апачей мескалеро и видел, какая там нужда. Черная Молния не дал загнать себя в резервацию. Он поклялся, что будет убивать всех белых и жить так, как жили его предки. Черная Молния умрет с томагавком в руке, сражаясь с врагами, чтобы жить в Стране Вечной Охоты, как подобает настоящему воину.
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Свежее в блогах