Книга Выстрел читать онлайн (Анатолий Рыбаков)

1

   Возле пивной  "Гротеск"  прохаживался  Витька  Буров,  по  прозвищу
Альфонс Доде. Пустые бутылки принимали во дворе пивной, и Витьке  была
видна вся очередь.
   Замученный старичок, гномик в очках, опускал бутылки в ящик: темные
- пивные, светлые -  водочные,  желтые  -  из-под  лимонада  и  ситро.
Бутылки сдавал Шныра, а в очереди, которую Шныра  загораживал  спиной,
Фургон, Паштет и Белка перекладывали бутылки из ящиков в  свои  сумки,
собираясь продать их еще раз.
   - Тридцать пять копеек, - объявил гномик Шныре, - так тебя учили  в
школе?
   Шныра вынул кепку из  кармана,  нахлобучил  на  голову,  на  глаза,
отошел, потом незаметно стал  за  Паштетом  и  наполнил  свою  кошелку
бутылками из ящиков.
   - Получай деньги, отнеси  маме,  ты  хороший  мальчик,  -  заключил
гномик торг с Фургоном.
   Ребятам все это казалось игрой,  рискованной,  но  увлекательной  и
дающей заработок. Деньги им были нужны для поездки в Крым.
   Потом, сидя  на  разбитом  асфальте,  они  сдавали  выручку  Витьке
Бурову.
   - Восемьдесят две копейки, - сказал Шныра.
   -  Молодец,  хороший  мальчик!  -  к  удовольствию  всей  компании,
передразнил Витька гномика. - Слушай маму!
   - Пятьдесят восемь копеек, - сказал Фургон.
   - Плохой мальчик, ленивый, выйди из класса!
   - Девяносто три, - сказала Белка.
   - Изюм - белый хлеб! - воскликнул Витька. Выше похвалы он не знал.
   Они пошли по  Смоленскому  рынку,  могучая  компания,  объединенная
таинственной целью, имеющая бесстрашного вожака, который  бесцеремонно
всех расталкивал: "Куда прешь,  не  видишь  -  дети!"  -  фраза,  тоже
приводившая их в восторг.
   Служащие  в  косоворотках,  мануфактуристы  в  пиджачных  парах,  в
галстуках и без галстуков, с бабочками  и  без  бабочек,  зеленщики  в
брезентовых и  рыбники  в  кожаных  фартуках,  крестьяне  в  смазанных
сапогах и крестьяне в лаптях, украинки в суконных свитках,  китайцы  с
воздушными шарами и всякими  бумажными  чудесами,  железнодорожники  в
форменных   куртках,   барышники,   молочницы,   холодные   сапожники,
точильщики, босяки - все это скопище людей двигалось, шумело, спорило,
торговалось, пело, играло, плакало, проклинало,  собиралось  в  толпы,
растекалось по Новинскому и Смоленскому бульварам и по  примыкающим  к
рынку переулкам.
   Толстый, неповоротливый Фургон задержался около продавщицы с лотком
на груди. "Моссельпром" было вышито на ее  форменной  фуражке  золотым
шнуром.
   - Ириски, - доложил Фургон.
   - Вывеска на голове, магазин на брюхе! - ответил Альфонс Доде.
   Фургон понял, что ирисок не будет.
   Суровое сердце Витьки дрогнуло только при виде  рослой  украинки  в
монистах, продававшей  пряники  в  ларьке  под  вывеской:  "Наталка  с
Киева".