Рассказ, которому трудно подобрать название (Чехов А.П. Рассказ.)

 

Был праздничный полдень. Мы, в количестве двадцати человек, сидели за большим столом и наслаждались жизнью. Наши пьяненькие глазки покоились на прекрасной икре, свежих омарах, чудной семге и на массе бутылок, стоявших рядами почти во всю длину стола. В желудках было жарко, или, выражаясь по-арабски, всходили солнца. Ели и повторяли. Разговоры вели либеральные… Говорили мы о… Могу я, читатель, поручиться за вашу скромность? Говорили не о клубнике, не о лошадях… нет! Мы решали вопросы. Говорили о мужике, уряднике, рубле… (не выдайте, голубчик!). Один вынул из кармана бумажечку и прочел стихи, в которых юмористически советуется брать с обывателя за смотрение двумя глазами десять рублей, а за смотрение одним — пять рублей, со слепых же ничего не брать. Любостяжаев (Федор Андреич), человек обыкновенно смирный и почтительный, на этот раз поддался общему течению. Он сказал: «Его превосходительство Иван Прохорыч такая дылда… такая дылда!» После каждой фразы мы восклицали: «Pereat!»[25] Совратили с пути истины и официантов, заставив их выпить за фратернитэ…[26] Тосты были шипучие, забористые, самые возмутительные! Я, например, провозгласил тост за процветание ест… — могу я поручиться за вашу скромность?.. — естественных наук.Когда подали шампанское, мы попросили губернского секретаря Оттягаева, нашего Ренана и Спинозу[27], сказать речь. Поломавшись малость, он согласился и, оглянувшись на дверь, сказал:— Товарищи! Между нами нет ни старших, ни младших! Я, например, губернский секретарь, не чувствую ни малейшего поползновения показывать свою власть над сидящими здесь коллежскими регистраторами, и в то же время, надеюсь, здесь сидящие титулярные и надворные не глядят на меня, как на какую-нибудь чепуху. Позвольте же мне… Ммм… Нет, позвольте… Поглядите вокруг! Что мы видим?Мы поглядели вокруг и увидели почтительно улыбающиеся холуйские физии.— Мы видим, — продолжал оратор, оглянувшись на дверь, — муки, страдания… Кругом кражи, хищения, воровства, грабительства, лихоимства… Круговое пьянство… Притеснения на каждом шагу… Сколько слез! Сколько страдальцев! Пожалеем их, за… заплачем… (Оратор начинает слезоточить.) Заплачем и выпьем за…В это время скрипнула дверь. Кто-то вошел. Мы оглянулись и увидели маленького человечка с большой лысиной и с менторской улыбочкой на губах. Этот человечек так знаком нам! Он вошел и остановился, чтобы дослушать тост.— …заплачем и выпьем, — продолжал оратор, возвысив голос, — за здоровье нашего начальника, покровителя и благодетеля, Ивана Прохорыча Халчадаева! Урраааа!— Уррааа! — загорланили все двадцать горл, и по всем двадцати сладкой струйкой потекло шампанское…Старичок подошел к столу и ласково закивал нам головой. Он, видимо, был в восторге.   Примечания:   25 «Да погибнет!» (лат.)   26 братство (франц. fraternit).   27 …нашего Ренана и Спинозу… — Эрнест Жозеф Ренан (1823—1892) — французский историк религии и философ. Бенедикт Спиноза (1632—1677) — выдающийся нидерландский философ.

Похожие статьи:

ПрозаШУКШИН В.М. МИКРОСКОП. Рассказ
ПрозаЭДГАР АЛЛАН ПО. УБИЙСТВО НА УЛИЦЕ МОРГ. Рассказ
ПрозаЧЕХОВ А.П. РАДОСТЬ. Рассказ
ПрозаТОЛСТОЙ Л.Н. ВОРОБЕЙ. Рассказ
ПрозаИВЛИН ВО. КОРОТЕНЬКИЙ ОТПУСК МИСТЕРА ЛАВДЭЯ. Рассказ

Свежее в блогах