Блоги

А у них такая любовь –
Хоть пиши роман, хоть снимай кино...
(От таких историй плачут в подушку девчонки –
Взахлёб, навзрыд).
А казалось ей: недостижимо счастье – как абсолютный ноль.
Но: «Не оставляйте стараний, маэстро»,
Не прекращайте игры.

А у них такая

Для грусти одна причина - она не на день, а на век.
Он самый чужой мужчина. И самый родной человек.
Мне снять бы с него футболку, губами скользить по телу.
Я слово дала (без толку!) звонить ему только по делу.
Друзья так не смотрят в спину - друзья не целуют

Я тебя ненавидела целых пятнадцать минут...
Мне хотелось, а впрочем, неважно, чего мне хотелось,
Те кто так ненавидел, меня безусловно поймут...
И быть может похвалят за это безумство и смелость...

Я пятнадцать минут выходила сама из себя,
И один за одним

Мужчины любят помолчать...
Нам от молчанья сносит крышу.
С чего бы женщине начать,
Чтобы любимый мог услышать?

Начать с вопроса "Как дела?"
А он молчит, оглох, не слышит,
Письмо в мученьях родила...
Ответ не жди...Он не напишет.

Он помолчит ещё денёк,

Нежные, милые, словно душа нараспашку,
Их лепесточки любовь нам всегда предвещают,
Я бесконечно люблю вас, родные ромашки,
Только полюбит ли он… никогда не гадаю…

Если влюбляюсь, сама превращаюсь в ромашку,
Только любовь мою часто пускают по ветру,
Все

Да какая вам разница с кем я, простите... сплю!?
С кем готова хоть в горы, хоть в пропасть, хоть к алтарю!
С кем становится нужным каждый закат, рассвет,
И на ком сошелся клином весь белый свет.

Да и кто дал вам право - без спроса в чужую жизнь?
В идеале

Если я улыбнусь - ты прочтешь по губам мои мысли?
Если я промолчу - ты сумеешь дышать в унисон?
Я тебе подарю лепестки голубого ириса -
Голубей, чем глаза у печальных рублевских икон.

Пусть я буду жестокой, бесчестной и грубой -
Мне никто не шепнул - так

Не грусти, моя девочка - это радость.
Не спеши разменяться на боль и жалость.
И не строй в себе ада... Не нужно ада...
Знаешь, может, до рая чуть-чуть осталось?
В лабиринтах часов заблудились стрелки,
И не холодом – страхом сковало пальцы…
Не грусти, моя девочка.

Пока вы живы, жива и ваша жизнь.
Любя своих жен, мужей, родителей, детей, а также друзей, которые вас окружают, уделяйте достаточно заботы и своей жизни, потому что это вы. Потому что ваша жизнь всегда готова вас защитить, поддержать и приободрить.
Я отвернулась

Я одинока, но любима...
Смеюсь, когда так хочется рыдать...
Я сильная, но так легко ранима...
Я забываю, чтобы не прощать...

Я ненавижу ложных обещаний,
И от реальности скрываюсь я в мечте,
Я говорю, хотя боюсь признаний...
Ловлю улыбки, зная, что не те...

Я

А ты живи, ты смейся и живи,
Когда всё сердце кошки разодрали,
От боли и несчастий не реви,
Чтобы другие слёз не увидали.

Держи осанку всем врагам назло,
Руби наотмашь сальные намёки,
Пусть думают, что им не повезло
И извлекают важные уроки.

Не смей гасить

Наверно б все хотели знать,что дружба – это благодать.
Когда твой друг всегда с тобой, оберегает твой покой.
Он посоветует как жить, кого и как не позабыть.
Подставит он всегда плечо, и в холод станет горячо.
Друг не забудет, не предаст, поддержит и надежду

Я готова кричать, только чтоб ты услышал,
И с разбега в стекло ради строчки ответа.
До дрожания пальцев в вечном поиске смысла…
Ты молчаньем — ножом по натянутым нервам…
Как на зло не смертельно — каждой мыслью навылет,
Ожиданье — струна, зазвучит неизвестность,

С лёгким треском и пощёлкиваньем ливень,
Точно пламень, по листве перебегал,
Слабый стволик — то ли липин, то ли сливин, —
Словно ладя тетиву, перегибал.

Ливень пел; как в тигле, плавился в кювете,
Расползался, блеском улицы залив,
Расплетал, сплетал болтавшиеся

Поет июнь, и песни этой зной
Палит мне грудь, и грезы, и рассудок.
Я изнемог и жажду незабудок,
Детей канав, что грезят под луной
Иным цветком, иною стороной.
Я их хочу: сирени запах жуток.
Он грудь пьянит несбыточной весной;
Я их хочу: их взор лазурный чуток,
И

Только утро любви хорошо: хороши
Только первые, робкие речи,
Трепет девственно-чистой, стыдливой души,
Недомолвки и беглые встречи,
Перекрестных намеков и взглядов игра,
То надежда, то ревность слепая;
Незабвенная, полная счастья пора,
На земле — наслаждение

Цветок засохший, бездыханный,
Забытый в книге вижу я;
И вот уже мечтою странной
Душа наполнилась моя:

Где цвел? Когда? какой весною?
И долго ль цвел? и сорван кем,
Чужой, знакомой ли рукою?
И положен сюда зачем?

На память нежного ль свиданья,
Или

Я в глазах твоих утону, можно?
Ведь в глазах твоих утонуть - счастье.
Подойду и скажу: "Здравствуй,
Я люблю тебя". Это сложно...
Нет, не сложно, а трудно
Очень трудно любить, веришь?
Подойду я к обрыву крутому
Стану падать, поймать успеешь?
Ну а если уеду

Если б я была цветком,
Белой полевой ромашкой,
Я б дала ночлег и дом
Каждой крохотной букашке.
Я бы радовала свет
Красотой неприхотливой,
Я бы знала: в мире нет
Более, чем я, счастливой.

Если б я была звездой,
Наделенной света властью,
Я б планете

ЛЕТНИЙ ВЕЧЕР

Вечерний день томителен и ласков.
Стада коров, качающих бока,
В сопровожденье маленьких подпасков
По берегам идут издалека.
Река, переливаясь под обрывом,
Все так же привлекательна на вид,
И небо в сочетании счастливом,
Обняв ее, ликует и горит.
Из