После некоторых размышлений она попросила Послеобеденный чай еще раз. Потом она попила Утренний кофе. Потом она задумалась о том, не стоит ли вернуться в кухню и съесть еще и завтрак, но поняла, что ей лень, и решила, что лучше взять книгу.
Прошло довольно много времени, когда Потеряшка вскарабкалась ей под бок на диван и разбудила ее.
— Просто зла не хватает, — пробурчала Чармейн. Она рухнула в постель, даже не попытавшись умыться, и заснула как была, с очками на носу.
Когда она проснулась на следующее утро, было слышно, что Питер вернулся. До нее донеслись всякие звуки из ванной, шаги, скрип и хлопанье открываемых и закрываемых дверей. Просто жуть какой резвый, подумала Чармейн. Мне бы так. Но она понимала, что сегодня надо обязательно сходить в Королевскую резиденцию, поэтому постонала немного и поднялась. Она раскопала последний комплект чистой одежды и так старательно мыла голову и укладывала волосы, что встревоженная Потеряшка прибежала ее поторопить.
— Ага. Завтрак. Хорошо. Я помню, — сказала Чармейн. — Беда в том, — призналась она, подхватывая Потеряшку на руки, — что я
боюсьэтого бесцветного господина. По-моему, он даже хуже принца. — Она распахнула дверь ногой, повернулась, потом повернулась еще раз налево в кухню — и застыла в изумлении.
За кухонным столом сидела незнакомая женщина и преспокойно завтракала. Она была из тех женщин, по которым сразу видно, какие они предприимчивые. Предприимчивость была ясно написана на ее узком обветренном лице и читалась в движениях узких сильных рук. Эти руки деловито и предприимчиво нарезали огромную стопку блинчиков с сиропом и гору поджаристого бекона рядом с ними.
Чармейн вытаращила глаза — и на блинчики, и на цыганский наряд незнакомой женщины. Она была с головы до ног в ярких выцветших оборках, а выцветшие светло-русые волосы покрывала цветастая шаль. Женщина повернула голову и уставилась на Чармейн.
— Вы кто? — хором спросили обе, причем женщина говорила с набитым ртом.
— Я Чармейн Бейкер, — сказала Чармейн. — Я присматриваю за домом дедушки Вильяма, пока его нет: он лечится у эльфов.
Женщина проглотила то, что было у нее во рту.
— Прекрасно, — сказала она. — Рада видеть, что он оставил вместо себя хоть кого-то. Мне не нравилось, что собака останется одна с Питером. Кстати, я ее покормила. Питер не собачник. А что, Питер еще спит?
— М-м… — замялась Чармейн. — Не уверена. Он вчера не вернулся домой.
Женщина вздохнула.
— Вечно он исчезает, стоит мне отвернуться, — нахмурилась она. — Не сомневалась, что сюда он добрался благополучно. — Она махнула в сторону окна вилкой, нагруженной кусочками блинчика и бекона. — Это белье во дворе — Питер как он есть.
Чармейн почувствовала, как щеки у нее начинают багроветь и пылать.
— Я тоже виновата, — призналась она. — Я случайно прокипятила плащ. Почему вы решили, что это Питер?
— Потому что ему ни разу в жизни так и не удалось правильно наслать чары, — отвечала женщина. — Уж я-то знаю. Я его мать.
Чармейн была несколько огорошена мыслью о том, что она беседует с Монтальбинской Ведьмой.
Страницы: << < 113 114 115 116 117 118 > >>