Книга Каникулы Кроша читать онлайн (Анатолий Рыбаков)

.. Состязания часто

кончаются кровью и увечьями... Они прекращаются лишь тогда, когда один из соперников отделает другого так, что последний становится неспособным

к продолжению борьбы».
    Если отвлечься от наивного выражения отделает, то в самом определении мало заманчивого. Кровь, увечья, удары от головы до живота... Не

обрадуешься! В живот еще куда ни шло, но если долбать человека по кумполу, он в конце концов обалдеет.
    БСЭ – современная энциклопедия. Кое-что в ней наворочено в связи с культом личности. Но вряд ли влияние культа личности сказалось на

статье о боксе.
    «Бокс – вид спорта, кулачный бой... Цель боя – вывести противника из строя ударом в наиболее чувствительную часть тела... – нокаутом...

Нокаут сопровождается полубессознательным или бессознательным состоянием, наступающим чаще всего в результате удара в подбородок или в живот».
    Это определение более научно. Но «удар в наиболее чувствительную часть тела... В подбородок или в живот. Бессознательное состояние...»
    Приятно, конечно, стать чемпионом мира или Европы. Но если тебя заставят харкать кровью, будут лупцевать по животу, долбать по кумполу,

повергнут в полубессознательное, а то и вовсе бессознательное состояние, то лучше стать чемпионом по шашкам. А один наш парень стал чемпионом по

настольному теннису, тоже все понимает.
    Все же неудобно просто так отказаться. Вчера набивался, а сегодня откажусь. И возможно, бокс не так страшен, как написано в

энциклопедии. Я много раз видел бокс но телевизору и не замечал ни увечий, ни крови. Боксеры прыгали друг перед другом, нанося редкие и, по-

видимому, не слишком болезненные удары перчаткой. И может быть, тренер не захочет меня принять – не будет мест или у меня не окажется данных, –

допустим слишком короткие руки, с короткими руками противника не достанешь, он тебя достанет.
    По дороге на Цветной бульвар, где находится спортклуб, я сказал Косте:
    – А вдруг не примут?
    – Всех принимают.
    – Никому не отказывают?
    – Только тем, кто учится музыке.
    – Почему?
    – Могут повредить губы и пальцы. Ведь ты не играешь на саксофоне?
    – На саксофоне я не играю... Но думал поступить в джаз ударником.
    – И родители должны разрешить, – добавил Костя.
    Я сразу успокоился. Если впутывают родителей, значит, возможны варианты.
    Некоторое время мы ехали молча, потом я сказал:
    – Все время думаю о нэцкэ, что мы купили у старухи. Как-то нехорошо получилось.
    – Что нехорошо? – угрюмо спросил Костя.
    – В сущности, мы ее обманули, старуху. Конечно, собирательство – риск и так далее... Но уж больно жалко старуху: живет, наверно, на

пенсию. Ей бы эти деньги здорово пригодились.
    – Ты дурак или умный? – спросил Костя.
    – То есть?
    – В шашлычной за тебя платили? За красивые глаза? И помалкивай.
    – Я эти деньги верну.
    – Не задержи, – презрительно сказал Костя.
    – И никаких ваших нэцкэ больше не желаю знать.
    – Никто тебя и не просит.

  7

    Троллейбус остановился, и я сошел.