Книга Неизвестный солдат читать онлайн (Анатолий Рыбаков)

    – Нету у меня наследников, – ответила Антонина Васильевна, – я в войну и мужа и сына потеряла. Одинокая я. Вот к сыну еду. Пропал

безвестно в войну, а теперь нашлась его могилка. К ней и еду.
    – Далеко ехать-то, – заметил покупатель.
    – Далеко, – согласилась Антонина Васильевна, – я-то ведь дальше околицы не ездила. И не ехать нельзя. Сколько лет ждала: не мог он

безвестно пропасть. Теперь хоть поживу возле его могилки.
    – Поживи, Васильевна, да возвращайся, – сочувственно сказала соседка, – как ее начинать, жизнь, на новом месте?
    Покупатель кинул на нее недовольный взгляд:
    – Это уж, как говорится, хозяйское дело: где жизнь начинать, где ее, как говорится, кончать.
    – Сколько мне жить-то осталось, – вздохнула Антонина Васильевна, – вот и поживу возле сыночка своего дорогого.
    Соседка растроганно смотрела на нее.
    – Поветшала изба-то, – сказал покупатель, оглядывая стены, – не содержалась. Дом-то, он мужской руки требует.
    – Это верно, – согласилась Антонина Васильевна, – не было мужчины в доме, чего не было, того не было.
    – Ему бы ремонтик, тогда и цену подходящую можно бы назвать, – сказал покупатель.
    – На ремонт деньги нужны, – возразила Антонина Васильевна, – а где их взять?
    – Вам, как матери героя, колхоз должен помочь, сельсовет, – наставительно проговорил покупатель.
    – Ей уж предлагали, – вмешалась соседка, – отказалась.
    – Зря отказалась, – заметил покупатель.
    – Нет уж, – возразила Антонина Васильевна, – какой есть, такой покупайте. Я за дом деньги беру, не за сына. Сыну моему цепы нет.

  28

    Сеновал был низкий, только в самой середине его, под коньком пологой крыши, можно было стоять на четвереньках. Задний торец был забит

косо срезанными дощечками. Все добротное, крепкое, нигде ни щели; сено свежее, недавно убранное, хорошо высушенное, пахнущее осенью и сухим

тополиным листом.
    Через неприкрытые ворота были видны двор и кусок улицы. По ней проносились легковые машины, останавливались у домов, из чего Бокарев

заключил, что на улице разместится штаб. Тогда жителей повыгоняют, а дома и строения прочешут.
    Предположения его оправдались.
    Появились квартирьеры, и вскоре из дома вышла хозяйка с дочкой – несли узел и корзину.
    – Давай, матка, шнель! – торопил их квартирьер.
    По улице шли женщины, старики, дети, тащили вещи на себе, везли на тележках, на колясках. Жителей выселяли.
    Квартирьеры вошли во двор, осмотрели, открыли сарай, дали автоматную очередь и ушли, оставив ворота открытыми.
    – Будто ногу задело, – прошептал Краюшкин.
    – Ну и неловок ты, отец, – пробормотал Бокарев.
    – Немец ловок, – морщась, ответил Краюшкин.
    Бокарев стащил с Краюшкина сапог, осмотрел рану:
    – Кость цела.
    – Капельное дело, – согласился Краюшкин.
    Пакет они израсходовали на Вакулина. От кальсон Краюшкина Бокарев оторвал кусок, перевязал рану, сделал жгут, перетянул повыше колена.