Муми‑мама вздохнула.
– Нам придется довольствоваться светом от печки, – сказала она. – Осталось только три свечи, и они пойдут на именинный пирог рыболову. – Она подбросила в огонь несколько поленьев и оставила печную дверцу открытой.
Огонь весело затрещал, и семья расставила ящики полукругом. Время от времени шторм подвывал в трубе. Это был одинокий, печальный звук.
– Хотела бы я знать, что творится снаружи? – сказала Муми‑мама.
– Я могу тебе сказать, – ответил Муми‑папа. – Остров готовится ко сну. Я уверяю тебя, что он заснет тогда же, когда и мы.
Муми‑мама негромко засмеялась. Потом она сказала задумчиво:
– Знаете, все время, которое мы здесь прожили, мне казалось, что мы находимся в какой‑то экспедиции. Все так менялось, будто каждый день было воскресенье. Теперь я думаю: хорошее ли это ощущение?
Остальные ожидали продолжения.
– Конечно, нельзя оставаться в экспедиции навсегда. Она должна когда‑нибудь закончиться. И я ужасно боюсь, что внезапно опять наступит понедельник, и я не буду знать, было ли все это на самом деле... – Она замолчала и чуть смущенно посмотрела на Муми‑папу.
– Конечно, это было на самом деле, – сказал изумленный Муми‑папа. – И это здорово, когда все время воскресенье. Ведь именно это чувство мы и утратили.
– О чем это вы? – спросила Малышка Мю.
Муми‑тролль вытянул лапы. У него тоже было чувство, оно пронизывало его всего. Он мог думать только о Морре.
– Я должен немного прогуляться, – сказал он.
Остальные посмотрели на него.
– Я хочу подышать свежим воздухом, – нетерпеливо добавил он. – Я не могу больше париться здесь. Мне нужно двигаться.
– Послушай, – начал Муми‑папа, но Муми‑мама сказала:
– Конечно, иди, если хочешь.
– Что это на него нашло? – спросил Муми‑папа, когда Муми‑тролль ушел.
– Это возрастные проблемы, – ответила Муми‑мама. – Он и сам не понимает, что с ним происходит. Ты кажется, никогда не осознавал, что он взрослеет. Ты думаешь, он все еще маленький мальчик.
– Конечно, он довольно маленький, – сказал удивленный Муми‑папа.
Муми‑мама засмеялась и разворошила огонь. Это в самом деле было гораздо лучше, чем свечи.
Морра сидела на берегу, ожидая. Муми‑тролль подошел к ней без штормового фонаря. Он остановился возле лодки и посмотрел на Морру. Он ничем не мог ей помочь.
Он слышал, как бьется сердце острова, как деревья и камни убегают прочь от моря. Он не мог остановить это.
Вдруг Морра начала петь. Ее юбки хлопали, когда она размахивала ими, она топала по песку и изо всех сил старалась показать Муми‑троллю, как она рада его видеть.
Муми‑тролль в изумлении шагнул вперед. Не было сомнений: Морра радовалась ему. Ее не волновал штормовой фонарь, она была довольна, что Муми‑тролль пришел к ней.
Он стоял неподвижно, пока она не закончила свой танец. Потом он наблюдал, как она, переваливаясь, ушла с берега и исчезла. Он подошел и пощупал песок там, где она стояла. Песок совсем не замерз и был таким, как всегда. Муми‑тролль внимательно прислушался, но услышал только прибой. Похоже было, что остров вдруг заснул.
Он направился к дому. Остальные уже лежали в постелях, только угли мерцали в печи. Он заполз в кровать и свернулся клубком.
– Что она сказала? – спросила Малышка Мю.
– Она была довольна, – шепнул в ответ Муми‑тролль. – Она не заметила никакой разницы.
В день рождения рыболова небо было таким же чистым и ветер дул так же сильно.
– Проснитесь! – сказал Муми‑папа. – Все опять в порядке.
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Свежее в блогах