Книга Таня Гроттер и магический контрабас читать онлайн (Дмитрий Емец)

Да и потом, разве такое забывается?
— Можно задать вопрос? Это про этого дракона профессор Клопп рассказывал, что он сбил два американских истребителя, когда защитная магия над островом дала сбой? — как всегда некстати, влез Шурасик.
Баб-Ягун ткнул его кулаком:
— Тшш! И без тебя тошно! Ты же знаешь, драконы не любят, когда их обстреливают ракетами.
Соловей О.Разбойник, слышавший эту перепалку, ухмыльнулся:
— Эх вы, трусы!.. Да, это он, Ртутный... А я еще думал найти среди вас игрока в сборную Тибидохса. После того как в прошлом месяце мой лучший нападающий столкнулся в полночь с Безглазым Ужасом, как раз освободилось место.
Таня заметила, как Баб-Ягун и Ванька Валялкин при упоминании сборной Тибидохса разом вздрогнули и подались вперед. Еще мгновение — и с их губ слетят слова, но тут... тут Таня вдруг услышала чей-то громкий голос.
— Давайте я! — сказал этот кто-то, а когда на нее разом уставились две дюжины глаз, Таня поняла, что этот голос был ее собственным.
— КАК! Ты?! Шутки шутишь, Гроттер? — Соловей просверлил ее раздраженным взглядом. Но уже через секунду холод в его уцелевшем зрачке сменился ехидством. — Конечно, я тебя не отговариваю!.. Эй, отпустить дракона!
Джинны ловко сдернули с дракона намордник, а затем, одновременно отстегнув цепи, отскочили. Один чуть замешкался, и дракон сшиб его ударом кожистого крыла, точно кеглю. Опрокинутый джинн еще кувыркался, а дракон уже взлетел и заметался у них над головами, удерживаемый лишь магической преградой, мешавшей ему покинуть пределы игрового поля. Только теперь, с земли, по-настоящему стало видно, какой он огромный. Размах его крыльев был пугающе велик, а длинный гибкий хвост, заканчивающийся подобием стрелы, хлестал с умопомрачительной скоростью. Недаром кличка дракона была Ртутный — для такого порывистого, сверкающего чешуей молодого дракона лучше прозвища было не придумать.
Таня опустила глаза, но все равно невольно следила за его скользящей по песку тенью. Только бы не струсить. Быть не может, что она погибнет. Соловей этого не допустит, хотя... Тут она вдруг вспомнила, что он как-то странно смотрел на нее — так, как смотрят все «темные», — со скрытым недоброжелательством.
— Не надо Таню! Я вместо нее! — вызвался Ванька, бросаясь к своему пылесосу. Но, как назло, его дряхлый пылесос, вместо того чтобы взлететь, подпрыгнул метра на три, и от него отвалилась труба. Свалившись на землю, Ванька ушиб ногу и закусил губу, чтобы не заплакать от боли и досады.
— Валялкин, где ты выкопал этот хлам? Он и до свалки не долетит! — с издевкой хмыкнула Гробыня.
— Ну так что, Гроттер? Вперед! Дракон уже в небе! — поторопил Соловей.
— Да... Я уже иду... — Таня огляделась в поисках своего контрабаса. «Не смотреть на дракона! Не смотреть!» — говорил ей один голос, а другой издевался: «Как же ты ему мяч забросишь в пасть с закрытыми-то глазами?»
— Погоди! — догнал ее Баб-Ягун. — Запомни: у молодых драконов пламя не такое горячее, зато они гораздо резвее... И учти, по прямой он летает бы... — Внезапно Баб-Ягун схватился за одеревеневшие губы, из которых, несмотря на все попытки, не вылетало теперь ни звука.
Соловей О.Разбойник подул на кольцо, из которого только что вылетела красная искра.
— Не подсказывать! Пусть сама разбирается! Я предупреждал, что наложу заклятие немоты! — рявкнул он.
На ватных ногах Таня направилась к контрабасу. Никто не смеялся: даже Гробыня и Гуня Гломов отчего-то заглохли. Видно, то, что она делала, и правда граничило с безумием.
— Держи огнеупорную мазь... И волосы тоже смажешь! Пахнет скверно, но так надо.