Книга Таня Гроттер и перстень с жемчужиной читать онлайн (Дмитрий Емец)

Поочередно, сначала ухом, затем глазом приникла к щели и замахала руками, как ветряная мельница, подзывая всех к себе.
   — Это надо видеть! Джинн Абдулла заменяет Безглазого Ужаса у третьего курса!
   Таня осторожно приникла к двери. Справа, где-то в районе подмышки, она ощущала любознательное круглое лицо Пипы.
   «Ну и чем мы лучше Попугаевой?» — подумала Таня.
   Из класса донесся скрип, точно кто-то подвинул конторку, и знакомый, причмокивающий голос джинна Абдуллы произнес:
   — Нельзя сказать, чтобы я был рад вас видеть, однако нашу встречу следует признать состоявшейся. Как я вижу, опоздавших уже нет, усопших пока нет, так что продолжим… Сегодняшняя тема — семь чудес света. Храм Артемиды в Эфесе, Колос Родосский, Мавзолей в Галикарнасе, Александрийский маяк, Висячие сады Семирамиды и пирамида Хеопса… Кто же вам, бедненьким, обо всем расскажет, как не старик Абдулла? Мнээ?!
   — Сарданапал! — предположил звонкий голос с третьего ряда.
   Абдулла вскинул трясущуюся длань. Кто-то обрушился на пол вместе со стулом.
   — Запомни, мальчик! На риторические вопросы не отвечают! — сказал джинн назидательно.
   Думая о чем-то своем, вечном и расплывчатом, как он сам, джинн меланхолично проплыл над столом, поправляя сползший на щеку глаз. Таня вспомнила, что они с Ванькой дразнили Абдуллу «облаком в штанах».
   — Ну-с… что мы можем сказать о семи чудесах света, а, юные господа? — спросил он.
   — Вы назвали только шесть. Храм Артемиды, Колоса, Мавзолей в Галикарнасе, Александрийский маяк, Висячие сады и пирамиду Хеопса. Седьмое чудо — Статуя Зевса в Олимпии, — отрапортовал голос, по своей скорострельной звонкости принадлежавший, скорее всего, женскому эквиваленту Шурасика.
   Дрожащий палец Абдуллы вновь поднялся и запрыгал, выписывая ногтем руны.
   — Преподавателей не поправляют!.. — сказал он.
   Сиреневая молния рассекла воздух. Затем еще одна и еще. Лицо джинна озадаченно вытянулось. Нос поменялся местами со ртом. Таня сообразила, что Абдулла выбрасывает запуки, а женский эквивалент Шурасика их успешно отражает. Джинн атаковал уже всерьез, а его юная противница все еще была жива и здорова. Позор на его седую голову!
   Взбешенный джинн вскинул вверх обе руки со скрюченными пальцами, наклонился вперед как безумный дирижер, который хочет разом проклясть весь оркестр и… вдруг остановился. Таня догадалась: Абдулла спохватился, что будет выглядеть смешно, если обрушится на ученицу всей магической силой. Одно дело легкий запук — это еще туда-сюда, вроде легкого шлепка указкой по руке, и совсем другое дело, когда учитель вместо указки берет, к примеру, топор.
   Абдулла опустил руки и откашлялся.
   — Седьмое чудо я не назвал, проверяя твою внимательность, дорогая Маша! — произнес он обычным голосом, в котором не гремели уже раскаты грома.
   Таня внезапно поняла, что женским эквивалентом Шурасика была… Маша Феклищева. «А я ведь ее совсем не знаю… В смысле, как человека!» — подумала Таня. Вот она — новая, непостижимая грань характера!
   Пипа, чья круглая голова, постоянно меняя положение, выныривала от Тани то справа, то слева, потеряла равновесие и ткнулась лбом в дверь. Скрип был совсем тихим. Речь Абдуллы если и прервалась, то на долю секунды, сделала легкую запинку, не больше. Однако Таня заметила, как его левый глаз скользнул на щеку и цепко зыркнул в сторону двери.
   — Засек! — коротко прошептала она и бросилась бежать. За ней, уже не скрываясь, с топотом неслись остальные.