Книга Томек в стране фараонов читать онлайн (Альфред Шклярский)

Животные шествовали цепочкой, тихо, с вытянутыми шеями, как‑то совсем незаметно преодолевая расстояния. Во главе каравана ехал почти сросшийся с верблюдом старый араб. Он то и дело заводил заунывную меланхоличную песню. Ему вторил звон колокольчика, свисающего с шеи замыкавшего процессию дромадера.

Путь пролегал мимо, казалось, бесконечных полей и семей феллахов, мимо серых, слепленных из ила мазанок с плоскими крышами и крохотными окнами. Останавливали взгляд узкие, тянувшиеся ввысь подобно минаретам белые башенки голубятен, они придавали деревенькам феллахов Нижнего Египта какое‑то особое своеобразие. Южные стены лачуг были облеплены лепешками из навоза и голубиного помета, смешанных с соломой и глиной. После сушки они становились единственным доступным в этих местах топливом.

На пересеченных каналами пахотных землях как раз начиналась уборка клевера, льна и пшеницы, их вязали в снопы и переправляли по каналам. Рос и хлопок – белое золото Египта. Женщины в длинных черных одеждах, сидя на полях с полунагими детьми, заботливо укрывали за зелеными валами хрупкие коробочки хлопка, поворачивали коробочки поменьше к солнцу, пололи и рыхлили землю, с необыкновенным терпением и тщательностью осматривали листики, уничтожая мелких паразитов.

Во время стоянки Абер рассказывал Вильмовскому, как важно для Египта возделывание хлопка и как оно трудно.

– За лето мужчины много раз будут орошать эти кусты с желтыми цветами. Уборка начинается тогда, когда начинают лопаться коричнево‑черные коробки. Стебли срезают, женщины отделяют белые пушистые коробочки от коричневых, а дети собирают в корзину обрезки. Очищенный хлопок ждет торговца из Каира или Александрии. Затем следует продолжительный торг, чем он длиннее, тем для феллахов лучше. Крестьянин – в красной феске и голубой рубашке – пытается доказать, что его хлопок превосходен, а торговец то и дело обнаруживает в нем какие‑то паршивые клочки ваты, в то время, как она должна быть безупречно белой и блестящей. Они взаимно убеждают друг друга, шутливо препираются, издеваются, но в конце концов приходят к согласию. Собравшиеся вокруг соседи хлопают в ладони, общинный писарь составляет договор: столько‑то за хлопок, столько за масло и корм для скота из семян.

– Хлопок – главное достояние Египта, – Вильмовский старался поддержать интересный для него разговор.

– Совершенно верно! Особенно со времен Мухаммада Али и Гражданской войны в Америке. Ради хлопка, чтобы можно было многократно орошать поля, возведена плотина в Асуане. Старой системы бассейнов, что известна с незапамятных времен, уже не хватает.

– А в чем состояла эта система?

– Долина Нила поделена поперечными каналами на прямоугольные поля разных размеров. От пустыни ее ограждал защитный вал. В период разлива реки вода текла по каналам на поля, заливая их на высоту 1–2 метра, и стояла пятьдесят дней. Затем она спадала, уходя тем путем в Нил, а на полях оседал плодородный ил.

– Интересно, а когда начинался разлив реки?

– Летом, она так и называется «Нили» – период разлива. Здесь он, этот период, начинается в июле, а на юге страны – на пятьдесят дней раньше. Праздник разлива отмечали радостно, громко, он походил на карнавал в Венеции. Наивысший подъем воды отмечался в сентябре, затем она постепенно опадала. Весь период разлива продолжался около ста дней.

– Это значит, что сейчас Нил должен быть мелким? – спросил Вильмовский.

– Верно, как раз с марта до июня уровень воды в реке бывает самым низким, – ответил Абер.

– А что бывает, если в какой‑то год уровень Нила оказывается низким?

– Вот с таким явлением мы и имеем дело последние двенадцать лет. Раньше это означало бы голод. Веками здешние жители молились о 16 локтях подъема воды на ниломерах, ибо это было равносильно достатку.