ТАЛМУД


 

Талмуд — это многотомный свод правовых и религиозно-этических положений иудаизма. Буквальное значение слова талмуд — учение. Более позднее понимание слова талмуд, широко распространённое в наше время, — Мишна вместе с посвящёнными ей учениями амораев.

 

 

 Из трактата Брахот

Из издания трактата "Брахот", первого из трактатов Мишны, с комментариями р. П. Кегати в переводе на русский язык.

 

 

 Мишна. Раздел Зраим. Трактат Брахот.

 

 Комментарии раби Пинхаса Кегати. Перевод на русский язык

 

 Над переводом работали:

 З.Султанович (главы 1 — 5, ред. А.Бауха), Э.Ратнер и Й.Векслер (главы 6 — 9, ред. Й.Векслер)

 Под общей редакцией Й.Векслера

 посвящается светлой памяти р. Моше БАРСЕЛЛЫ

 — знатока Торы, широко образованного, гордого еврея, чуткого воспитателя молодежи, общественного деятеля и мыслителя, самозабвенно работавшего на благо общества, который принадлежал к первому поколению сионистов Советского Союза и внес неоценимый вклад в дело пробуждения и укрепления еврейского самосознания в этой стране нашего горького изгнания.

 Р. М.Барселла родился в местечке Коренец, (Белоруссия) в первый день еврейского месяца Шват 5662 г. (1902) и скончался в Иерусалиме 24 Тишрей 5747 г. (1986). Он был одним из основателей и руководителей института публикаций по вопросам иудаизма на русском языке "Амана".

 Настоящее издание стало возможным благодаря щедрой помощи

 Мориса и Вивиан ВОЛЬ,

 давних друзей р. М.Барселлы и его семьи.

 

 Раби Пинхас Кегати о своем комментарии к Мишне

 

 Тора — как вода: одна капля, другая капля — и возникает река, две галахи сегодня, две галахи завтра — и вот уже знания бьют неиссякаемым ключом.

 Шир гаширим раба

 

 Что требуется от комментария к Мишне?

 

 Отнюдь не открытие неизведанных глубин, но педагогический подход в популяризации содержания Мишны при опоре на Гемару и классические комментарии: Раши, Рамбама, Меири, Бартануру, Тосфот Йом-тов, Млехет Шломо, Шнот Элиягу, Тифъэрет Исраэль и прочая, и прочая, и прочая… Новейшие комментаторы тоже могут оказать существенную помощь — особенно в том, что касается выяснения реалий и изложения материала на современном, понятном всем, языке. Но вместе с тем цель работы не должна состоять лишь в преподнесении читателю Мишны полностью объясненной и растолкованной: нельзя скрывать от него трудности, тяжелые проблемы, возникающие иной раз в процессе ее изучения, несходство мнений ее толкователей. Поэтому я счел нужным каждый раз указывать источник, из которого почерпнуто объяснение, и приводить подчас по нескольку комментариев к одной и той же мишне, по-разному освещающих ее содержание. Это способствует расширению горизонта учащегося, углублению его понимания предмета, приносит ему чувство удовлетворения от его занятий и побуждает его чаще обращаться к первоисточникам, чтобы охватить проблемы во всем их объеме, во всей их глубине. В конце объяснений Мишны время от времени даются также особые дополнения, цель которых — обратить внимание учащегося на некоторые особенности материала и на толкования, выходящие за пределы основного комментария.

 Отдавая себе полный отчет в том, что избранный мною путь чреват длиннотами, я приложил все старания к тому, чтобы комментарий ничего не потерял ни в плане педагогическом, ни в плане популяризационном, чтобы язык его был понятен и точен, а форма изложения — четкая и ясная. Я обратил особое внимание на то, чтобы различия в шрифте, которым напечатан текст, облегчали его усвоение. Благодаря этому даже едущий в автобусе или в поезде может углубиться в ту часть Мишны, которую принято изучать в этот день, и постичь ее по-настоящему даже в том случае, если ее содержание многообразно и сложно.

 И еще три специфических момента делают этот комментарий к Мишне доступным каждому человеку:

 1. Комментарий предназначен для ежедневного изучения Мишны — по две мишны в день. Поэтому — чтобы избавить учащегося от необходимости листать страницы и разыскивать разъяснение уже пройденного материала, нужное ему сегодня, — все необходимые для понимания Мишны сведения хотя бы вкратце повторяются каждый раз, когда в них возникает нужда.

 2. Весь текст Мишны воспроизводится в комментарии, выделенный жирным шрифтом. Благодаря этому учащийся не будет тратить время на поиски разъясняемого материала в основном тексте Мишны и связи между отдельными проблемами.

 3. Кроме краткого предисловия перед каждым трактатом Мишны, посвященного сути содержания его, перед объяснением почти каждой мишны дано краткое введение с целью познакомить учащегося с темой данной мишны, с источниками и разъяснениями проблем, о которых будет сказано далее в комментарии мимоходом, или для того, чтобы напомнить учащемуся об уже пройденном материале, необходимом для понимания здесь.

 Благодаря всему этому достигается двойная польза: учащийся, время которого ограничено, получает для себя все нужные сведения; с другой стороны тот, кто свободнее распоряжается своим временем, узнает, к каким первоисточникам следует обратиться для того, чтобы вникнуть в материал основательнее.

 

 

 Глава первая

 

 мишна первая

 

 КОГДА ЧИТАЮТ "ШМА" ВЕЧЕРОМ? С ТОГО ЧАСА, КОГДА КОГЕНЫ ПРИХОДЯТ ЕСТЬ ТРУМУ, ДО КОНЦА ПЕРВОЙ СТРАЖИ [это] СЛОВА РАБИ ЭЛИЭЗЕРА. МУДРЕЦЫ ЖЕ ГОВОРЯТ: ДО ПОЛУНОЧИ. РАБАН ГАМЛИЭЛЬ ГОВОРИТ: ДО ВОСХОДА УТРЕННЕЙ ЗАРИ. СЛУЧИЛОСЬ, ЧТО ЕГО СЫНОВЬЯ ПРИШЛИ С ПИРА И СКАЗАЛИ ЕМУ: МЫ НЕ ЧИТАЛИ "ШМА". [Он] ОТВЕТИЛ ИМ: ЕСЛИ ЕЩЕ НЕ ВЗОШЛА ЗАРЯ, ВЫ ДОЛЖНЫ ПРОЧЕСТЬ. БОЛЕЕ ТОГО: ВСЕ, О ЧЕМ БЫЛО СКАЗАНО МУДРЕЦАМИ "ДО ПОЛУНОЧИ", ЗАПОВЕДАНО ДО ВОСХОДА УТРЕННЕЙ ЗАРИ. СОЖЖЕНИЕ ТУКА И ЧЛЕНОВ [жертвоприношений] — ЗАПОВЕДАНО ДО ВОСХОДА УТРЕННЕЙ ЗАРИ; И ВСЕ СЪЕДАЕМОЕ В ТОТ ЖЕ ДЕНЬ ЗАПОВЕДАНО ДО ВОСХОДА УТРЕННЕЙ ЗАРИ. ЕСЛИ ТАК, ТО ПОЧЕМУ СКАЗАЛИ МУДРЕЦЫ: "ДО ПОЛУНОЧИ"? ДАБЫ ОТДАЛИТЬ ЧЕЛОВЕКА ОТ ГРЕХА.

 

 Объяснение мишны первой

 

 Сказано в главе — "Шма" (Дварим 6, 7): "… и говори ты их, сидя дома и идя дорогой, и ЛОЖАСЬ, И ВСТАВАЯ". Отсюда вывели мудрецы, что заповедано читать "Шма" каждый день дважды: ЛОЖАСЬ — то есть тогда, когда люди ложатся спать, — во время лежания, ВСТАВАЯ — то есть тогда, когда люди встают ото сна, или: вечером и утром.

 Чтение "Шма" включает в себя три отрывка из Торы: 1) "Шма Исраэль" ("Слушай, Израиль") — Дварим 6, 4-9; 2) "И будет, если послушны будете заповедям Моим" — Дварим И, 13-21, в котором также сказано "… И ЛОЖАСЬ, И ВСТАВАЯ"; 3) отрывок о цицит — Бе-мидбар 15, 37-41, в котором упомянут Исход из Египта и сказано: "… дабы помнили вы и исполняли все заповеди Мои" — что является как бы продолжением к предыдущему отрывку: "И будет, если послушны будете..."

 Первые три главы нашего трактата занимаются правилами чтения "Шма". В данной мишне обсуждается время чтения "Шма" вечером, и объясняется в гемаре, что наша мишна начинает сразу со времени чтения, не обосновывая прежде самую обязанность чтения, опираясь на всеобщее знание написанного, в котором говорится: "… И ЛОЖАСЬ, И ВСТАВАЯ". Поэтому мишна начинает вопросом: "Когда читают..." — каковы границы времени, когда люди ложатся спать, и только потом, в мишне второй, обсуждается время утреннего чтения "ШМА". В гемаре приводится еще одна причина именно такого порядка: там объясняется, что мишна следует сказанному о сотворении мира: "… и был вечер, и было утро — день один" — то есть вначале "вечер", а потом "утро". Так и в мишне прежде всего ставится вопрос о чтении "Шма" вечером.

 

 Когда читают "Шма" вечером? — Когда начинается время чтения "Шма" вечером? С того часа, когда когены приходят есть труму. — Дары, преподносимые когенам согласно закону Торы, считаются священными. Поэтому когенам разрешено есть их только тогда, когда они ритуально чисты. Коген осквернившийся — не имеет права их есть, как сказано о нем (Ваикра 22, 4): "Святынь не вкусит, пока не очистится". О каких святынях идет речь? — объясняют мудрецы (Йевамот 74а) — О ТРУМЕ. Итак, осквернившийся коген не допускается к вкушению трумы, ПОКА НЕ ОЧИСТИТСЯ — то есть пока не окунется в живую воду родника или особого бассейна, миквэ, основой которого является дождевая вода, и ПОКА НЕ ЗАЙДЕТ СОЛНЦЕ того дня. Это значит, что даже после очищения в воде ему еще запрещено вкушать возношения до захода солнца, так как сказано: "И ЗАЙДЕТ СОЛНЦЕ, И ОЧИСТИТСЯ, И ЗАТЕМ ВКУСИТ СВЯТЫНЬ" (там же, 7).

 В гемаре разъясняется, что выражение "… и очистится"

 — имеет в виду не когена (как, казалось бы, понимается с первого взгляда), а солнце — потому что в стране Израиля говорили "очистился день", означая этим конец сумерек, когда солнце окончательно зашло, погрузилось и как бы окунулось в море за горизонтом и начали виднеться звезды. Так и пишет Рамбам ("Законы о труме" 7,2): "Оскверненные [когены] не едят возношений, пока не сядет солнце того дня и не выйдут три звезды после захода, так как сказано: "и зайдет солнце, и очистится" — то есть ПОКА НЕ ОЧИСТИТСЯ НЕБОСКЛОН ОТ СОЛНЕЧНОГО СВЕТА — и затем [коген] вкусит святынь". Об этом и говорится в этой мишне: С ТОГО ЧАСА, КОГДА КОГЕНЫ ПРИХОДЯТ ЕСТЬ ТРУМУ,

 — когены, которые несли на себе обязанность службы Всевышнему в Храме и распространения знания Торы в народе, были примером пунктуальности, и поэтому мы учим в мишне, что С ТОГО ЧАСА, КОГДА КОГЕНЫ, которые осквернились и уже сделали все от них зависящее, чтобы очиститься, и ожидающие только конца дня для полного очищения и возможности вновь вкусить святынь, УЖЕ ЧИСТЫ, — ОНИ ИМЕЮТ ПРАВО ЕСТЬ ТРУМУ. Это и есть установленное законом время ПОЯВЛЕНИЯ ЗВЕЗД, то есть полного захода солнца, с которого начинается время чтения "Шма" вечером. В гемаре объясняется, что в Мишне написано именно — "с того часа, когда когены..." (а не: "с часа появления звезд"), дабы научить нас еще одному правилу, а именно: что когену — сколь бы высокой степенью нечистоты он не осквернился — дозволено есть труму, если он окунулся в живую воду и уже село солнце того дня — даже если он еще не успел принести положенное ему жертвоприношение. Ибо так выводят мудрецы из написанного: "И зайдет солнце, и очистится, и затем вкусит святынь" — заход солнца удерживает его, а не искупление (то есть принесение жертвы). Есть мнение (Шнот Элиягу), объясняющее причину того, что в Мишне прямо не указано время "появления звезд", тем, что оно не упоминается в Торе нигде, кроме того места, из которого выводится срок, после которого очистившийся коген может есть труму. Поэтому Мишна поставила время вечернего чтения "Шма" в связь с возможностью когенов есть труму.

 И ДО КАКОГО ЧАСА ДЛИТСЯ ВРЕМЯ ЧТЕНИЯ "ШМА"? До конца первой стражи. — То есть до конца первой трети ночи — ибо, как указано в гемаре, ночь разделялась на три смены караулов. [Это] слова раби Элиэзера. — Как он толкует выражение "и ложась" — в то время, когда ты ложишься, а ведь большинство людей ложатся спать не позднее конца первой смены стражи. РАБИ ЭЛИЭЗЕР, упомянутый здесь, это раби Элиэзер бен Горканос (см. Авот 2,8). В отличии от других мудрецов, имя которых тоже было Элиэзер и которых, как правило, называют по имени-отчеству, упомянутый здесь раби Элиэзер обычно приводится только по собственному имени. В гемаре разъясняется, что люди знали признаки смены стражи, и потому раби Элиэзер воспользовался этим, сказав: "ДО КОНЦА ПЕРВОЙ СМЕНЫ". Мудрецы же говорят: до полуночи. — То есть время вечернего чтения "Шма" длится до полуночи. Рабан Гамлиэль говорит: до восхода утренней зари. — То есть чтение "Шма" возможно в течение всей ночи, так как выражение "и ложась" толкуется им как: все то время, в течение которого люди лежат, то есть время ночного сна. Из многих толкований, данных термину "восход утренней зари", приведем здесь ясное и краткое объяснение из книги "Диврей Талмуд" раби Аврагама-Элиягу Каплана, благословенна память его, в котором упорядочены все упомянутые в талмудической литературе признаки конца ночи и начала дня, каждый из которых важен для исполнения разных заповедей, связанных со временем (например — возможность произнести утренние благословения, возложить тфилин, начать молитву "Восемнадцать благословений" и т.п.): "Первые полоски света, занимающиеся на востоке в конце ночи, называются "лань зари". Они становятся все шире и ярче, пока, приблизительно через час, уже походят на столп света, который называется "восход зари". "Восход зари" появляется за час перед первыми лучами солнца. Некоторые из комментаторов считают, что "восход зари" называется на языке Талмуда еще и "освещением востока", другие считают это первыми проблесками солнца, третьи помещают его между "восходом зари", предваряющим его, и рассветом солнца, следующим за ним".

 Случилось, что его сыновья — рабана Гамлиэля, пришли — после полуночи, с пира — свадебного, и сказали ему — отцу: мы не читали "Шма". — Мы были заняты и забыли прочесть "Шма" этим вечером. [Он] ответил им: если еще не взошла заря, вы должны прочесть. В гемаре поясняется, что целью поставленного его сыновьями вопроса было узнать мнение мудрецов (то есть большинства; обычно в талмудической литературе при разногласиях мнение большинства анонимно обозначается "мудрецы", тогда как остающиеся в меньшинстве называются поименно): согласны ли они с толкованием раби Элиэзера, и лишь считая, что в норме большинства людей ложиться спать позже конца первой смены, продлевают время чтения до полуночи, но не позже, так как это уже не считается ими временем отхода ко сну; из этого следует, что опоздавшие к полуночи уже просрочили время обязанности вечернего чтения "Шма" и не имеют права читать "Шма" этой ночью. Если это так, то они, несмотря на известное им мнение своего отца, должны вести себя согласно мнению большинства, следуя правилу: закон устанавливается большинством. Либо же мудрецы принимают точку зрения рабана Гамлиэля: что все время лежания ночью является временем обязанности чтения "Шма", а мудрецы сказали "до полуночи" лишь дабы поторопить человека исполнить заповедь вовремя? На это ответил им рабан Гамлиэль, что мудрецы согласны с ним и поэтому ЕСЛИ НЕ ВЗОШЛА УТРЕННЯЯ ЗАРЯ, ВЫ ДОЛЖНЫ ПРОЧЕСТЬ. Более того. Рабан Гамлиэль добавил: не только по отношению к времени чтения "Шма" мудрецы считают, что оно длится всю ночь, несмотря на то, что они сказали "до полуночи", все, о чем было сказано мудрецами "до полуночи", — заповедано до восхода утренней зари. — Все заповеданное в вечернее время, но не выполненное в соответствии с предписанием мудрецов до полуночи, остается в силе всю ночь. Сожжение тука и членов [жертвоприношений] заповедано до восхода утренней зари. Тук и члены жертв, кровь которых следует кропить днем, предписано вознести и сжечь на алтаре в те же сутки — в течение дня и следующей за ним ночи, до восхода утренней зари. Если же они не были вознесены на алтарь до восхода зари, то они уже непригодны более к жертвоприношению из-за пройденной ночи, ибо сказано: "И не останется на всю ночь до утра пасхальная жертва" (Шмот 34, 28). Отсюда учат, как вести себя с остальными жертвоприношениями, в которых предписано сожжение на алтаре. И все съедаемое в тот же день. То есть жертвоприношения, части которых поедаются (либо ко-генами, либо приносящими жертву) в те же сутки (день и следующая за ним ночь) как, например, благодарственная жертва, очистительная жертва или повинная жертва, заповедано — дозволено есть — до восхода утренней зари. Ибо написано о благодарственной жертве: "Не оставит от нее до утра" (Ва-икра 7, 15), и отсюда учат о всех остальных жертвах, части которых поедаются.

 Если так — что все заповеданное вечером остается в силе всю ночь, то почему сказали мудрецы: "до полуночи"? О чтении "Шма" в данной мишне и о поедаемых в те же сутки жертвах в трактате Звахим? Следует заметить, что о сожжении туков и членов не было сказано мудрецами "до полуночи" и оно упомянуто в данной мишне для того, чтобы сообщить нам, что все, обязательное ночью, длится всю ночь (Раши и Бартанура). По версии Рамбама и в этом случае сказано мудрецами "до полуночи", и многие комментаторы затруднялись найти первоисточник этой версии (см. Тосфот Йом-тов). По некоторым мнениям на это намекается в трактате Звахим 9, 6 (Шнот Элиягу, Млехет Шломо). Итак: ПОЧЕМУ СКАЗАЛИ МУДРЕЦЫ "ДО ПОЛУНОЧИ" — обо всем этом? Дабы отдалить человека от греха. Чтобы был он проворнее в исполнении заповедей и не откладывал их до предела — ведь так он может забыться, просрочить и не исполнить вообще либо исполнить не вовремя. Например: поесть после дозволенного времени святынь (дозволенных частей жертвоприношений) и тем самым совершить тяжкий грех, наказание которого — карет. В барайте, которую цитирует гемара, добавляется: "Мудрецы предостерегли нас (тем, что сказали "до полуночи"), чтобы не произошло так, что человек, возвращающийся с поля вечером, скажет себе: пойду-ка домой, поем кое-что, выпью малость, посплю, а потом уж прочту "Шма" и помолюсь, ибо есть еще время, — но, сморенный сном, спит всю ночь (не успев прочесть "Шма"). Теперь же он по дороге с поля заходит в синагогу, если привычен читать Тору — читает, а если привычен учить гемару — учит; читает "Шма" и молится, а после этого вкушает хлеб свой с благословением" (Брахот 46).

 

 

 мишна вторая

 

 КОГДА ЧИТАЮТ "ШМА" УТРОМ? КАК ТОЛЬКО ОЩУЩАЕТСЯ РАЗЛИЧИЕ МЕЖДУ "ТХЕЛЕТ" И БЕЛЫМ; РАБИ ЭЛИЭЗЕР ГОВОРИТ: МЕЖДУ "ТХЕЛЕТ" И "КАРТИ"; И КОНЧАЮТ ДО ВОСХОДА СОЛНЦА. РАБИ ЙЕГОШУА ГОВОРИТ: ДО ТРЕХ ЧАСОВ, ТАК КАК ОБЫЧАЙ ЦАРСКИХ СЫНОВЕЙ ВСТАВАТЬ В ТРИ ЧАСА. ЧИТАЮЩИЙ "ШМА" ПОЗЖЕ НЕ ТЕРЯЕТ — КАК И ВСЯКИЙ ЧИТАЮЩИЙ ТОРУ.

 

 Объяснение мишны второй

 

 Когда читают "Шма" утром? — Когда начинается утреннее время чтения "Шма"? Как только ощущается — человеком — различие между "тхелет" и белым. Два эти цвета связаны с заповедью о цицит, о которой сказано (Бемидбар 15, 38): "… и вплетут в [каждую] кисть нить "тхелет"". Из этого мудрецы сделали вывод, что ОДНА из четырех шерстяных нитей, составляющих вместе кисть, привязанную к каждому из четырех краев четырехугольного покрывала, должна быть цвета "ТХЕЛЕТ". Краску этого цвета предписано получить из крови определенного вида моллюска, обитающего в море, и только ею разрешается красить нити цицит (подробно об этом см. трактат Мнахот 44а). Об этом особом цветовом оттенке мудрецы говорят: ""Тхелет" подобен цвету моря; цвет моря подобен цвету неба; цвет неба подобен сапфиру; сапфир подобен цвету престола Славы небесной". Рамбам пишет: ""Тхелет", о котором идет речь в Торе… подобна чистому небосводу в солнечный день". Итак назначение нитей "тхелет", сплетенных с нитями простой белой шерсти, привлекать внимание человека к себе, напоминая ему о заповедях Всевышнего и тем самым побуждая его к исполнению их, как и сказано: "… и ВИДЯ ЕЕ, вы вспомните заповеди Г-сподни и исполните их..." — цицит заповедано ВИДЕТЬ. И поэтому исполнение этой заповеди естественно связано с днем (когда светло) и служит признаком начала дня и начала времени чтения "Шма". КАК ТОЛЬКО ОЩУЩАЕТСЯ РАЗЛИЧИЕ МЕЖДУ "ТХЕЛЕТ И БЕЛЫМ — время утреннего чтения "Шма" начинается с того часа, когда человек в свете восходящей зари различает между нитью цвета "тхелет" и остальными белыми нитями в кистях цицит, как и сказано в гемаре: "… и видя ее, вы вспомните..." — посмотри на эту заповедь и вспомни другую, связанную с ней: заповедь чтения "Шма", вступающую в силу "как только ощутимо различие между "тхелет" и белым" (трактат Мнахот 436). И еще приводится в гемаре: "Другие говорят: признак начала дня — как только можно узнать знакомого на расстоянии четырех локтей" (Брахот 96). Об этом говорится в Талмуде Иеру-шалми: оба этих мнения — ощущение различия между "тхелет" и белым и возможность узнать знакомого на определенном расстоянии — имеют в виду ту же степень яркости зари. То есть они одинаковы по времени и оба служат признаком того, что пришло уже время утреннего чтения "Шма".

 Раби Элиэзер говорит: время чтения "Шма" утром начинается, как только ощущается различие между "тхелет" и "карти" — довольно близкими цветовыми оттенками, хорошо различимыми только при полном восходе солнца, то есть позднее, чем время различия между "тхелет" и белым. КАРТИ — слово на арамейском языке, которым переводится (в переводе Онке-лоса — см. Бемидбар 11, 5) ивритское слово Хацир (кормовые травы). Сочный зеленоватый цвет "карти" довольно похож на синеватый оттенок "тхелет". Таким образом, раби Элиэзер обозначает время чтения "Шма" на основании близких оттенков в природе: между "тхелет" в небе и сочно зеленоватым на земле. И кончают — завершают чтение "Шма" — до восхода солнца. То есть с первыми проблесками солнца над вершинами гор. Некоторые комментируют, что мишна воспользовалась выражением "и кончают", дабы подчеркнуть предписание мудрецов стараться завершить чтение "Шма" точно с проблеском солнца, как сказано в гемаре (Брахот 9 б): "Старательные (скромные и любящие заповеди люди — Раши) завершали его (чтение "Шма") с проблеском солнца, чтобы присоединить избавление (благословение "Избавитель Израиля", заключающее "Шма") к молитве ("Восемнадцать благословений") и молиться уже днем (так как молитва начинается с проблеском солнца). (Но следует заметить, что есть версии Мишны, в которых отсутствует слово "и кончают").

 Раби Иегошуа говорит: до трех часов. — То есть до конца четверти дня, так как обычай царских сыновей вставать в три часа. По мнению раби Иегошуа смысл сказанного "… и вставая" можно толковать как время подъема всех людей, а так как среди царских сыновей принято вставать со сна лишь в три часа от восхода солнца, то все это время можно считать временем подъема. Мнение раби Иегошуа принято и стало обязательным правилом поведения. Следует заметить, что во всей талмудической литературе приводится немало споров между раби Элиэзером и раби Иегошуа и как галаха всегда принимается мнение раби Иегошуа. Раби Иегошуа, о котором идет речь, это раби Иегошуа бен Ханания (см. Авот 2, 8). ЧАС, упоминаемый в Мишне, это так называемый "ВРЕМЕННОЙ ЧАС" (а не постоянная единица времени, принятая в наши дни); "временной час" — это двенадцатая часть дня от утренней зари до появления звезд. Поэтому он изменяется с изменением длины дня в разные времена года.

 Читающий — "Шма" позже обозначенного времени, то есть конца первой четверти дня, не теряет. То есть, несмотря на то, что он не выполнил своего долга по отношению к чтению "Шма" (ибо не прочел вовремя), даже читая позже времени он не совсем теряет вознаграждение, как и всякий читающий Тору, — ибо читающий "Шма" после назначенного срока все же занимается Торой. Так как чтение любого отрывка Торы является заповеданным и предписанным занятием Торой, то естественно, что и те три главы, входящие в "Шма", находятся в этой категории, и поэтому даже читающий не вовремя имеет вознаграждение, хотя не за особо выделенное законом чтение "Шма", а за занятие Торой. В гемаре добавляется, что в словах НЕ ТЕРЯЕТ имеется в виду, что человек, читающий "Шма" не вовремя, не теряет возможности сказать благословения перед и после чтения "Шма" (подробности о которых далее — в мишне четвертой).

 

 

 мишна третья

 

 ШКОЛА ШАМАЯ ГОВОРИТ: ВЕЧЕРОМ ВСЕ ДОЛЖНЫ ЧИТАТЬ ПРИКЛОНЯСЬ, А УТРОМ — СТОЯ, ИБО СКАЗАНО: "… И ЛОЖАСЬ, И ВСТАВАЯ". А ШКОЛА ГИЛЕЛЯ ГОВОРИТ: КАЖДЫЙ ЧИТАЕТ ПО СВОЕМУ ОБЫКНОВЕНИЮ, ИБО СКАЗАНО "И ИДЯ ДОРОГОЙ". ЕСЛИ ТАК, ТО ДЛЯ ЧЕГО СКАЗАНО "И ЛОЖАСЬ, И ВСТАВАЯ"? — В ТОТ ЧАС, КОГДА ЛЮДИ ЛЕЖАТ, И В ТОТ ЧАС, КОГДА ЛЮДИ СТОЯТ. СКАЗАЛ РАБИ ТАРФОН: ОДНАЖДЫ, НАХОДЯСЬ В ПУТИ, Я ПРИКЛОНИЛСЯ ЧИТАТЬ "ШМА" СОГЛАСНО ШКОЛЕ ШАМАЯ И ПОДВЕРГСЯ ОПАСНОСТИ ИЗ-ЗА РАЗБОЙНИКОВ. ОТВЕТИЛИ ЕМУ: ТЫ ЗАСЛУЖИЛ НАКАЗАНИЕ, ИБО ПРЕСТУПИЛ УСТАНОВЛЕНИЕ ШКОЛЫ ГИЛЕЛЯ.

 

 Объяснение мишны третьей

 

 Школа Шамая говорит: вечером все должны читать — "Шма" — приклонясь набок, то есть читать как бы лежа, а утром — стоя — а не сидя или лежа. Ибо сказано: "… и ложась, и вставая" — что и учит нас, каким образом следует читать "Шма". А школа Гилеля говорит: каждый читает по своему обыкновению. И вечером, и утром каждый читает "Шма", как ему привычно, ибо сказано "… и идя дорогой" — то есть человек может читать даже идя, не останавливаясь для этого. Тем более — не ложась.

 Если так, то для чего сказано "и ложась, и вставая"? — В тот час, когда люди лежат, и в тот час, когда люди стоят. То есть Тора не учит нас ОБРАЗУ ЧТЕНИЯ, а ВРЕМЕНИ ЧТЕНИЯ — тому, что предписано читать "Шма" дважды в день: во время, когда ложатся спать, и во время подъема, то есть вечером и утром.

 Сказал раби Тарфон: однажды, находясь в пути, я приклонился читать "Шма" согласно школе Шамая. Так как пришло время вечернего чтения "Шма", то я сошел с осла и приклонился, сообразуясь с мнением школы Шамая, и подвергся опасности из-за разбойников. Ибо задержался в пути вечером и, естественно, подвергся большей опасности нападения разбойников, чем если бы продолжал свой путь, читая "Шма" верхом на осле, двигаясь быстрее к месту назначения. Есть комментаторы, считающие, что на него действительно напали разбойники и ограбили его, и речь идет об опасности, которой подверглась его жизнь (Млехет Шломо). Ответили ему — мудрецы: ты заслужил наказание — ты сам виноват в том, что пережил, и если бы тебя убили, то на тебе самом лежала бы вина за это, ибо преступил установленное школой Гилеля.

 Виленский гаон объясняет это так: когда требования школы Шамая строже и ограничения жестче, чем у их оппонентов — школы Гилеля, — то можно взять на себя большую тяжесть заповеди и вести себя по правилам школы Шамая, несмотря на то, что ОБЯЗАТЕЛЬНОЕ (минимальное) исполнение заповедей соответствует постановленному школой Гилеля. Здесь же, в разногласии, касающемся чтения "Шма", спор вовсе не о мере строгости, а о понимании написанного: "и ложась, и вставая". По мнению школы Гилеля нет совершенно никакой обязанности склоняться при чтении "Шма" вечером и стоять утром, ибо нет никакой пользы в этих действиях. Поэтому человек, ведущий себя так, только показывает свое несогласие со вступившим в статус галахи постановлением школы Гилеля и заслуживает наказания.

 

 

 мишна четвертая

 

 УТРОМ ПРОИЗНОСИТ [человек] ДВА БЛАГОСЛОВЕНИЯ ПЕРЕД ЧТЕНИЕМ "ШМА" И ОДНО ПОСЛЕ НЕГО, А ВЕЧЕРОМ ДВА ПЕРЕД НИМ И ДВА ПОСЛЕ НЕГО; ОДНО ДЛИННОЕ И ОДНО КОРОТКОЕ. ПОСТАНОВЛЕННОЕ [мудрецами] БЫТЬ ДЛИННЫМ НИКТО НЕ СМЕЕТ СОКРАЩАТЬ, ПОСТАНОВЛЕННОЕ БЫТЬ КОРОТКИМ УДЛИНЯТЬ. ТАМ, ГДЕ УСТАНОВЛЕНО ЗАКЛЮЧЕНИЕ, — НЕ РАЗРЕШЕНО ЕГО ОПУСКАТЬ, А ТАМ, ГДЕ НЕ УСТАНОВЛЕНО, — НЕ РАЗРЕШЕНО ПРИБАВЛЯТЬ.

 

 Объяснение мишны четвертой

 

 В этой мишне речь идет о благословениях, установленных мудрецами перед и после чтения "Шма". Всего семь благословений — три утром и четыре вечером. Мудрецы установили их, ссылаясь на написанное: "семижды в день Тебя прославляю за справедливые законы Твои" (Тегилим 119, 164; см. Талмуд Иерушалми, Брахот). И объясняет Раши: "За справедливые законы Твои" — имеется в виду чтение "Шма", так как оно часть Торы. Другие комментаторы объясняют это тем, что в главах, составляющих чтение "Шма", упоминается семь заповедей (законов): тфилин на руку, тфилин головной, мезуза, четыре кисти цицит. Поэтому установили семь благословений перед и после чтения "Шма": славить Всевышнего за семь заповедей (Байт хадаш 236). Эти благословения не являются именно благословениями О ЧТЕНИИ "Шма" и не похожи на остальные благословения, произносимые перед исполнением заповедей, и нет в них формулировки "благословен Ты, Г-споди, освятивший нас своими заповедями и повелевший нам..." как, например, при чтении Торы. У каждого из этих благословений свое значение: "Создающий свет" — о дне и свете; "Любовью..." — о завете изучать Тору и т.п. После того, как они были уже приняты и установлены, их утвердили перед и после чтения "Шма", и этим они освобождают от обязанности благословения "… освятивший нас своими заповедями и повелевший нам читать "Шма" (Энциклопедия гаталмудит). Приводится в Талмуде Иерушалми: "Выполняющий "семижды в день Тебя благословляю"… как будто выполнил: "И будь занят ими днем и ночью" (то есть учи и исполняй законы Торы, вникай и думай о них все время). Этим и обосновывается (там же) разделение этих благословений на две группы: четыре из них вечером и три — утром, ибо сказано "… днем и ночью", дабы дневное занятие было равно вечернему, а так как в те дни не читали отрывок о цицит вечером (см. мишну пятую), то вечером к двум первым частям "Шма" присоединили четыре благословения, утром же к трем — три; таким образом и вечером и утром было по шесть частей, составляющих все чтение "Шма" (Шнот Элиягу). По другому мнению, количество благословений было распределено неодинаково (4 вечером и 3 утром) потому, что вечер предшествует утру и "то, что можно сделать вечером, не следует оставлять на утро": большинство из благословений можно произнести уже вечером (Львуш тхелет; Млехет Шломо).

 

 Утром произносит [человек] два благословения перед чтением "Шма". Именно: 1) "Творящий свет", начинающееся словами: "Благословен Ты, Г-сподь… творящий свет и создающий тьму" и заключаемое: "Благословен Ты, Г-сподь, создатель светил"; 2) "Любовью", начинающееся: "Любовью великой возлюбил Ты нас, Г-сподь..." (по другой версии — "Любовью вечной...") и заключаемое: "Благословен Ты, Г-сподь, избирающий народ свой, Израиль, с любовью". Это последнее благословение не начинается словами "Благословен...", так как оно стоит сразу после благословения "Творящий свет". И одно после него. Одно благословение произносят после чтения "Шма", начинающееся словами: "Истинное, и несомненное, и достоверное..." и заключаемое: "Благословен Ты, Г-сподь, избавитель Израиля". Поэтому оно называется "благословением избавления". Оно не начинается формулой: "Благословен..." и т.д., так как идет сразу за двумя первыми благословениями, несмотря на то, что само чтение "Шма" прерывает их, ибо следует присоединить "Истинно..." к концу чтения "Шма". Поэтому считается, что это благословение следует сразу за предыдущим. А вечером — два перед ним. Произносят два благословения перед чтением "Шма": 1) Благословен Ты, Г-сподь, по слову Которого наступает вечер" и заключаемое: "Благословен Ты, Г-сподь, [по слову Которого] наступает вечер"; 2) "Любовью вечной, народ свой, дом Израиля, возлюбил Ты..." и заключаемое: "Благословен Ты, Г-сподь, любящий народ свой, Израиль". И два после него. После вечернего чтения "Шма" произносят два благословения: 1) "Истинно и достоверно все это..." и заключаемое: "Благословен Ты, Г-сподь, спасший Израиль"; 2) "Дай нам, Отец наш, с миром отойти ко сну..." и заключаемое: "Благословен Ты, Г-сподь, хранящий народ свой, Израиль, вечно!". Одно длинное и одно короткое. Эти слова в мишне подвергаются разным толкованиям. По Раши — речь идет о двух благословениях после вечернего чтения "Шма", которыми мы только что занимались. Имеется в виду, что благословение "Истинно и достоверно" — длинное, ибо включает в себя много разных тем: исход из Египта, казнь первенцев, чудо перехода моря; второе же благословение "Дай нам..." — короткое. И дополняется в мишне, что запрещено изменять формулу благословений, установленную мудрецами: постановленное быть длинным никто не смеет сокращать, постановленное быть коротким — удлинять. То есть благословения, считающиеся длинными по вышесказанному критерию, нельзя сокращать, и наоборот, к кратким нельзя ничего прибавлять и делать их, таким образом, длинными. Но по толкованию Рамбама сказанное в Мишне получает иной смысл. "ОДНО ДЛИННОЕ, А ОДНО КОРОТКОЕ" — означает, по его мнению, не только благословения вечернего чтения "Шма", но и утреннего также, а именно — первые два благословения перед "Шма" — утром и вечером. "ДЛИННОЕ" — это благословение, начинающееся и завершающееся формулой "Благословен Ты", и т.д., "КОРОТКОЕ" — это то, в котором эта формула появляется только один раз. Поэтому сказанное "ОДНО ДЛИННОЕ, А ОДНО КОРОТКОЕ" — это относится к "Создающий свет" (оно длинное) и к "Любовью" (оно короткое) при утреннем чтении "Шма"; а также к "… по слову Которого наступает вечер..." (оно длинное) и к "Любовью вечной" (оно короткое) при вечернем чтении "Шма". И предостерегает мишна: ПОСТАНОВЛЕННОЕ БЫТЬ ДЛИННЫМ — НИКТО НЕ СМЕЕТ СОКРАЩАТЬ, ПОСТАНОВЛЕННОЕ БЫТЬ КОРОТКИМ — УДЛИНЯТЬ. То есть благословение, начинающееся и заканчивающееся формулой "Благословен", не разрешается изменять и делать кратким, то есть не начинать этой формулой, и наоборот — о тех благословениях, в которых установлено только заключить этой формулой, а не начать, — не разрешено начинать ею.

 Там, где установлено заключение. Те благословения, в которых была установлена заключительная формула "Благословен...", не разрешено его опускать, а там, где не установлено — например, в благословениях о плодах, благословениях перед исполнением заповедей — не разрешено прибавлять — ибо они не включают в себя многие темы, и поэтому начальная формула их (в ней упоминается основная тема, о которой идет речь в благословении) является и заключительной (Тосфот р. Акивы Эйгера).

 

 

 мишна пятая

 

 УПОМИНАЮТ ИСХОД ИЗ ЕГИПТА ПО НОЧАМ. СКАЗАЛ РАБИ ЭЛЬАЗАР БЕН АЗАРИЯ: ВОТ Я УЖЕ КАК СЕМИДЕСЯТИЛЕТНИЙ, И НЕ СПОДОБИЛСЯ УСТАНОВИТЬ ЧТЕНИЕ ИСХОДА ИЗ ЕГИПТА ПО НОЧАМ, ПОКА НЕ ВЫВЕЛ ЭТОГО БЕН-ЗОМА ИЗ СКАЗАННОГО (Дварим 16, 3): "ДАБЫ ПОМНИЛ ТЫ ДЕНЬ ТВОЕГО ИСХОДА ИЗ СТРАНЫ ЕГИПЕТСКОЙ ВСЕ ДНИ СВОЕЙ ЖИЗНИ", "ДНИ СВОЕЙ ЖИЗНИ" ЭТО ДНИ, "ВСЕ ДНИ СВОЕЙ ЖИЗНИ" ЭТО НОЧИ. А МУДРЕЦЫ ГОВОРЯТ: "ДНИ СВОЕЙ ЖИЗНИ" МИР СЕЙ, "ВСЕ ДНИ СВОЕЙ ЖИЗНИ" В ГРЯДУЩИЕ ДНИ МЕССИИ.

 

 Объяснение мишны пятой

 

 Уже было упомянуто выше (в мишне первой), что в чтение "Шма" включены три отрывка из Торы, и один из них — это глава о цицит. Но в гемаре приводится мнение, что читают эту третью главу "Шма" только утром, а не вечером, так как написано: "… и смотря на которые..." — то есть исполнение и упоминание цицит как заповеди может быть только днем, когда можно видеть цицит, а не ночью, когда — время тьмы (Брахот 146). О том говорится там же (2, 2): "И СКАЗАЛ" (глава цицит начинается со слов "и сказал...") читается в "Шма" только днем". По мнению Виленского гаона в сказанном в этой мишне подразумевается полный запрет читать главу о цицит ночью. Таково же мнение, приведенное в Талмуде Иерушалми. Итак, согласно этим толкованиям в нашей мишне говорится, что так же, как в утреннем чтении "Шма" упоминается Исход из Египта в главе цицит сказанным в ней — "Я — Г-сподь, Б-г ваш, выведший вас из земли Египетской", так и вечером следует найти способ упоминания Исхода из Египта. Каким же путем это делается? В гемаре приводится, что в Эрец-Исраэль обычно при вечернем чтении "Шма" говорили только начало и конец главы о цицит, связывая их в одно: "И сказал Г-сподь Моше: обратись к сынам Израиля и скажи им: Я — Г-сподь, Б-г ваш, истинно...". И продолжали: "Истинно и достоверно", в котором упоминается Исход из Египта. Но мудрецы Вавилона не согласились с таким решением вопроса, считая, что не следует вообще начинать с "И сказал..." и поэтому не продолжать — "Истинно и достоверно". Исход из Египта вспоминается в специально составленной для этого молитве: "Благодарим мы Тебя, Г-сподь, Б-г наш, Который вывел нас из страны Египетской и вызволил нас из дома рабства, и показал нам мощь свою в чудесах на море, и пели мы Тебе: кто сравнится с Тобой" и т.д. Но, вместе с тем, начавший главу о цицит — должен закончить ее без пропусков. "Сказал Абаей: поэтому мы начинаем читать "И сказал" вечером — по обычаю в Эрец-Исраэль, а так как уже начали, то продолжаем читать всю ее без пропусков". Отсюда видно, что по Талмуду Бавли следует читать главу о цицит и в вечернем чтении "Шма". Так же постановляет Рамбам: "Несмотря на то, что заповедь цицит не имеет силы ночью (то есть носящий цицит в одежде ночью не исполняет заповеди и она считается не более как часть одежды), все же читают главу о ней (в чтении "Шма"), ибо упоминается в ней Исход из Египта". Именно это правило поведения в отношении чтения "Шма" вечером мы учим из нашей мишны согласно большинству толкований.

 

 Упоминают Исход из Египта по ночам. То есть читают главу о цицит и в вечернем чтении "Шма", ибо упоминается в ней Исход из Египта, который предписано упоминать и ночью также. Сказал раби Эльазар бен Азария: вот я уже как семидесятилетний. В гемаре рассказывается, что рабан Гамлиэль, будучи главой сангедрина, постоянно огорчал раби Иегошуа бен Хананию (они были оппонентами во многих спорах, и рабан Гамлиэль, пользуясь должностью и авторитетом, заставлял раби Иегошуа исполнять свои решения). Это дошло до того, что ученики решили сместить рабана Гамлиэля с поста и назначить вместо него раби Эльазара бен Азарию. Именно в тот день — по рассказу Талмуда — исполнилось ему восемнадцать лет. Слишком большим был контраст между его молодостью и великим званием — главы сангедрина, и в ту же ночь чудесным образом поседели восемнадцать прядей в его бороде и придали ему подобающий вид умудренного годами старца, соответствующий такой должности и ответственности. Поэтому сказал раби Эльазар: "ВОТ Я УЖЕ КАК СЕМИДЕСЯТИЛЕТНИЙ", а не семидесятилетний в действительности. Рамбам объясняет в своем комментарии к мишне, что действительно раби Эльазар был еще молод, но из-за изнурительного изучения Торы днем и ночью ослабел, поседел и выглядел постаревшим как семидесятилетний — это и есть истинный смысл его слов ВОТ Я УЖЕ КАК СЕМИДЕСЯТИЛЕТНИЙ. И не сподобился установить чтение Исхода из Египта по ночам. Несмотря на мои старания и дружбу с мудрецами, я не сподобился узнать, где же указано в Писании даже намеком, что следует читать главу о цицит в вечернем чтении "Шма", дабы исполнить предписанное упоминание Исхода из Египта по ночам. Раби Овадия Бартанура объясняет эти слова несколько иначе: "НЕ СПОДОБИЛСЯ" — не сумел победить в споре с остальными мудрецами из-за недостаточно убедительных доводов и доказательств, и поэтому не привел всех к ЧТЕНИЮ ИСХОДА ИЗ ЕГИПТА ПО НОЧАМ, пока не вывел этого Бен-Зома — пока не услышал выводов Бен-Зомы из сказанного (Дварим 16, 3): "Дабы помнил ты день твоего исхода из страны Египетской все дни своей жизни" — толкуя это так: "дни своей жизни" — дни, "все дни своей жизни" — это ночи. Виленский гаон объясняет, что Бен-Зома не исходит из возможности лишнего слова, а просто понимает сказанное так: если бы было написано только "дни" — тогда мы должны были бы сузить значение понятия "день" только как дневного времени, но так как написано "все дни" — то имеется в виду обычное понятие, то есть СУТКИ — включающие в себя и дневное и ночное время (Шнот Элиягу).

 А мудрецы говорит: "дни своей жизни" — мир сей, "все дни своей жизни" — в грядущие дни Машиаха. Мудрецы толкуют слово "все" как включающее в себя дни Машиаха, когда также будут помнить об Исходе из Египта. В гемаре приводится барайта: "Сказал им (мудрецам) Бен-Зома: разве упоминают Исход из Египта в дни Машиаха? Ведь уже сказано (Ирмеягу 23, 7-8): "Вот грядут дни, речет Г-сподь, и не скажут больше — жив Г-сподь, выведший сынов Израилевых из страны Египетской; а — жив Г-сподь, который велел и который привел семя дома Израилева из страны Севера и из всех стран, в которые Я их низверг". Ответили ему: не то, чтобы Исход из Египта будет полностью искоренен из памяти (то есть смысл сказанного пророчества не в том, что совершенно не будут помнить и упоминать Исход из Египта), а только иго последнего изгнания будет главным (то есть наиважнейшим событием в дни Машиаха будет избавление от ига порабощения другими царствами), а Исход из Египта — второстепенным. Ведь подобное ты учишь из сказанного: "Не назовется более твое имя Яаков, а Израиль будет именем твоим" (Берешит 35, 10) — не то, чтобы искоренилось имя Яаков, а просто Израиль — главное, а Яаков — второстепенное". Из всего сказанного выше мы находим, что основное разногласие между Бен-Зомой и мудрецами состоит в том, будет ли упоминаться Исход из Египта в дни Машиаха, и так как по мнению Бен-Зомы не будут больше упоминать Исход из Египта в дни Машиаха — как и понимается из сказанного в пророчестве, то по его толкованию "все дни жизни" включают и ночи. Мнение Бен-Зомы приняло силу закона и стало правилом поведения по отношению к заповеди об упоминании Исхода из Египта и по ночам, поэтому читают главу о цицит в вечернем чтении "Шма" полностью. Раби Йом-тов Липман в своем комментарии к Мишне "Тосфот Йом-тов" пишет: "Так как глава цицит известна всем и у всех на устах вследствие чтения ее днем — в предписанное время исполнения ее, — установили читать ее и ночью (в чтении "Шма"), исполняя этим заповедь упоминания Исхода из Египта и по ночам".

 

 

 

 

 Глава вторая

 

 мишна первая

 

 ЗАНИМАЮЩЕГОСЯ ЧТЕНИЕМ ТОРЫ ЗАСТАЛО ВРЕМЯ ЧТЕНИЯ "ШМА": ЕСЛИ ИМЕЛ В ВИДУ ВЫПОЛНИЛ, ЕСЛИ ЖЕ НЕТ ТО НЕТ. В ПРОМЕЖУТКАХ ПРИВЕТСТВУЕТ ИЗ УВАЖЕНИЯ И ОТВЕЧАЕТ, ПОСРЕДИНЕ ЖЕ ПРИВЕТСТВУЕТ ИЗ СТРАХА И ОТВЕЧАЕТ [это] СЛОВА РАБИ МЕИРА. РАБИ ЙЕГУДА ГОВОРИТ: ПОСРЕДИНЕ ПРИВЕТСТВУЕТ ИЗ СТРАХА И ОТВЕЧАЕТ ИЗ УВАЖЕНИЯ, В ПРОМЕЖУТКАХ ЖЕ ПРИВЕТСТВУЕТ ИЗ УВАЖЕНИЯ И ОТВЕЧАЕТ ВСЯКОМУ ЧЕЛОВЕКУ.

 

 Объяснение мишны первой

 

 В этой мишне идет речь о степени осознанности и намерения в исполнении заповеди чтения "Шма", а также о том, разрешено ли — и если да, то в каких случаях — прервать чтение "Шма". Прежде всего следует заметить, что существуют разногласия между мудрецами — зависит ли исполнение заповедей от осознанности исполняющего их — то есть выполняет ли человек свой долг в исполнении заповеди только осознавая, что он исполняет заповедь Всевышнего, или даже исполняя заповедь без этого намерения, но по привычке. Но даже те, кто считает, что исполнение не обусловлено намерением, соглашаются, что все это верно только по отношению к заповедям, главной частью которых является какое-либо практическое действие, ибо само действие указывает на намерение; те же заповеди, в которых главным являются мысли определенного рода или речь, предписанная к произнесению (как чтение "Шма", например, или молитва), конечно же обязаны сопровождаться сосредоточенностью намерения и умысла. Поэтому заповедь чтения "Шма" обусловлена правильным прочтением текста (т.е. именно по внутреннему распорядку глав и т.п.) и пониманием смысла слов. Но несколько иначе мы учим в ге-маре: "Читающий "Шма" обязан настроиться сердцем (осознавая и понимая свое действие как исполнение заповеди Всевышнего); раби Аха от имени раби Йегуды говорит: так как он настроился сердцем и сосредоточился на исполнении заповеди в первом отрывке (из трех составляющих "Шма"), то более от него не требуется (то есть если остальные два отрывка он произнес машинально, то он не должен возвращаться и вновь читать, ибо он уже выполнил свой долг)". И еще приведено там: "Слушай, Израиль, Г-сподь Б-г наш, Г-сподь един ("Шма, Исраэль...") — этот стих требует настроя сердца, но не все остальное — [это] мнение раби Меира". Исходя из этого и установляет Рамбам: "Читающий "Шма" и не сосредоточившийся сердцем на первом стихе "Шма Исраэль" — не выполнил заповеди" (Законы о чтении "Шма" 2, 1). Написанное Рамбамом некоторые поясняют так: несмотря на то, что исполнение заповеди не обусловлено намерением, тем не менее именно в первом стихе чтения "Шма" оно должно быть, так как при произнесении его человек обязывается принять на себя власть Царства небесного (понимая же это, он и осознает исполнение заповеди чтения "Шма" вообще) ("Тосфот аншей шем", Рашба).

 

 Занимающегося чтением Торы — читающего в ней именно главы, составляющие "Шма", — застало время чтения "Шма": если имел в виду — этим чтением выполнить свой долг чтения "Шма", то по мнению тех, кто считает, что исполнение долга не обусловлено намерением — ЕСЛИ ИМЕЛ В ВИДУ — то есть имел в виду прочесть по правилам чтения главы "Шма" (т.е. в правильном порядке — одна за другой); а по мнению Рамба-ма — если он полагал исполнить заповедь в прочтении первого стиха "Слушай, Израиль..." (как уже было сказано выше) — то он выполнил свой долг чтения "Шма", если же нет — не имел никаких намерений, то нет. То есть, занимаясь чтением Торы и не принимая во внимание налагающиеся на него обязанности чтения "Шма", время которого пришло, даже если он прочитал соответствующие главы "Шма" по ходу своих занятий, он все же обязан еще раз читать "Шма" кроме этого, дабы исполнить заповедь. Существуют версии Мишны, в которых не записано "ЕСЛИ ЖЕ НЕТ — ТО НЕТ".

 В промежутках — между благословениями или между отрывками, составляющими чтение "Шма" (как описано в подробностях в следующей мишне), приветствует — в промежутках можно приветствовать из уважения к человеку, которому он обязан выказывать знаки почтения: отцу или учителю, например, а также любому человеку, более великому в мудрости (Рамбам), и отвечает — само собой разумеется, на приветствие уважаемого человека (гемара). Посредине же — благословения или текста "Шма" — приветствуют из страха — перед человеком, который может наказать его, если не получит подобающее ему почтение, как, например, властителя или занимающего важный государственный пост и т.п., и отвечает — на приветствие такого человека, но не приветствует и не отвечает на приветствие посредине текста только лишь из уважения. Это слова раби Меира — по которому нет разницы между приветом и ответом. Раби Иегуда говорит: посредине приветствуют из страха — в этом он согласен с мнением раби Меира, разъясненным выше, и отвечает из уважения. То есть не только из страха, но и из уважения также отвечает на приветствие почтенных, хотя и ничем не грозящих людей даже если он находится посреди текста благословения или чтения "Шма". В промежутках же — между благословениями и между отрывками чтения "Шма" приветствует из уважения — как сказано выше, в начале мишны, и отвечает всякому человеку — который приветствовал его, даже если он не из уважаемых людей, почитать которых вменено в долг. МНЕНИЕ РАБИ ЙЕГУДЫ ПРИНЯТО КАК ГАЛАХА. Есть комментаторы, объясняющие "из страха" — как из почтения и боязни по отношению к отцу или учителю, которых предписано почитать и бояться (Рош, Рашба), а "из уважения" — как дань чести и почета важному своими занятиями или делами человеку (Раши и большинство комментаторов мишны). Упоминаемый в Мишне раби Иегуда — всегда раби Иегуда бар Илай.

 

 

 мишна вторая

 

 "ПРОМЕЖУТКИ" ЭТО ЗНАЧИТ: МЕЖДУ ПЕРВЫМ И ВТОРЫМ БЛАГОСЛОВЕНИЕМ, МЕЖДУ ВТОРЫМ БЛАГОСЛОВЕНИЕМ И "ШМА", МЕЖДУ "ШМА" И "И БУДЕТ, ЕСЛИ...", МЕЖДУ "И БУДЕТ, ЕСЛИ..." И "И СКАЗАЛ...", МЕЖДУ "И СКАЗАЛ..." И "ИСТИННО И НЕСОМНЕННО..." РАБИ ЙЕГУДА ГОВОРИТ: МЕЖДУ "И СКАЗАЛ..." И "ИСТИННО И СТОЙКО..." НЕ ПРЕРВЕТ. СКАЗАЛ РАБИ ЙЕГОШУА БЕН КОРХА: ПОЧЕМУ "ШМА" ПРЕДШЕСТВУЕТ "И БУДЕТ, ЕСЛИ ПОСЛУШАЕТЕСЬ..."? ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ ПРЕЖДЕ ВСЕГО ПРИНЯЛ НА СЕБЯ [человек] ИГО ЦАРСТВА НЕБЕСНОГО, А ПОТОМ УЖЕ — ИГО ЗАПОВЕДЕЙ. А ПОЧЕМУ "И БУДЕТ, ЕСЛИ ПОСЛУШАЕТЕСЬ..." ПРЕДШЕСТВУЕТ "И СКАЗАЛ..."? ПОТОМУ ЧТО "И БУДЕТ, ЕСЛИ ПОСЛУШАЕТЕСЬ..." ВВЕДЕНА К ИСПОЛНЕНИЮ И ДНЕМ И НОЧЬЮ, А "И СКАЗАЛ..." — ТОЛЬКО ДНЕМ.

 

 Объяснение мишны второй

 

 "Промежутки" — это значит. Промежутки, о которых говорилось в предыдущей мишне и в которые разрешается приветствовать и отвечать на приветствие: между первым и вторым благословением перед чтением "Шма". А именно: утром это после окончания благословения "Создающий свет" и перед началом благословения "Любовью", а вечером — это после окончания "По слову Которого наступает вечер" и перед началом благословения "Любовью вечной..." Между вторым благословением и "Шма". Утром — это после "Благословен… избравший народ свой, Израиль, с любовью", а вечером — после "Благословен… любящий свой народ, Израиль" и перед началом чтения "Шма, Исраэль". Между "Шма" и "И будет, если..." — после последнего стиха "и напиши это на косяках дома своего и на вратах своих", заключающего первую главу чтения "Шма", и перед началом "И будет, если послушаетесь..." — открывающего вторую главу. Между "И будет, если..." и "И сказал...". После окончания второй главы стихом "… как дни неба над землей" и перед началом главы о цицит; между "И сказал..." и "Истинно и несомненно..." — после того, как кончает главу о цицит и перед тем, как начинает "истинно и несомненно ..." (утром), а вечером — перед началом "истинно и достоверно...". Раби Иегуда говорит: между "И сказал..." и "Истинно и стойко..." не прервет. Между "Я — Г-с-подь, Б-г ваш" и "истинно (последние слова главы "И сказал..." и первое слово благословения после чтения "Шма" положено говорить как одну фразу) нельзя прерывать даже в тех случаях, когда можно это делать посреди чтения одной из глав "Шма" или посреди одного из благословений, предшествующих ему либо следующих за ним. (Рош, рабейну Иона). Сказанное выше в отношении к утреннему чтению распространяется и на вечернее, то есть нельзя прерывать между "Я — Г-сподь, Б-г ваш" и "истинно и достоверно", ибо сказано (Ирмеягу 10, 10): "И Г-сподь, Б-г истин...". Но между "истинно" и "несомненно" (утром или "достоверно" — вечером) можно прервать, как если бы это было посреди чтения одной из глав или благословений "Шма". (Тосфот Йом-тов). Рамбам объясняет: "МЕЖДУ "И СКАЗАЛ" И "ИСТИННО И НЕСОМНЕННО..." НЕ ПРЕРВЕТ" — нельзя прерывать как в "промежутках", а как "посредине", то есть приветствовать из страха и отвечать из уважения (согласно мнению раби Иегуды, принятому как галаха), можно.

 Сказал раби Иегошуа бен Корха: почему "Шма" предшествует "И будет, если послушаетесь..."? Из-за чего предварили мудрецы чтением главы "Шма" чтение главы "И будет, если послушаетесь..."? Если допустим, потому что "Шма" и в Торе стоит раньше второй главы, то ведь третья глава — о цицит — стоит еще раньше первой, и тем не менее она последняя. И вновь возникает вопрос о причине именно такого распорядка в чтении "Шма". Для того — предваряют чтением "Шма" чтение второй главы "И будет, если послушаетесь", чтобы прежде всего принял на себя [человек] иго царства небесного — обязанность по отношению к власти Всевышнего, заключающуюся в первом стихе — "Слушай, Израиль", содержание которого: наша вера в существование Б-га и в Его единство, что является основой и фундаментом соблюдения Торы. А потом уже иго заповедей. Как написано в этой главе: "И будет, если послушаетесь Моих повелений… любить Г-спода, Б-га вашего, и служить ему всем сердцем и всей душой".

 А почему глава "И будет, если послушаетесь" предшествует главе "И сказал..."? Ведь и в "И сказал..." есть своего рода принятие ига царства небесного и принятие ига заповедей также, как и сказано в ней: "… дабы запомнили и исполнили вы все заповеди Мои… Я — Г-сподь, Б-г ваш!" Потому что "И будет, если послушаетесь..." введена к исполнению и днем и ночью. То есть в этой главе говорится о Торе и о заповедях, обязательных в любое время — и днем и ночью. А "И сказал..." же — только днем — то есть в этой главе говорится, главным образом, о заповеди цицит, обязательной только днем, о чем уже говорилось в конце первой главы нашего трактата (мишна пятая). Есть толкования, в которых объясняется, что сама глава о цицит не читается по ночам (см. введение к мишне пятой первой главы). В гемаре добавлено еще одно обоснование именно такого распорядка глав в чтении "Шма": первая глава — "Слушай, Израиль" включает в себя три повеления УЧИТЬСЯ ("и говори ты о них"), УЧИТЬ других ("и обучай ты сыновей своих") И ИСПОЛНЯТЬ ("и навяжи", "и напиши"); вторая глава два повеления: УЧИТЬ ("и обучайте сыновей своих") И ИСПОЛНЯТЬ ("и навяжите их", "и напишите"); третья глава — только одно: ИСПОЛНЯТЬ ("и исполняйте вы все заповеди Мои").

 

 

 мишна третья

 

 ПРОЧИТАВШИЙ "ШМА", НЕ УСЛЫШАВ УХОМ, ИСПОЛНИЛ. РАБИ ЙОСЕ ГОВОРИТ: НЕ ИСПОЛНИЛ. ПРОЧЕЛ, НЕВНЯТНО [произнося] БУКВЫ РАБИ ЙОСЕ ГОВОРИТ: ИСПОЛНИЛ, РАБИ ЙЕГУДА ГОВОРИТ: НЕ ИСПОЛНИЛ. ПРОЧЕЛ НАОБОРОТ НЕ ИСПОЛНИЛ. ЧИТАЛ И ОШИБСЯ ПУСТЬ ВОЗВРАТИТСЯ К МЕСТУ ОШИБКИ.

 

 

 Объяснение мишны третьей

 

 Прочитавший "Шма", не услышав ухом. Если прочел таким тихим шепотом, что собственными ушами не услышал сказанного своими устами, исполнил заповедь, то есть не должен читать вновь. Раби Иосе говорит: не исполнил — заповедь чтения "Шма", ибо сказано: "Слушай" (Шма) — слушай ушами сказанное устами" (гемара). Иначе толкует смысл слова "Шма" первый мудрец Мишны (считающий, что он выполнил свой долг): "Слушай" — на любом языке, слышимом (понимаемом) тобой: то есть можно читать "Шма" на любом языке, лишь бы читающий понимал читаемое им. — Раби Иосе, упоминаемый здесь, — это раби Йосе бен Халафта. КАК ГАЛАХА ПРИНЯТО МНЕНИЕ ПЕРВОГО МУДРЕЦА: то есть даже не услышавший себя исполнил заповедь, но только постфактум, намереваясь же читать, следует стараться услышать читаемое.

 Прочел — "Шма", невнятно [произнося] буквы — нечетко различая между одинаковыми буквами, одна из которых заключает слово, а другая стоит в начале следующего, раби Йосе говорит: исполнил — заповедь, раби Иегуда говорит: не исполнил — заповедь. В этом случае КАК ГАЛАХА ПРИНЯТО МНЕНИЕ РАБИ ЙОСЕ. Вместе с тем следует стараться произносить внятно и отчетливо все буквы, не глотая и не смешивая тождественные звуки, а также следить за правильным ударением, твердыми и мягкими буквами, долготой или краткостью звучания в гласных. Прочел наоборот — прочел стихи и главы "Шма" в обратном порядке: сначала последний, потом предпоследний, как, например: начал "и напиши их на косяках дома твоего и ворот твоих", а потом стоящий перед ним "и навяжи их в знак на руку твою, и да будут они знаками меж глаз твоих", и т.п., не исполнил — заповедь чтения "Шма", ибо сказано: "И будут слова эти...", и истолковали это: "И будут" — должны БЫТЬ такими, какие они есть, то есть пусть они будут прочитаны в том порядке, в каком они записаны в Торе. Следует заметить, что это относится к распорядку слов или стихов, а не глав, ибо в утвержденном мудрецами порядке чтения "Шма" главы не расположены в том порядке, в каком они записаны в Торе (в предыдущей мишне мы видели причины этого). Поэтому читающий эти главы не в установленном порядке, как, например, сначала главу о цицит, а потом остальные две, — исполнил свой долг и заповедь (Рамбам, законы чтения "Шма" 2, 11). Упомянутый в предыдущей мишне порядок чтения рекомендуется и предписывается мудрецами как самый правильный (причины этого указаны в той же мишне). Однако он не препятствует исполнению заповеди чтения "Шма" (даже если оно было исполнено в ином порядке) постфактум.

 Читал и ошибся — в чтении "Шма": пропустив слово или один из стихов — следует возвратиться к месту ошибки (к началу стиха) и продолжить чтение оттуда по порядку (даже если это повторение уже прочитанного). В гемаре приводится следующее: ОШИБСЯ МЕЖДУ ГЛАВАМИ (т.е. знает, что закончил главу и должен начать другую, но не знает какую) ВОЗВРАТИТСЯ к первой главе (т.е. к первому промежутку и начнет "И будет, если послушаетесь..." (Раши). Рамбам же пишет: возвратится к первой главе, к стиху "И люби Г-спода...", следующему сразу за стихом "Шма Исраэль"). ОШИБСЯ ПОСРЕДИ ГЛАВЫ (он знает, в какой главе ошибся, но не помнит в каком стихе именно) пусть ВОЗВРАТИТСЯ К НАЧАЛУ ГЛАВЫ (той, в которой ошибся). ОШИБСЯ МЕЖДУ "НАПИСАНИЯМИ" (т.е. знает, что должен повторить стих "И напиши...", но не помнит в какой главе, ибо этот стих повторяется почти теми же словами и в первой и во второй главе) пусть ВОЗВРАТИТСЯ К ПЕРВОМУ "НАПИСАНИЮ" (начнет чтение вновь с "напиши..." первой главы). Но, однако, если сомнение зародилось в нем уже после произнесения последнего стиха второй главы — не возвращается, так как чтение "Шма" привычно (гемара, Рамбам).

 

 

 мишна четвертая

 

 РАБОТНИКИ ЧИТАЮТ [даже] НА ВЕРШИНЕ ДЕРЕВА ИЛИ НА ЛЕСАХ, ЧТО НЕ ДОЗВОЛЕНО ИМ ПО ОТНОШЕНИЮ К МОЛИТВЕ.

 

 Объяснение мишны четвертой

 

 В этой мишне мы учим о том, что и во время работы следует читать "Шма" как приведено в гемаре: "Школа Гилеля постановляет: занимаясь работой, читают".

 

 Работники — рабочие и ремесленники, занимающиеся своим делом, — рабочий, находящийся на дереве, например, и собирающий плоды или подрезающий ветви, или же строитель, стоящий на лесах в то время, когда настало время чтения "Шма", не должны спускаться вниз, оставив работу, а читают [даже] на вершине дерева или на лесах — продолжая стоять там же, что не дозволено им по отношению к молитве. Упоминающаяся в мишне МОЛИТВА означает молитву "ВОСЕМНАДЦАТЬ БЛАГОСЛОВЕНИИ", и мишна поучает, что нельзя молиться "Восемнадцать", стоя на дереве или недостроенного здания, ибо молитва — это прежде всего просьба милосердия, а это требует сосредоточенного сердечного настроения. Стоящие же где-то на дереве либо на лесах не могут сосредоточиться, боясь потерять равновесие и упасть с высоты, поэтому они обязаны спуститься вниз и там уже молиться. Чтение же "Шма" не требует сосредоточенности — кроме первого стиха, как уже приведено выше (см. комментарий к мишне первой), и поэтому они могут читать по всем правилам даже стоя на высоте и не оставляя места работы (не причиняя таким образом почти никакого убытка нанявшему их хозяину). Вместе с тем, постановляет Рамбам, хотя работники и читают "Шма", не оставляя места работы, тем не менее они прекращают работать в процессе чтения всей первой главы "Шма", "дабы не было их чтение случайным" — то есть: чтение "Шма" не должно быть между делом, когда ремесло — главное, а чтение — случайное, "между прочим".

 

 

 мишна пятая

 

 ЖЕНИХ ОСВОБОЖДЕН ОТ ЧТЕНИЯ "ШМА" В ПЕРВУЮ НОЧЬ [и] ДО ИСХОДА СУББОТЫ, ЕСЛИ НЕ СОВЕРШИЛ АКТА. БЫЛО ДЕЛО С РАБАНОМ ГАМЛИЭЛЕМ, ЧИТАВШИМ В ПЕРВУЮ БРАЧНУЮ НОЧЬ. СКАЗАЛИ ЕМУ ЕГО УЧЕНИКИ: НЕ ТЫ ЛИ УЧИЛ НАС, НАСТАВНИК НАШ, ЧТО ЖЕНИХ ОСВОБОЖДЕН ОТ ЧТЕНИЯ "ШМА" В ПЕРВУЮ НОЧЬ? ОТВЕТИЛ ИМ: НЕ ПОСЛУШАЮ Я ВАС И НЕ ЛИШУ СЕБЯ ЦАРСТВИЯ НЕБЕСНОГО ДАЖЕ НА ЧАС.

 

 Объяснение мишны пятой

 

 После того, как мы узнали из предыдущей мишны, что работающие читают "Шма" занимаясь своим ремеслом, в этой мишне мы учим, что занятый исполнением заповеди либо озабоченный приготовлениями и ожиданием исполнения заповеди ("обеспокоенный и спешащий исполнить заповедь". — Рамбам) — освобожден от долга читать "Шма". Ибо сказано: "СИДЯ В ДОМЕ СВОЕМ И ИДЯ ДОРОГОЮ СВОЕЮ", и отсюда выводят мудрецы: СИДЯ В ДОМЕ СВОЕМ — когда ты занят своими домашними делами, ты обязан читать, но когда ты занимаешься заповедями, ты освобожден от чтения "Шма". Так же: ИДЯ ДОРОГОЮ СВОЕЮ — идя своей дорогой (по своим делам), ты обязан читать, но если ты пустился в путь ради исполнения заповеди, ты освобожден от этой обязанности. Итак, в принципе, если ты утружден своими заботами и занятиями, на тебе лежит долг освободиться от всего и прочесть "Шма" в установленное время; если же ты занят и обеспокоен исполнением заповеди, то ты освобожден от чтения "Шма" — и не только от него, но и от обязанности исполнения всех других заповедей вообще, ибо "занятый исполнением заповеди освобожден (в то время) от заповеди иной".

 

 Жених — женившийся на девушке (а не на вдове или разведенной, которые уже не девственницы) освобожден от чтения "Шма" в первую ночь — брачную, [и] до исхода субботы, — ибо тогда было принято жениться на девушке в среду (см. Кту-бот 1а), и поэтому мишна поучает, что жених освобожден от чтения "Шма" ДО ИСХОДА СУББОТЫ — включительно т.е. четыре ночи, если не совершил акта — если до исхода субботы не овладел женою. Некоторые комментаторы уточняют и считают, что именно ночью он освобожден от чтения "Шма", но утром — обязан, как обычно, даже в первое утро после свадьбы (рабейну Маноах от имени Раавада). Другие считают, что освобождение от чтения распространяется и на утро в течение этого времени (Тур, Рамбам). Однако с исхода субботы и далее он вновь обязан читать утром и вечером, даже если еще не совершил акта, ибо он уже привык к новой жене и не находится в таком глубоком волнении, как в первые дни.

 Было дело с рабаном Гамлиэлем, читавшим в первую брачную ночь. Он, несмотря на освобождение от долга, прочел "Шма" в первый брачный вечер. Сказали ему ученики его — рабана Гамлиэля: не ты ли учил нас, наставник наш, что жених освобожден от чтения "Шма" в первую ночь? Почему же ты сам не ведешь себя согласно твоему же наставлению? Ответил им — рабан Гамлиэль своим ученикам: не послушаю я вас и не лишу себя царствия небесного даже на час. К себе я отношусь строже, чем к другому человеку, стараясь пребывать в осознании власти Всевышнего постоянно и не прерывать этого даже на самое малое время.

 

 

 мишна шестая

 

 [Он] МЫЛСЯ В ПЕРВУЮ НОЧЬ ПОСЛЕ СМЕРТИ СВОЕЙ ЖЕНЫ. СКАЗАЛИ ЕМУ УЧЕНИКИ ЕГО: НЕ ТЫ ЛИ УЧИЛ НАС, НАСТАВНИК НАШ, ЧТО В ТРАУРЕ ЗАПРЕЩЕНО МЫТЬСЯ? ОТВЕТИЛ ИМ: Я НЕ КАК ОСТАЛЬНЫЕ ЛЮДИ, Я "ИСТЕНИС".

 

 Объяснение мишны шестой

 

 Рассматривая поведение рабана Гамлиэля, мишна приводит здесь и далее другие случаи, когда рабан Гамлиэль вел себя не в соответствии с установленными правилами.

 

 [Он] Мылся в первую ночь после смерти своей жены — несмотря на то, что установлен запрет мыться горячей водой в первую ночь траура, рабан Гамлиэль разрешил себе это. Сказали ему его ученики: не ты ли учил нас, наставник наш, что в трауре запрещено мыться — почему же ты сам дал себе в этом поблажку?

 Ответил им: я не как остальные люди — я отличаюсь от других, я "истенис" [астеник] — то есть чувствительный и изнеженный, поэтому мое тело требует мытья в горячей воде, ибо если я лишаю себя этого, то я страдаю — запрет же мыться в горячей воде установлен для лишения удовольствий, а не для того, чтобы причинять страдания.

 

 

 мишна седьмая

 

 КОГДА УМЕР РАБ ЕГО, ТАВИ, [он] ПРИНЯЛ СОБОЛЕЗНОВАНИЯ. СКАЗАЛИ ЕМУ УЧЕНИКИ ЕГО: НЕ ТЫ ЛИ УЧИЛ НАС, НАСТАВНИК НАШ, ЧТО НЕ ПРИНИМАЮТ СОБОЛЕЗНОВАНИЯ ПО РАБУ? ОТВЕТИЛ ИМ: РАБ МОЙ, ТАВИ, НЕ КАК ДРУГИЕ РАБЫ — [он] ПРАВЕДНЫМ БЫЛ.

 

 Объяснение мишны седьмой

 

 Когда умер раб его, Тави — нееврей, рабан Гамлиэль принял соболезнования — возвращаясь с могилы, прошел через ряд соболезнующих, как это принято в обряде соболезнования по еврею (см. далее 3, 2). Сказали ему ученики его: не ты ли учил нас, наставник наш, что не принимают соболезнования по рабу — почему же ты принял? Ответил им: раб мой, Тави, не как другие рабы — неевреи, — праведным был — строго исполняющим заповеди, как еврей. Есть толкующие это даже — мудр в Торе был (а не только исправен в исполнении заповедей). Виленский гаон объясняет (в "Шнот Элиягу"), что ученики задали рабану Гамлиэлю два вопроса: 1) ведь Тави не является родственником раби Гамлиэля, и поэтому если бы он даже был свободным (а не рабом), то по чужому не принимают соболезнования; 2) ведь Тави был рабом, а по рабам не принимают соболезнования. Ответил им рабан Гамлиэль: РАБ МОЙ, ТАВИ, НЕ КАК ДРУГИЕ РАБЫ — на него распространяются другие законы, нежели на них, ПРАВЕДНЫМ БЫЛ — поэтому каждый человек (даже чужой, а не родственник) может принять соболезнования по нему; это и сказано в Талмуде Йерушалми: раб, исполняющий желания хозяина, любим им как сын.

 

 

 мишна восьмая

 

 ЖЕНИХ, ЖЕЛАЮЩИЙ ЧИТАТЬ "ШМА" В ПЕРВУЮ НОЧЬ, — ЧИТАЕТ. РАБАН ШИМОН БЕН ГАМЛИЭЛЬ ГОВОРИТ: НЕ ВСЯКОМУ, КОМУ ХОЧЕТСЯ ПРОСЛАВИТЬСЯ, ЭТО ДАНО.

 

 Объяснение мишны восьмой

 

 Эта мишна является продолжением мишны пятой, в которой говорилось об освобождении жениха (новобрачного) от долга читать "Шма" в первую брачную ночь. Вместе с тем, как мы видели, рабан Гамлиэль был строже по отношению к себе и исполнил долг чтения, не воспользовавшись освобождением от него в первую ночь своей свадьбы. Из этого выводится в нашей мишне, что каждый новобрачный имеет право вести себя строже, чем, казалось бы, предписано, ибо освобождение от обязанности есть только разрешение, но не запрещение исполнить долг в соответствии с возможностью.

 

 Жених — женившийся на девственнице, желающий читать "Шма" в первую ночь — брачную, читает — как рабан Гамлиэль. Рабан Шимон бен Гамлиэль говорит: не всякому, кому хочется прославиться — как праведник, досконально и строго исполняющий заповеди и поэтому умеющий сосредоточиться и настроиться сердцем даже будучи озабоченным и взволнованным, это дано. То есть жениху, который до сих пор не прославился как праведник и человек, особо остерегающийся в исполнении заповедей, не дозволено именно в этом вести себя строже, чем разрешено. Не всякий человек достиг духовного уровня рабана Гамлиэля и не всякому дано облачиться в его одеяния. Желающему же этого без основания такое поведение вменяется в гордыню и высокомерие. Однако мудрецы "Тосафот" пишут, что в наши дни все равно нет должной (такой, какое было во времена Талмуда и раньше) сосредоточенности в чтении "Шма", и поэтому каждый жених читает "Шма" даже в первую брачную ночь. Более того, именно тот, который пользуется освобождением от чтения "Шма", считается высокомерным, ибо этим он как бы подчеркивает свою сосредоточенность на исполнении заповедей в остальные дни, когда он якобы менее озабочен исполнением другой заповеди.

 

 

 

 

 Глава третья

 

 мишна первая

 

 ТОТ, ЧЕЙ УМЕРШИЙ ЛЕЖИТ ПРЕД НИМ, ОСВОБОЖДЕН ОТ ЧТЕНИЯ "ШМА", ОТ МОЛИТВЫ И ОТ ТФИЛИН. НЕСУЩИЕ ПОХОРОННЫЕ НОСИЛКИ, ЗАМЕЩАЮЩИЕ ИХ И ЗАМЕЩАЮЩИЕ ЗАМЕЩАЮЩИХ, ТЕ, КОТОРЫЕ ВПЕРЕДИ НОСИЛОК, И ТЕ, КОТОРЫЕ ПОЗАДИ, И ТЕ, В КОТОРЫХ ЕСТЬ НАДОБНОСТЬ ДЛЯ НОСИЛОК, — ОСВОБОЖДЕНЫ; А ТЕ, В КОТОРЫХ НЕТ НАДОБНОСТИ ДЛЯ НОСИЛОК, ОБЯЗАНЫ. И ТЕ И ДРУГИЕ ОСВОБОЖДЕНЫ ОТ МОЛИТВЫ.

 

 Объяснение мишны первой

 

 Продолжая обсуждение "озабоченности исполнением заповеди", освобождающей от исполнения других заповедей, которым мы занимались в конце предыдущей главы, мы учим в этой мишне, что озабоченность похоронами есть озабоченность исполнением заповеди, и поэтому занимающийся этим освобожден от других заповедей, как чтение "Шма", молитва, тфилин и т.п.

 

 Тот, чей умерший лежит пред ним. Имеется в виду человек, у которого умер близкий родственник (отец, мать, жена, брат, сестра, сын, дочь), и он обязан нести траур и позаботиться о его погребении, ПРЕД НИМ — то есть еще не похоронен. Освобожден от чтения "Шма" — ибо занят погребением и похоронами, а также озабочен трауром и скорбью — от молитвы — "восемнадцати благословений" — и от тфилин, а также от всех остальных заповедей. В мишне упомянуты именно эти три ("Шма", молитва и тфилин), ибо они наиболее важные, так как их исполнением человек подчеркивает принятие на себя власти царства небесного (Тосфот Йом-тов). В версии мишны, записанной в гемаре, действительно есть добавление: "… И ОТ ВСЕХ ОСТАЛЬНЫХ ЗАПОВЕДЕЙ ТОРЫ".

 Несущие похоронные носилки — во время похорон, замещающие их — люди, назначенные сменить в течение похорон первых носильщиков, и замещающие замещающих — и те, которые сменят вторых, те, которые впереди похоронных носилок, и те, которые позади их — то есть также и участвующие в похоронах и находящиеся вблизи тела покойного — идущие перед ним и позади него; те, в которых есть надобность для носилок — нести носилки на протяжении похорон — освобождены — от чтения "Шма" и т.д., а те, в которых нет надобности для носилок, — люди, присутствующие на похоронах, но не исполняющие при них какие-либо обязанности, а пришедшие почтить покойного, обязаны — читать "Шма" и носить тфилин, ибо эти заповеди они могут исполнить и во время ходьбы, не прерывая участия в похоронах, несмотря на то, что "Шма" необходимо читать сосредоточенно (ведь это относится только к первому стиху "Шма", и на такое короткое время можно остановиться и соответственно настроиться, а потом уже продолжать чтение, идя дальше). И те и другие — и несущие носилки с покойником и рядовые участники в похоронах освобождены от молитвы — от "восемнадцати благословений", так как молитва не является заповедью такой же степени значения, как чтение "Шма" или тфилин, — ибо она предписывается не письменной Торой, а мудрецами. Раби Овадия Бартанура объясняет, что они освобождены от молитвы, ибо она требует большего сосредоточения, чем остальные заповеди. Рабейну Иона объясняет это тем, что невозможно молиться "Восемнадцать" во время ходьбы.

 

 

 мишна вторая

 

 ПОХОРОНИЛИ ПОКОЙНИКА И ВОЗВРАЩАЮТСЯ — ЕСЛИ МОГУТ НАЧАТЬ И КОНЧИТЬ ПЕРЕД ТЕМ, КАК ПОДОЙТИ К РЯДУ, — НАЧНУТ. ЕСЛИ ЖЕ НЕТ — НЕ НАЧНУТ. СТОЯЩИЕ В РЯДУ — ВНУТРЕННИЕ ОСВОБОЖДЕНЫ, А ВНЕШНИЕ — ОБЯЗАНЫ.

 

 Объяснение мишны второй

 

 Эта мишна продолжает предыдущую, и в ней говорится о том, как себя вести по отношению к чтению "Шма" после погребения. По обычаю, сразу же после погребения, возвращаясь, участвующие в похоронах становятся в два ряда у ворот кладбища, и сквозь эти ряды проходят скорбящие родственники покойника, принимая соболезнования. Формула соболезнования такова: "Всевышний утешит вас в числе всех скорбящих о Ционе и Иерусалиме" (все евреи несут траур по разрушению Храма и изгнанию из Циона).

 

 Похоронили покойника и возвращаются. Отходя от могилы к воротам кладбища, то есть месту, на котором принимают соболезнования от стоящих рядами присутствующих, если могут — утешающие — начать и кончить — одну главу из "Шма" (р. Овадия Бартанура) или даже один (первый) стих чтения "Шма" (Талмуд, Рамбам) перед тем, как подойти к ряду — соболезнующих и начать принимать участие в утешении (как сказано выше), начнут — читать. Если же нет — то есть ряд настолько близок к могиле, что времени недостаточно даже для одного стиха, не начнут — читать, а утешат скорбящих прежде, ибо утешение скорбящих — это заповедь Торы и занимающийся одной заповедью освобожден от других (Тосфот Йом-тов от имени рабейну Ионы). Стоящие в ряду — утешающих во время соболезнования, внутренние — стоящие внутри (ибо если есть много соболезнующих, то бывает, что становятся один за другим и тогда есть стоящие внутри, то есть видящие скорбящих, которые проходят непосредственно возле них, и внешние, стоящие за спинами первых) освобождены — от чтения "Шма", ибо принимают более интенсивное участие в утешении, а внешние — не видящие лиц скорбящих, обязаны — читать "Шма" там, где они находятся.

 

 

 мишна третья

 

 ЖЕНЩИНЫ, РАБЫ И МАЛОЛЕТНИЕ ОСВОБОЖДЕНЫ ОТ ЧТЕНИЯ "ШМА" И ОТ ТФИЛИН, НО ОБЯЗАНЫ [исполнять заповеди] МОЛИТВЫ И МЕЗУЗЫ И ЧИТАТЬ ЗАСТОЛЬНОЕ БЛАГОСЛОВЕНИЕ.

 

 Объяснение мишны третьей

 

 В этой мишне мы переходим от определения тех, кто освобождается от долга читать "Шма" в определенных обстоятельствах, обсуждаемых в предыдущих мишнах, к определению тех, кто совсем освобожден от чтения "Шма".

 

 Женщины, рабы и малолетние освобождены от чтения "Шма" — ЖЕНЩИНЫ ОСВОБОЖДЕНЫ, ибо заповедь чтения "Шма" является предписанием, связанным со временем, — ведь исполнение его зависит от времени (утро, вечер и все относящееся к определению утра или вечера — см. главу первую), а от всех предписаний, связанных со временем (то есть, в которых определенное время исполнения является главным фактором и условием самого исполнения, а несвоевременное деяние заповеди — не считается исполнением ее), — женщины освобождены. РАБЫ — имеются в виду рабы неевреи, которые приняли на себя некоторую часть еврейских заповедей, прошли обрезание и омовение в микве для этого, считаются неполными герами и поэтому обязаны соблюдать все запреты и все предписания Торы, не связанные со временем, как женщины, а от всех заповедей, связанных со временем, освобождены, в том числе и от чтения "Шма". МАЛОЛЕТНИЕ — даже такие, которые уже достигли воспитательного возраста, то есть отец уже обязан приучать их к исполнению заповедей. Все же он не обязывается мудрецами приучать их к чтению "Шма", так как не всегда дети находятся рядом с отцом во время чтения "Шма". В Талмуде Иерушалми сказано: "ЖЕНЩИНЫ — откуда? (т.е. из какого источника выводят мудрецы освобождение женщин от чтения "Шма"?) ибо сказано: "… и учите их, сыновей ваших" — сыновей, но не дочерей (т.е. мужчин, а не женщин). РАБЫ — откуда? Из сказанного: "Слушай, Израиль, Г-сподь Б-г твой, Г-сподь един" — тот, у которого нет других господ, кроме Пресвятого Б-га, — т.е. исключается из этого раб: ведь у него есть еще один господин. МАЛОЛЕТНИЕ — откуда? Из сказанного: "Дабы была Тора Б-жья на устах твоих" (Шмот 13, 9) — те, которые могут постоянствовать в этом (то есть, могут исполнять принятое ими на себя постоянно, а не как дети, которые не могут усидеть на месте даже если хотят). И от тфилин. Тфилин является заповедью, обусловленной определенным временем, — исполнить ее можно только днем, а не ночью, в будний день, а не в субботу. Поэтому женщины и рабы освобождены от долга наложения тфилин. Малолетние освобождены от этой заповеди, ибо им трудно содержать себя в надлежащей чистоте. Но обязаны исполнять заповеди молитвы. То есть читать молитву "Восемнадцать благословений", так как молитва есть просьба милосердия и каждый человек должен просить милости к себе (Талмуд Иерушалми). Раши объясняет это тем, что молитва является постановлением мудрецов, и оно было установлено ими по отношению к женщинам, рабам и малолетним также. Рамбам, однако, пишет иначе: "Заповедано молиться каждый день, ибо сказано (Шмот 23, 25): "И служите Г-споду, Б-гу вашему", и по преданию знаем мы, что "служение" это есть МОЛИТВА, ибо сказано: "… и служить Ему всем сердцем". — Вывели мудрецы: каково это служение сердцем? — это молитва. В ТОРЕ НЕ ОПРЕДЕЛЕНО ОСОБОЕ ВРЕМЯ ДЛЯ МОЛИТВЫ (мудрецы установили время и число молитв в день; это не записано в Торе, а является постановлением мудрецов). Поэтому ЖЕНЩИНЫ И РАБЫ ОБЯЗАНЫ МОЛИТЬСЯ (произнести одну из молитв, установленных мудрецами, — в любое время, ибо три установленные молитвы — утренняя, минха и вечерняя — дают возможность выбрать себе любое время дня и ночи для исполнения заповеди — молиться раз в сутки), так как это предписание не обусловлено временем" (Законы о молитве 1, 1-2). Мезузы — то есть исполнить заповедь прибить к косякам дверей дома пергаментный свиток с написанным на нем текстом двух первых глав чтения "Шма" (Дварим 6, 4-9; 11, 13-21). Косяк двери называется мезуза, поэтому и свиток, прибивающийся к косяку, называется мезуза. Женщины и рабы обязаны исполнять заповедь мезузы, так как эта заповедь не обусловлена временем: малолетних также следует приучать заботиться о наличии мезузы в их комнатах и домах (Рамбам, Законы о мезузе 5, 10). И читать застольное благословение — благословение после еды. Женщины и рабы обязаны произнести это благословение, но сомнительно, является ли эта обязанность предписанием Торы, ибо, с одной стороны, сказано (Дварим 8, 10): "И будешь есть, и насытишься, и благословишь", и оно не обусловлено временем, но, с другой стороны, возможно, что эта обязанность следует только из постановления мудрецов, ибо сказано (там же): "… за хорошую страну, данную Им тебе", а ведь страна Израиля не была поделена между женщинами тоже (дочери Цлофхада унаследовали только надел своего отца, который был среди вышедших из Египта, за неимением братьев). Как бы то ни было, женщины обязаны произносить благословение после еды хотя бы согласно постановлению мудрецов. Малолетние также обязаны произносить это благословение постановлением мудрецов, дабы приучиться к исполнению заповедей.

 

 

 мишна четвертая

 

 НЕЧИСТЫЙ "СЛУЧАЕМ" ПОМЫШЛЯЕТ В СЕРДЦЕ, НО НЕ БЛАГОСЛОВЛЯЕТ ПЕРЕД ЧТЕНИЕМ И ПОСЛЕ ЧТЕНИЯ "ШМА"; ПРИ ЕДЕ БЛАГОСЛОВЛЯЕТ ПОСЛЕ [нее], НО НЕ ПЕРЕД НЕЙ. РАБИ ЙЕГУДА ГОВОРИТ: БЛАГОСЛОВЛЯЕТ И ПЕРЕД НИМИ, И ПОСЛЕ НИХ.

 

 Объяснение мишны четвертой

 

 Сказано в Торе: "Если будет среди тебя муж, нечистый от случая ночного" (Дварим 23, 11), и объяснили мудрецы, что имеется в виду излияние семени. Поэтому он нечист, ибо сказано: "И муж, у которого излилось семя, да омоет в воде все тело свое и будет нечист до вечера" (Ваикра 15, 16). Поэтому мудрецы назвали излияние семени — "случай" — независимо от причины — будь то случайно, во время сна или же в бодрствовании, вольно или невольно, во время полового сношения или же вне его. Название же "ночной случай" дано мудрецами, ибо в Торе говорится об обычном и имеющем место в большинстве случаев. И так сказано в Гемаре: Эзра постановил омывание (в миквэ) для нечистых "случаем" (Бава кама 82а). То есть: несмотря на то, что в Торе не запрещено нечистому излиянием семени заниматься Торой, даже еще не очистившись, — как и во всех остальных случаях осквернения чем-то, все же Эзра и сангедрин, главой которого он был, исключили нечистого "случаем" из общего правила и постановили запретить ему заниматься Торой, пока не омоется (в миквэ). Это исключение из правила было сделано не из-за чего-то особого именно в этом случае осквернения, а для того, чтобы изучающие Тору не находились постоянно возле своих жен, как петухи. В гемаре (Бра-хот 22а; Талмуд Иерушалми Брахот 3, 4) приводятся еще несколько причин данного исключения из правила. Согласно этому постановлению, здесь преподаются правила поведения нечистого "случаем" в чтении "Шма" и благословениях. В гемаре, однако, говорится, что постановление Эзры упразднено, и большинство полагается на мнение раби Иегуды бен Бтейры: "Слова Торы не принимают скверны, ибо сказано (Ирмеягу 23, 29): "Ведь вот слово Мое как огонь". Сказал Г-сподь — как огонь не принимает скверны, так и слова Торы тоже не принимают скверны". Так же пишет и Рамбам (в конце Законов о чтении "Шма"): "Так как не распространилось это постановление среди всех и у большинства не было сил придерживаться его — оно было упразднено. И уже так повелось во всем Израиле (то есть, у всех евреев), читать Тору и "Шма" даже будучи нечистым, ибо слова Торы не принимают скверны и остаются чистыми вечно". В этой мишне, однако, мы учим правила чтения "Шма" СОГЛАСНО постановлению Эзры.

 

 Нечистый "случаем" — когда настало время чтения "Шма", помышляет в сердце "Шма", не читая вслух согласно постановлению Эзры (как сказано выше). Но не благословляет благословения перед чтением и после чтения "Шма" даже мысленно, ибо обязанность их чтения не выводится из Торы, а постановлена мудрецами, как добавление к чтению "Шма". Поэтому не обязали нечистого заниматься этим, даже мысленно, а обязательное чтение "Шма" сказанным в Торе установили читать мысленно, и таким образом исполнить свой долг. Есть, однако, мнение, что мысленное чтение недостаточно для исполнения долга, но тем не менее мудрецы обязали этим осквернившегося "случаем", дабы не вышло, что все остальные евреи занимаются чтением "Шма", а он проводит время в праздности. При еде — благословения, предписанные произносить перед принятием и после принятия какой-либо пищи, благословляет после [нее] — после еды, но МЫСЛЕННО (рабейну Иона), ибо это благословение заповедано в Торе (Дварим 8, 10): "И будешь есть, и насытишься, и благословишь..." Но не перед ней — так как благословение перед принятием пищи является постановлением мудрецов, как и благословения при чтении "Шма", о которых говорилось выше. Раби Иегуда говорит: благословляет и перед ними, и после них. То есть и перед чтением "Шма", и перед едой, а также после чтения "Шма" и после еды, произнося эти благословения вслух и тем более, по мнению раби Иегуды, следует произносить вслух само чтение "Шма", предписанное Торой. В Талмуде Иерушалми объясняется, однако, все сказанное в этой мишне несколько иначе, а именно: в отношении самого чтения "Шма" и благословения после еды нет разногласий, и следует произносить их вслух, так как обязанность их произносить записана в Торе. В Мишйе же обсуждается только возможность и обязанность произносить благословения, предписанные мудрецами: НЕЧИСТЫЙ "СЛУЧАЕМ" ПРОИЗНОСИТ МЫСЛЕННО — БЛАГОСЛОВЕНИЯ "ШМА", НО НЕ БЛАГОСЛОВЛЯЕТ ВСЛУХ, ПЕРЕД ЧТЕНИЕМ И ПОСЛЕ ЧТЕНИЯ "ШМА". ПРИ ЕДЕ БЛАГОСЛОВЛЯЕТ ПОСЛЕ — ВСЛУХ, НО НЕ ПЕРЕД НЕЙ — ВСЛУХ, а только в мыслях. РАБИ ЙЕГУДА ГОВОРИТ: БЛАГОСЛОВЛЯЕТ ВСЛУХ, И ПЕРЕД НИМИ И ПОСЛЕ НИХ. Так же толкует эту мишну Виленский Гаон (см. Шнот Элиягу), но согласно такому толкованию выходит, что правила по отношению к самому чтению "Шма" не упоминаются открыто в мишне.

 

 

 мишна пятая

 

 СТОЯ И МОЛЯСЬ, ВСПОМНИЛ, ЧТО ОН НЕЧИСТ "СЛУЧАЕМ" — НЕ ПРЕКРАТИТ, НО СОКРАТИТ. СОШЕЛ ДЛЯ ОМОВЕНИЯ — ЕСЛИ МОЖЕТ ВЫЙТИ, И ПРИКРЫТЬСЯ, И ПРОЧЕСТЬ ДО ВОСХОДА СОЛНЦА — ВЫХОДИТ, ПРИКРЫВАЕТСЯ И ЧИТАЕТ; ЕСЛИ ЖЕ НЕТ — ТО ПУСТЬ ПОКРОЕТСЯ ВОДОЙ И ЧИТАЕТ, НО НЕ ПОКРОЕТСЯ СКВЕРНОЙ ВОДОЙ И НЕ ВОДОЙ ОТ ЗАМАЧИВАНИЯ, ПОКА НЕ ПОДОЛЬЕТ ТУДА ВОДУ. И СКОЛЬКО СЛЕДУЕТ ОТДАЛИТЬСЯ ОТ НЕЕ И ОТ ЭКСКРЕМЕНТОВ? НА ЧЕТЫРЕ ЛОКТЯ.

 

 Объяснение мишны пятой

 

 В этой мишне продолжается обсуждение правил поведения нечистого "случаем" по отношению к молитве, так как постановление Эзры относилось и к чтению и изучению Торы и к произнесению молитвы восемнадцати благословений. Рамбам пишет, однако, что изначальное постановление Эзры относилось только к Торе, и лишь позже сангедрин принял решение, что нечистый "случаем" не имеет права молиться, пока не омоется (в миквэ) (см. "Кесеф Мишнэ", в котором выражается сомнение по поводу написанного Рамбамом в "Законах о молитве" 4, 4).

 

 Стоя и молясь — молитву "Восемнадцать благословений", вспомнил, что нечист "случаем" — а раз так, то ему запрещено молиться, пока он не омоется, — не прекратит — молитву сейчас же, но сократит — каждое благословение в ней, то есть произнесет только лишь начало и заключение каждого благословения, как, например: "Ты одаряешь человека разумом… Благословен Ты, Г-сподь, дарующий разум". Сошел — нечистый "случаем" для того, чтобы погрузиться в воду для омовения — утром, чтобы быть пригодным и чистым к чтению "Шма" и молитве. Если может — успеть выйти — из воды омовения, и прикрыться — одеждой, и прочесть — "Шма" до восхода солнца — ибо это наилучшее исполнение заповеди, как сказано выше (1, 2): "… и кончает до восхода солнца". Таков был обычай "старательных" — с пунктуальностью закончить чтение "Шма" с восходом солнца и сразу же, не прерывая, начать молитву с первого дозволенного момента (там же). Выходит, прикрывается и читает — утреннее чтение "Шма", если же нет — не может успеть выйти из воды, прикрыться одеждой и прочесть "Шма" перед восходом солнца, то пусть покроется водой и читает. То есть пусть погрузится по шею в воду, в которой он находится, и так читает "Шма". Вода, о которой здесь идет речь, должна быть мутной, дабы не была видна его нагота ни глазам, ни сердцу. Если же вода прозрачная, то нельзя читать "Шма", стоя в ней даже по шею (Гемара). Но не покроется скверной водой — тухлой и провонявшей от нечистот, и не водой от замачивания — водой, в которой замочили лен перед обработкой, ибо у нее плохой запах. Пока не подольет туда воду — хорошую. В гемаре разъясняется, что здесь подразумевается моча, около которой нельзя читать "Шма" до тех пор, ПОКА НЕ ПОДОЛЬЕТ ТУДА ВОДУ — хорошую в количестве четверти лога — т.е. 150 мл (по максимальной мере) к одноразовому выделению мочи. И сколько следует отдалиться от нее — от скверной воды или воды для замачивания льна; по другому объяснению — и от мочи, в которую не добавили нужное количество нормальной воды, и от экскрементов — чтобы было разрешено читать "Шма"? На четыре локтя — около двух метров. О чем речь идет? — о расстоянии отдаления, если нечистоты позади человека либо со стороны. Если же нечистоты перед человеком, то он должен удалиться от них на расстояние, достаточное, чтобы не видеть их совсем, даже издали.

 

 

 мишна шестая

 

 НЕЧИСТЫЙ ИСТЕЧЕНИЕМ, ИЗЛИВШИЙ СЕМЯ, И ЖЕНЩИНА В ДНИ МЕНСТРУАЦИИ, У КОТОРОЙ ВЫДЕЛИЛОСЬ СЕМЯ, А ТАКЖЕ ЖЕНЩИНА, ПОСЛЕ УЧАСТИЯ В ПОЛОВОМ АКТЕ УВИДЕВШАЯ КРОВЬ, ОБЯЗАНЫ СОВЕРШИТЬ ОМОВЕНИЕ. А РАБИ ЙЕГУДА ОСВОБОЖДАЕТ.

 

 Объяснение мишны шестой

 

 В этой мишне продолжается обсуждение статуса нечистого "случаем" тогда, когда он осквернен еще каким-то видом ритуальной нечистоты, даже более тяжким, чем нечистота "случаем". Если этот человек нечист истечением из половых органов и т.п., то омовение не очищает его, и, тем не менее, если он излил семя, то (по постановлению Эзры) он должен совершить омовение, и пока он не сделал этого, ему запрещено заниматься Торой и молитвой. А после омовения ему вновь разрешено учить Тору и молиться, несмотря на то, что он и сейчас нечист из-за другой скверны, ибо причина омовения для нечистого "случаем", установленного Эзрой и сангедрином, — это не проблема ритуальной чистоты или скверны, а указанная выше в предисловии к мишне четвертой этой главы.

 

 Нечистый истечением, изливший семя. В Торе написано (Ваикра 15, 1, 13): "Каждый человек и человек, у которого будет истечение из плоти, истечение это его нечисто… а когда очистится страдающий истечением от него (то есть, когда оно прекратится) да отсчитает себе семь дней очищению своему..." То есть страдающий истечением из плоти нечист семь дней после его прекращения, и если в это же время он стал нечистым "случаем" — то он должен совершить омовение, как поясняется далее, и женщина в дни менструации, у которой выделилось семя. Женщина в этом положении тоже нечиста семь дней после прекращения крови, как написано (Ваикра 15, 19): "… семь дней будет в отлучении своем"; если же в этом положении у нее выделилось семя от полового сношения, происшедшего перед тем, как началась периодическая менструация, то она считается нечистой "случаем". А также женщина после участия в половом акте — и поэтому считающаяся нечистой "случаем", как и муж. Увидевшая кровь — то есть после сношения у нее началась менструация, и она сразу стала нечиста на более продолжительный срок. Все приведенные выше — обязаны совершить омовение — чтобы им было разрешено заниматься Торой и молиться согласно постановлению Эзры. И это несмотря на то, что это омовение не очищает их от других видов скверны, как было сказано в предисловии к этой мишне. А раби Иегуда освобождает — всех названных выше от обязанности омовения по постановлению Эзры. Освобождаются, по мнению раби Иегуды, и те, которые прежде стали нечистыми "случаем", — как мужчина, у которого излилось семя и только потом началось истечение, так и женщина, участвовавшая в акте, а позже увидевшая менструальную кровь, и т.п., — и те, которые прежде стали нечистыми из-за другой причины и только позже стали нечистыми "случаем" — как уже приведено выше.

 Как уже упоминалось, постановление Эзры было упразднено, так как большинство народа не смогло придерживаться исполнения этого постановления.

 

 

 

 

 Глава четвертая

 

 мишна первая

 

 УТРЕННЯЯ МОЛИТВА [читается] ДО ПОЛУДНЯ; РАБИ ЙЕГУДА ГОВОРИТ: ДО [конца] ЧЕТВЕРТОГО ЧАСА. ДНЕВНАЯ МОЛИТВА [читается] ДО ВЕЧЕРА; РАБИ ЙЕГУДА ГОВОРИТ: ДО СЕРЕДИНЫ [времени малой] ДНЕВНОЙ МОЛИТВЫ. У ВЕЧЕРНЕЙ МОЛИТВЫ НЕТ [определенного] СРОКА. [Что же касается] ДОПОЛНИТЕЛЬНОЙ МОЛИТВЫ, [то ее время] ВЕСЬ ДЕНЬ; РАБИ ЙЕГУДА ГОВОРИТ: ДО [конца] СЕДЬМОГО ЧАСА.

 

 Объяснение мишны первой

 

 После того, как первые три главы этого трактата Мишны были посвящены законам о чтении "Шма" и сопровождающих его благословений, с этой главы начинается обсуждение законов, связанных с молитвой "Восемнадцать [благословений]" (см. выше 2, 4). Согласно общепризнанному мнению, обязанность молиться каждый день установлена мудрецами Торы, как об этом сказано в гемаре (Брахот 21а; Сука 38а). Однако Рамбам считает, что обязанность молиться — это заповедь Торы. Он пишет: "Молиться каждый день — это предписание Торы, как сказано (Шмот 23, 25): "… служите Г-споду, Б-гу вашему", и известно нам из устной традиции, что здесь имеется в виду молитва. В Торе говорится (Дварим 11, 13): "… и служить Ему всем сердцем"; какое может быть служение сердцем? — спрашивают наши мудрецы, и отвечают: это — молитва. Однако количество молитв Торой не предписывается… Суть заповеди состоит в том, чтобы каждый день обращаться к Всевышнему, прославляя Его и испрашивая свои нужды в виде смиренной мольбы о милосердии, и заканчивая молитву благодарностью за все ниспосланное добро — каждый по мере своих сил. Тот, кто способен, — умножает мольбы и просьбы, косноязычный — говорит то, что может. Некоторые молятся один раз в день, другие — много раз… И так обстояло дело со времен Моше-рабейну до Эзры. Поскольку народ Израиля был изгнан [из своей страны] во времена Невухаднецара-злодея, он поселился в Персии, в Греции и в других странах, и дети, которые рождались там, говорили на смешанных языках… Когда кто-нибудь из них молился, ему не хватало слов, чтобы испросить у Всевышнего свои нужды или воздать Ему хвалу на священном языке, и он примешивал в свою молитву слова из других языков. Видя это, ЭЗРА И ЕГО САНГЕДРИН УСТАНОВИЛИ ПОСТОЯННУЮ МОЛИТВУ, СОСТОЯЩУЮ ИЗ ВОСЕМНАДЦАТИ БЛАГОСЛОВЕНИЙ, расположенных в определенном порядке. ПЕРВЫЕ ТРИ из них — это хвала Всевышнему, ТРИ ПОСЛЕДНИЕ — это выражение благодарности, СРЕДНИЕ же — это просьбы об удовлетворении того самого главного, в чем нуждается как отдельный человек, так и все общество в целом. [Все это было сделано для того, чтобы] каждый мог выучить молитву и произносить ее без затруднений, чтобы молитва косноязычных была не хуже, нежели молитва красноречивых… И постановили также, чтобы ЧИСЛО МОЛИТВ [каждый день] РАВНЯЛОСЬ ЧИСЛУ [основных] ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЙ, [приносившихся в Храме]: две дневные молитвы (утренняя и полуденная) — в соответствии с двумя частями "постоянного жертвоприношения" (как об этом сказано в Торе — см. Бе-мидбар 28, 34); в те же дни, когда приносится "дополнительное жертвоприношение" (НОВОМЕСЯЧЬЕ, СУББОТА И ПРАЗДНИКИ), — "дополнительная молитва"… И также обязали читать одну молитву ночью — в соответствии с тем, что части дневного "постоянного жертвоприношения" в Храме продолжали сгорать на жертвеннике в течение всей ночи (как об этом сказано в Торе — см. Ваикра 6, 2). [Обязанность читать молитвы трижды в день была установлена, чтобы исполнить] то, что сказано в Тегилим (55, 18): "Вечером, и утром, и в полдень, буду молить и вопить — и услышит Он глас мой"… ИТАК, КАЖДЫЙ ДЕНЬ [читаются] ТРИ МОЛИТВЫ: ВЕЧЕРНЯЯ, УТРЕННЯЯ И ДНЕВНАЯ. А В СУББОТЫ, ПРАЗДНИКИ И НОВОМЕСЯЧЬЯ — ЧЕТЫРЕ: ТРИ ЕЖЕДНЕВНЫЕ И "ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ"..." (Законы о молитве 1, 1-8).

 Эта мишна обсуждает сроки, в которые читаются молитвы, как сказано в Тосефте: "Точно так же, как Тора дала определенное время для [чтения] "Шма" (время, когда люди ложатся спать и когда они встают ото сна), — мудрецы установили определенное время для молитвы".

 

 Утренняя молитва — "Восемнадцать [благословений]", читаемая утром, [читается] до полудня. То есть окончание времени чтения ее — полдень. Что же касается НАЧАЛА ВРЕМЕНИ чтения ее, то оно "с начала утренней зари, освещающей восточную часть неба" (Рош). Однако наилучший способ исполнения этой заповеди — чтение молитвы "Восемнадцать" одновременно с восходом солнца в исполнение сказанного (Тегилим 72, 5): "Вострепещут пред Тобою при [свете] солнца" (см. Брахот 96). Раби Йегуда говорит: до [конца] четвертого часа. Как уже говорилось, часы, упоминаемые в Мишне, это так называемые "временные часы", получаемые при делении всей продолжительности дня (от утренней зари до появления звезд на небе вечером) на 12 частей. Раби Йегуда считает, что время чтения утренней молитвы продолжается от зари ДО КОНЦА ЧЕТВЕРТОГО ("временного") ЧАСА — то есть одну треть дня. В чем суть разногласия, объясняет барайта, приводимая в гемаре (Брахот 266): утренняя молитва соответствует первой, утренней части "постоянного жертвоприношения", но о времени его принесения в Храме существуют два мнения. Согласно одному из них, это время длится до полудня — поэтому и утренняя молитва тоже может быть прочитана до полудня. Однако раби Иегуда полагает, что время принесения утреннего "постоянного жертвоприношения" ограничено первыми четырьмя часами дня — поэтому и утренняя молитва тоже должна быть прочитана в этот срок. Как ГАЛАХА ПРИНЯТО МНЕНИЕ РАБИ ЙЕГУДЫ (см. Эдуйот 6, 1).

 Дневная молитва — "Восемнадцать [благословений]", читаемая во второй половине дня, [читается] до вечера, то есть до захода солнца (рабейну Иона, Виленский гаон). Это время соответствует принесению второй части ежедневного "постоянного жертвоприношения": "Так как "постоянное жертвоприношение" приносилось ежедневно в половине десятого часа [от восхода утренней зари], постановили, чтобы время чтения дневной молитвы начиналось с этого времени. Молитва, читаемая в это время, называется "МАЛОЙ ДНЕВНОЙ МОЛИТВОЙ". Далее, было принято во внимание, что если канун праздника Песах совпадает с кануном субботы, "постоянное жертвоприношение" начиналось раньше обычного — в половине седьмого часа, — и было решено, что тот, кто прочитал утреннюю молитву в это время, исполнил свой долг. Поэтому установили, что время чтения дневной молитвы начинается с половины седьмого часа [от восхода утренней зари], и молитва, читаемая в это время, была названа "БОЛЬШОЙ ДНЕВНОЙ МОЛИТВОЙ" (Рамбам, Законы о молитве 3, 2). Итак, время БОЛЬШОЙ ДНЕВНОЙ МОЛИТВЫ начинается с 6.30 ч. от восхода солнца (то есть, через полчаса после полудня), а время МАЛОЙ ДНЕВНОЙ МОЛИТВЫ — с 9.30 ч. и продолжается до вечера. Раби Иегуда говорит: до середины [времени малой] дневной молитвы. То есть до часа с четвертью перед окончанием дня: поскольку время малой дневной молитвы (соответствующее обычному времени принесения в Храме "постоянного жертвоприношения") начинается с 9.30 ч. — до наступления ночи остает-Ся еще два с половиной часа, и раби Иегуда считает, что время чтения дневной молитвы кончается в середине этого промежутка времени. Поясним это примером: возьмем один из летних дней, когда утренняя заря занимается в 2 ч. ночи (по нашему времени), звезды на небе появляются в 20 ч. вечера; продолжительность дня — 18 ч., и, следовательно, "временной час" этого дня равняется нашему часу с половиной. Значит, полдень в этот день наступит в 11 ч.; время чтения утренней молитвы — согласно мнению раби Иегуды — закончится в 8 ч. утра; время "большой дневной молитвы" начинается в 11.45, "малой дневной молитвы" — в 16.15, и закончится оно в 20 ч. по мнению Мишны, а согласно мнению раби Иегуды — в 18.08. Виленский гаон объясняет, что отличие дневной молитвы от утренней состоит в том, что время утренней молитвы соответствует НАЧАЛУ принесения утреннего "постоянного жертвоприношения", а время дневной молитвы — КОНЦУ принесения дневного "постоянного жертвоприношения". И то и другое было сделано для того, чтобы осуществить сказанное (Тегилим 72, 5): "Вострепещут пред Тобою при [свете] солнца" — относя это к обеим молитвам дня. По этой причине время утренней молитвы установили как можно раньше — "при [свете] солнца" (то есть, при восходе солнца), — а время дневной молитвы отодвинули как можно позже — лишь бы она читалась еще "при [свете] солнца". Это делает более понятным предупреждение гемары (Брахот 66): "Да будет всегда человек особо тщателен в прочтении дневной молитвы — ведь [даже пророк] Элиягу не получил ответа [свыше] прежде, чем настало ее время, как сказано (Млахим I, 18, 36): "И было, когда [настало время] принесения [в Храме] "дара"..."

 У вечерней молитвы нет [определенного] срока. Время ее чтения продолжается всю ночь — в соответствии с продолжавшимся всю ночь сожжением на жертвеннике тех частей жертвоприношений, которые не успели сгореть днем. Одновременно в этих словах мишны содержится еще один смысл: мудрецы не вменили чтение вечерней молитвы в постоянную обязанность (как чтение утренней и дневной молитв), оставив каждому в этом свободу действий. "Тем не менее, — пишет Рамбам, — весь народ Израиля, где бы он ни жил, взял себе обычай молиться вечером тоже, и тем самым принял на себя это как долг" (Законы о молитве 1, 6).

 [Что же касается] дополнительной молитвы, [то ее время] — весь день. Время ее чтения продолжается весь день в соответствии с тем, что "дополнительные жертвоприношения" в Храме приносились в течение всего дня. Раби Иегуда говорит: до [конца] седьмого часа. То есть, до конца первого часа после полудня. (Есть, однако, версии Мишны, в которых последнее высказывание отсутствует.)

 

 

 мишна вторая

 

 РАБИ НЕХУНИЯ БЕН ГАКАНА МОЛИЛСЯ ПРИ ВХОДЕ В БЕЙТ ГАМИДРАШ И ПРИ ВЫХОДЕ [из него] КРАТКУЮ МОЛИТВУ. СКАЗАЛИ ЕМУ: ЧТО ЭТО ЗА МОЛИТВА? ОТВЕТИЛ [он] ИМ: ПРИ ВХОДЕ Я МОЛЮСЬ [о том] ЧТОБЫ НЕ ПРОИЗОШЛО ОШИБКИ ИЗ-ЗА МЕНЯ, А ПРИ ВЫХОДЕ Я ВОЗДАЮ БЛАГОДАРНОСТЬ ЗА СВОЮ ДОЛЮ.

 

 Объяснение мишны второй

 

 В предыдущей мишне обсуждалось время молитв. Как известно, место, где молитвы читаются, — это синагога. Прочитав молитву, люди обычно выходили из синагоги и переходили в особое помещение для изучения Торы, называющееся бейт гамидраш, "дом учения". Гемара говорит (Брахот 64а): "Тот, кто из синагоги переходит в бейт гамидраш, удостаивается откровения Всевышнего, как сказано (Тегилим 84, 8): "Пойдут от добра к добру — явится Б-гу в Ционе".

 Эта мишна говорит о молитвах, которые составил раби Нехуния бен Гакана для тех, кто идет в бейт гамидраш учить Тору: одну из них следует произносить при входе в него, а другую — при выходе оттуда.

 

 Раби Нехуния бен Гакана молился — имел обыкновение произносить краткую молитву — при входе в бейт гамидраш — чтобы заниматься изучением Торы — и при выходе [из него] — после окончания занятий — краткую молитву, о которой говорится дальше. Сказали ему — те, кто учился в бейт гамидраше: Что это за молитва? О чем ты молишься? Ответил [он] им: при входе я молюсь [о том], чтобы не произошло ошибки из-за меня — чтобы я сам не ошибся в галахе и чтобы другие не ошиблись из-за меня, а при выходе я воздаю благодарность — Всевышнему — за свою долю — за то, что Он дал мне удел среди тех, кто сидит в бейт гамидраше и учит Тору.

 Гемара цитирует барайту, которая говорит о том же, но в более общей форме (Брахот 286): "Что говорят при входе [в бейт гамидраш]? — Да будет воля Твоя, Г-сподь, Б-г мой, чтобы не возникло ошибки [в галахе] из-за меня: чтобы я сам не ошибся, и не смеялись надо мной мои товарищи — чтобы я не назвал нечистое чистым, а чистое — нечистым, и чтобы не ошиблись мои товарищи, и я не смеялся над ними. А что говорят при выходе? — Благодарю Тебя, Г-сподь, Б-г мой, за то, что дал мой удел среди тех, кто сидит в бейт гамидраше, а не среди бездельников: я встаю пораньше, и они встают пораньше — я встаю для занятий Торой, а они встают для пустых занятий; я тружусь, и они трудятся — я тружусь и получаю плату, а они трудятся зря; я тороплюсь, и они торопятся — я тороплюсь к вечной жизни, а они торопятся к могильной яме".

 В своем комментарии к Мишне Рамбам пишет: "Эти две молитвы обязаны произносить все, кто приходит учиться в бейт гамидраш, потому что в барайте не упоминается имя раби Нехунии бен Гакана, но говорится об этих молитвах в общем плане — то есть применительно к каждому человеку, приходящему в бейт гамидраш".

 

 

 мишна третья

 

 РАБАН ГАМЛИЭЛЬ ГОВОРИТ: ЧЕЛОВЕК МОЛИТСЯ "ВОСЕМНАДЦАТЬ [благословений]" КАЖДЫЙ ДЕНЬ. РАБИ ЙЁГОШУА ГОВОРИТ: [молитву,] ПОДОБНУЮ "ВОСЕМНАДЦАТИ". РАБИ АКИВА ГОВОРИТ: [тот, кто] ПРИВЫК МОЛИТЬСЯ, [должен] МОЛИТЬСЯ "ВОСЕМНАДЦАТЬ", ЕСЛИ [же] НЕТ — [молитву] ПОДОБНУЮ "ВОСЕМНАДЦАТИ".

 

 Объяснение мишны третьей

 

 Как уже было сказано раньше — в предисловии к объяснению мишны первой, — молитва "Восемнадцать" была учреждена Эзрой и возглавляемым им сангедрином, и называется так по числу благословений, из которых она состоит. Гемара сообщает, что рабан Гамлиэль и явненский сангедрин прибавили к молитве еще одно благословение — так называемое "благословение против отступников": "А доносчикам да не будет никакой надежды...", направленное против отступников от истинного Еврейства, притесняющих народ Израиля и подстрекающих его к измене Всевышнему. С тех пор молитва включает в себя, по сути дела, девятнадцать благословений, но, тем не менее, за ней осталось прежнее название "ВОСЕМНАДЦАТЬ".

 Структура молитвы делится на три части: первые три благословения — это восхваление Всевышнего, последние три — выражение благодарности Ему, те же, которые находятся посредине, — это просьбы об удовлетворении основных нужд как общества, так и каждого отдельного человека.

 В этой мишне обсуждается вопрос: обязан ли каждый еврей произносить эту молитву каждый день целиком? (Дело в том, что во времена Мишны молились наизусть, и поэтому многие не помнили всю молитву.) Мишна сообщает, что по этому поводу различные мудрецы занимают различные точки зрения.

 

 Рабан Гамлиэль говорит: человек молится "Восемнадцать [благословений]" каждый день. Каждый человек обязан ежедневно читать все восемнадцать благословений. Раби Йегошуа говорит: [молитву,] подобную "Восемнадцати". Не полную молитву "Восемнадцать" обязан ежедневно читать человек, а ее сокращенный вариант. О том, что он собой представляет, в гемаре приводятся различные мнения. Согласно одному из них, все срединные благословения сокращаются таким образом, что от них остаются лишь самое начало и заключительная формула благословения. Например: "Ты даруешь человеку разум… Благословен Ты, Г-сподь, дарующий разум!". "Возврати нас, отец наш, к Торе Твоей… Благословен Ты, Г-сподь, желающий [нашего] возвращения!" и т. д. Однако первые три и последние три благословения должны быть произнесены полностью. Согласно другому мнению, вместо тринадцати срединных благословений говорится лишь одно, концентрирующее в себе содержание всех их. Текст его таков: "Вразуми нас, Г-сподь, Б-г наш, [чтобы мы] постигли пути Твои, и открой наши сердца для страха перед Тобой, и прости нас, чтобы спаслись мы, и отдали нас от наших страданий, и насыть нас на нивах страны Твоей, и собери нас, рассеянных, с четырех сторон света, а заблудшие — согласно Твоему суждению судимы будут, и на злодеев десницу Твою подними, и да возрадуются праведники построением города Твоего, и восстановлением Храма Твоего, и расцветом мощи Давида, служителя Твоего, и уготовлением светоча для сына Йешая, помазанника Твоего; прежде, чем воззовем [к Тебе], — ответь нам! Благословен Ты, Г-сподь, внемлющий молитве!"

 Также согласно этому мнению три первых и три последних благословения остаются в полном виде.

 Раби Акива говорит: [тот, кто] привык молиться. Тот, который знает всю молитву наизусть, кто произносит ее плавно и без запинок, — обязан произносить все "восемнадцать благословений" полностью. Если [же] нет — если он не знает молитву хорошо — [молитву,] подобную "Восемнадцати", он читает не полную молитву, а ее сокращенный вариант. ГАЛАХА УСТАНОВЛЕНА СОГЛАСНО МНЕНИЮ РАБИ АКИВЫ: в случае крайней нужды произносятся первые три благословения полностью, затем тринадцать срединных сокращаются в одно — "Вразуми нас...", и последние три благословения тоже читаются в полном виде. Однако для этого правила есть ограничения: оно не применяется зимой и осенью, в сезон дождей, потому что тогда в молитву необходимо включить просьбу о росе и дожде; сокращенный вариант молитвы нельзя произносить на исходе субботы и праздников, потому что тогда в молитву нужно ввести гавдалу — а для всех этих добавлений в варианте "Вразуми нас..." места нет (Рамбам, Законы о молитве 2, 3-4).

 

 

 мишна четвертая

 

 РАБИ ЭЛИЭЗЕР ГОВОРИТ: МОЛИТВА [того, кто] ПРЕВРАЩАЕТ ЕЕ В ПОВИННОСТЬ, НЕ МОЛЬБА. РАБИ ЙЕГОШУА ГОВОРИТ: ПРОХОДЯЩИЙ ОПАСНОЕ МЕСТО ПРОИЗНОСИТ КРАТКУЮ МОЛИТВУ; [он] ГОВОРИТ: "СПАСИ, Б-ЖЕ, НАРОД ТВОЙ ОСТАТОК ИЗРАИЛЯ, НА ВСЕХ РАСПУТЬЯХ ДА БУДУТ ИХ НУЖДЫ ПРЕД ТОБОЮ! БЛАГОСЛОВЕН ТЫ, Г-СПОДЬ, ВНЕМЛЮЩИЙ МОЛИТВЕ!"

 

 Объяснение мишны четвертой

 

 Эта мишна учит нас двум вещам: 1) что молитва — это мольба о милосердии Всевышнего, и поэтому необходимо молиться от всего сердца, вкладывая в молитву искренние чувства; 2) что проходящий опасное место должен произнести краткую молитву.

 

 Раби Элиэзер говорит: молитва [того, кто] превращает ее в повинность — то есть в постоянную обязанность, исполняемую механически изо дня в день и ощущаемую как тягость, от которой лучше избавиться как можно скорее, не мольба. Такая молитва, по сути своей, не может быть названа молитвой, потому что суть молитвы — это мольба о милосердии Всевышнего, а эта — лишена всякого искреннего чувства. Некоторые комментаторы полагают, что раби Элиэзер высказывает свое не согласие с предыдущей мишной и считает, что в принципе нельзя устанавливать постоянное время для молитвы и обязывать людей молиться каждый день молитву "восемнадцать" или ее сокращенный вариант — потому что это грозит превращению молитвы, искреннего обращения человека к Всевышнему, в удручающую повинность.

 Раби Иегошуа говорит: проходящий опасное место. Напри мер, если человек проходит местность, где часты нападения разбойников или диких зверей и остановка там грозит опасностью для жизни — ив этот же момент настает время молитвы, он произносит краткую молитву — какую именно, сказано далее. [Он] говорит: "Спаси, Б-же, народ твой — остаток Израиля". Это — цитата из Ирмеягу 31, 6. На всех распутьях да будут их нужды пред тобою! Благословен Ты, Г-сподь внемлющий молитве!". Выражение "НА ВСЕХ РАСПУТЬЯХ" означает, что даже когда евреи уходят с пути Торы, пусть их нужды будут видны Всевышнему, и Он позаботится об удовлетворении их (гемара, Раши, Рамбам). Другое объяснение, более близкое к буквальному смыслу слов: НА ВСЕХ РАСПУТЬЯХ — на всех дорогах, по которым идут путники и подвергаются опасности, пусть Всевышний позаботится об удовлетворении всех нужд их (Раби X. Альбек, на основании оксфордской рукописи Талмуда и "Дикдукей софрим").

 В гемаре приводятся еще несколько вариантов этой молитвы. Как галаха установлен следующий: "МНОГОЧИСЛЕННЫ НУЖДЫ НАРОДА ТВОЕГО, ИЗРАИЛЯ, А УМ ИХ КОРОТОК (то есть, они не умеют сказать о всех своих нуждах); ДА БУДЕТ ВОЛЯ ТВОЯ, Г-СПОДЬ, Б-Г НАШ, ДАТЬ КАЖДОМУ ИЗ НИХ ПРОПИТАНИЕ И ВСЕ, ЧТО ЕМУ НЕ ХВАТАЕТ; И ТО, ЧТО В ТВОИХ ГЛАЗАХ ХОРОШО, ВЕРШИ. БЛАГОСЛОВЕН ТЫ, Г-СПОДЬ, ВНЕМЛЮЩИЙ МОЛИТВЕ!" Рамбам пишет: "Эту молитву произносит путник, идя своей дорогой, но если он имеет возможность остановиться — пусть остановится, чтобы сказать ее. Когда же он достигает населенного пункта и перестает волноваться, он обязан прочитать всю молитву в установленной форме, все девятнадцать благословений" (Законы о молитве 4, 19).

 

 

 мишна пятая

 

 ЕДУЩИЙ [верхом] НА ОСЛЕ — [пусть] СПУСТИТСЯ. ЕСЛИ НЕ МОЖЕТ СПУСТИТЬСЯ — [пусть] ПОВЕРНЕТ СВОЕ ЛИЦО; ЕСЛИ НЕ МОЖЕТ ПОВЕРНУТЬ СВОЕ ЛИЦО — [пусть] ОБРАТИТ СЕРДЦЕ СВОЕ В НАПРАВЛЕНИИ СВЯТАЯ СВЯТЫХ.

 

 Объяснение мишны пятой

 

 Мудрецы постановили, что молитву "восемнадцать" следует читать стоя, повернувшись лицом по направлению к Храму, как следует из молитвы царя Шломо (Млахим I, 8). Барайта говорит (Брахот 30а): "Тот, кто молится за пределами Страны Израиля, должен обратить свое сердце к Стране Израиля (ОН ПОВОРАЧИВАЕТСЯ ЛИЦОМ К СТРАНЕ ИЗРАИЛЯ И МОЛИТСЯ. Рамбам), потому что сказано (Млахим I, 8, 48): "… И будут молиться Тебе в сторону своей страны". Тот, кто молится, находясь в Стране Израиля, должен обратить свое сердце к Йерушалаиму, потому что сказано (там же, 44): "И будут молиться Г-споду в сторону города, избранного Тобою". Тот, кто молится в Иеру-шалаиме, обращает свое сердце к Храму, потому что сказано (Диврей гайамим II, 6, 32): "И будут молиться в сторону этого Храма". Тот, кто молится в Храме, обращает свое сердце к Святая святых, как сказано (Млахим I, 8, 30): "И будут молиться в сторону этого места". Следовательно, тот, кто находится на востоке [от Храма], обращается лицом к западу, тот, кто находится на западе, — обращается лицом к востоку, с юга — поворачивает лицо к северу, с севера — к югу. Получается, что весь народ Израиля устремляет свои сердца к одному и тому же месту".

 Эта мишна рассматривает случай, когда остановиться для молитвы и повернуться в нужную сторону возможности нет.

 

 Едущий [верхом] на осле — и настало время молитвы — [пусть] спустится на землю и встанет лицом по направлению к Храму (как говорилось выше) для того, чтобы прочитать молитву "Восемнадцать" так, как постановили мудрецы. Если же не может спуститься — потому что нет никого, кто подержал бы осла пока он не закончит молитву, и есть опасение, что осел тем временем сбежит, [пусть] — сидя на осле — повернет свое лицо в сторону Иерусалима и Храма, находящегося в нем, и так прочитает молитву. Если не может повернуть свое лицо — потому что должен следить за дорогой, по которой едет, — [пусть] обратит сердце свое в направлении Святая Святых. То есть пусть сосредоточится на том, что молитва его направляется в сторону Святая Святых.

 В ГЕМАРЕ ЦИТИРУЕТСЯ БАРАЙТА: "Едущий верхом на осле, когда настало время молиться, должен сойти на землю и помолиться — если при нем есть кто-то, могущий подержать осла; если же нет — пусть останется на месте и помолится сидя. Раби говорит: в любом случае пусть он останется на месте и помолится сидя, потому что ум его неспокоен". Сказал Рава: ГАЛАХА — СОГЛАСНО МНЕНИЮ РАБИ. Поэтому Рамбам постановляет: "Едущий верхом — несмотря на то, что при нем есть тот, кто может подержать животное во время молитвы, — не должен слезать на землю, но пусть помолится сидя верхом, чтобы сосредоточиться на молитве" (Законы о молитве 5, 2).

 

 

 мишна шестая

 

 СИДЯЩИЙ НА КОРАБЛЕ, ИЛИ В ПОВОЗКЕ, ИЛИ НА ПЛОТУ [пусть] ОБРАТИТ СВОЕ СЕРДЦЕ В НАПРАВЛЕНИИ СВЯТАЯ СВЯТЫХ.

 

 Объяснение мишны шестой

 

 Эта мишна является продолжением предыдущей и говорит еще о нескольких случаях, когда нет возможности встать для молитвы и повернуться в нужную сторону.

 

 Сидящий на корабле — например, на паруснике, плывущем в открытом море, или в повозке в то время, когда она едет, или на плоту, И НАСТАЛО ВРЕМЯ МОЛИТВЫ. Во всех этих случаях нет возможности встать и соблюсти условия для молитвы, установленные мудрецами: корабль качается, повозка трясется, встав на плоту, человек боится упасть в воду. [Пусть] обратит свое сердце в направлении Святая Святых. То есть пусть он останется сидеть на месте и прочитает молитву, устремив свои мысли и чувства к Святая Святых.

 

 

 мишна седьмая

 

 РАБИ ЭЛЬАЗАР БЕН АЗАРИЯ ГОВОРИТ: "ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ МОЛИТВА" ЧИТАЕТСЯ ТОЛЬКО ЛИШЬ ОБЩИНОЙ; А МУДРЕЦЫ ГОВОРЯТ: ОБЩИНОЙ И ВНЕ ОБЩИНЫ. РАБИ ЙЕГУДА ГОВОРИТ ОТ ЕГО ИМЕНИ: ВЕЗДЕ, ГДЕ ОБЩИНА [молится вместе], ОТДЕЛЬНЫЙ ЧЕЛОВЕК СВОБОДЕН ОТ "ДОПОЛНИТЕЛЬНОЙ МОЛИТВЫ".

 

 Объяснение мишны седьмой

 

 После того, как Мишна сообщила об обязанности каждого еврея ежедневно читать молитву "восемнадцать" или ее сокращенный вариант (см. мишну третью) и об условиях, установленных для этого мудрецами, эта мишна обращается к так называемой "дополнительной" молитве, о которой упоминалось выше (в мишне первой). По вопросу, должна ли читаться эта молитва в субботу, новомесячье и праздники каждым евреем или только общиной, разошлись мнения мудрецов Мишны.

 

 Раби Эльазар бен Азария говорит: "дополнительная молитва" читается только общиной. Когда вся община собирается на молитву. Раби Эльазар бен Азария считает, что вполне достаточно, если "дополнительная молитва" будет прочитана лишь общиной. Основанием для него служит то, что она не является мольбой об удовлетворении личных и общественных нужд, но вся, целиком — восхвалением Всевышнего. Кроме того, в отличие от утренней и дневной молитвы в субботу и праздники, она не соответствует такой же будничной молитве (рабейну Иона). А мудрецы говорят: общиной и вне общины. "Дополнительную молитву" читают и община, и каждый человек в отдельности. Раби Йегуда говорит от его имени — от имени раби Эльазара бен Азарии: Везде, где община [молится вместе] — где "дополнительная молитва" читается общиной, отдельный человек свободен от "дополнительной молитвы" — потому что молитва хазана освобождает его от обязанности читать ее самому. Однако там, где нет общественной молитвы (потому что, например, нет миньяна, или даже там, где есть десять взрослых евреев, но они не читают дополнительную молитву" сообща), каждый обязан молиться ее сам (Брахот 30а-б). Рамбам в своем комментарии к Мишне высказывает мнение, что общественная молитва, о которой идет речь в этой мишне, это молитва в миньяне, где присутствует раввин или самый выдающийся мудрец города. Но как бы там ни было, ГАЛАХА установлена согласно точке зрения мудрецов, и "дополнительную молитву" обязан читать каждый независимо от того, молится ли он в миньяне или в одиночку.

 

 

 

 

 Глава пятая

 

 мишна первая

 

 НЕ НАЧИНАЮТ МОЛИТЬСЯ, НЕ СОСРЕДОТОЧИВШИСЬ. ПРАВЕДНИКИ ПРЕЖНИХ ВРЕМЕН ВЫЖИДАЛИ ЦЕЛЫЙ ЧАС, ЧТОБ УСТРЕМИТЬ СВОЕ СЕРДЦЕ К ВСЕВЫШНЕМУ, И [лишь потом] МОЛИЛИСЬ. ЕСЛИ ДАЖЕ ЦАРЬ ПРИВЕТСТВУЕТ ЕГО НЕ ОТВЕЧАЕТ; ДАЖЕ ЕСЛИ ЗМЕЯ ВЬЕТСЯ У ПЯТКИ ЕГО НЕ ПРЕРЫВАЕТ [молитвы].

 

 Объяснение мишны первой

 

 Мишна эта учит нас, что молитва "Восемнадцать [благословений]" требует сосредоточенности духа. Человек должен освободить свое сердце от всех будничных тревог и очистить голову от всех посторонних мыслей, представив себе, что он стоит перед самим Всевышним (Рамбам, Законы о молитве 4, 16-17; Шулхан арух "Орах хаим" 98, 1). Кроме того, мишна сообщает, что молитва "восемнадцать" прерывается только в том случае, если жизни молящегося угрожает опасность.

 

 Не начинают молиться — молитву "Восемнадцать [благословений]", не сосредоточившись — проникшись смирением и богобоязненностью, исполняя сказанное (Тегилим 2, 11): "Служите Г-споду в трепете". Барайта разъясняет: "Не начинай молиться — ни в унынии, ни в лени, ни в смехе, ни посреди беседы, ни в беспечности, ни от праздной болтовни — но [только] в радости [от исполнения] заповеди". "Например, — поясняет Раши, — сразу после упоминания освобождения из Египта, или после прочтения "Хвалебной песни Давида" (Тегилим 145), восхваляющей Всевышнего и утешающей душу" (Брахот 31а).

 Праведники прежних времен выжидали целый час — чтобы освободить свой ум от будничных мыслей и чтоб устремить свое сердце к Всевышнему — чтоб сосредоточить свои мысли и чувства на Том, к Кому обращаются с молитвой, чтоб внушить себе благоговение и страх перед величием Всевышнего. И [лишь потом] молились — вкладывая в молитву все сердце, всю душу.

 Если даже царь приветствует его — во время молитвы, не отвечает — на приветствие. Даже если змея вьется у пятки его — не прерывает [молитвы]. Гемара разъясняет: случаи, в которых мишна запрещает прерывать молитву, — это случаи, не связанные с опасностью для жизни. То есть: царь, приветствующий молящегося во время молитвы, — это еврейский царь (который правильно поймет ситуацию и не накажет за кажущуюся непочтительность); змея — это или та змея, которая обычно не жалит, или змея не ядовитая. Однако если царь — это нееврейский царь (который способен покарать смертью того, кто не ответит ему во время молитвы), или к ноге молящегося приближается скорпион или опасная ядовитая змея — молитву следует прервать.

 

 

 мишна вторая

 

 УПОМИНАЮТ МОГУЩЕСТВО [ниспосылающего] ДОЖДИ В "ВОСКРЕШЕНИИ МЕРТВЫХ", А ПРОСЯТ ДОЖДИ В "БЛАГОСЛОВЕНИИ ГОДОВ"; ГАВДАЛА ЖЕ — В [благословении] "ДАРУЮЩИЙ РАЗУМ". РАБИ АКИВА ГОВОРИТ: ЕЕ ПРОИЗНОСЯТ КАК ОТДЕЛЬНОЕ БЛАГОСЛОВЕНИЕ, ЧЕТВЕРТОЕ [по счету]. РАБИ ЭЛИЭЗЕР ГОВОРИТ: В "БЛАГОДАРЕНИИ".

 

 объяснение мишны второй

 

 Тема этой мишны — добавления в молитве "Восемнадцать", производимые в определенные времена.

 

 Упоминают могущество [ниспосылающего] дожди в "воскрешении мертвых". То есть во втором по счету благословении молитвы "Восемнадцать". Так называется оно потому, что начинается и кончается упоминанием о всемогуществе Всевышнего, воскрешающего мертвых: "Твое могущество вечно, Г-сподь, ТЫ ВОСКРЕШАЕШЬ МЕРТВЫХ… БЛАГОСЛОВЕН ТЫ, Г-СПОДЬ, ВОСКРЕШАЮЩИЙ МЕРТВЫХ!" Мишна учит, что именно в этом благословении делают добавление, говорящее о всесилии Всевышнего, ниспосылающего дождь, а именно: "[Он] НАВОДИТ ВЕТЕР И НИЗВЕРГАЕТ ДОЖДЬ". Гемара объясняет: "Поскольку низвержение дождя равно воскрешению мертвых, установили упоминание о всемогуществе Всевышнего, ниспосылающего дождь, в "Воскрешении мертвых". О том же говорит Талмуд Иерушалми: "Так же, как воскрешение мертвых — это оживление мира, выпадение дождя — это оживление мира". Добавление о дожде делают между фразами "Ты — великий избавитель" и "Питающий по доброте своей живых" (Рош).

 Время произнесения этого добавления — от "дополнительной молитвы" в праздник Шмини-Ацерет до утренней молитвы в первый день праздника Песах. Летом же, согласно ашкеназийскому варианту молитвенника, эти слова опускаются, согласно сефардскому — заменяются на "[Он] ниспосылает росу".

 А просят дожди — вставляя в молитву просьбу: "И дай росу и дождь..." — в "благословении годов" — посреди благословения, начинающегося словами "Благослови для нас, Г-сподь, Б-г наш, этот год..." и заканчивающегося — "Благословен Ты, Г-сподь, благословляющий годы!"

 Время для этого добавления — с седьмого дня месяца хешван до дневной молитвы в канун праздника Песах. Вне Страны Израиля ее начинают произносить на шестидесятый день после осеннего равноденствия. Гемара поясняет: "Поскольку наше благосостояние зависит от обилия дождей — просьбу о дожде установили в благословение о достатке".

 Гавдала же. В молитве "Восемнадцать" на исходе субботы и праздника произносят гавдалу: "Ты даровал нам способность постигать Тору Твою… И отделил Ты, Г-сподь, Б-г наш, святое от будничного, свет от тьмы, Израиль от [других] народов, седьмой день от шести дней работы..." В [благословении] "Дарующий разум" — в четвертом благословении от начала молитвы: "Ты даруешь человеку разум… Благословен Ты, Г-сподь, дарующий разум!" Причина установления гавдалы именно здесь объясняется гемарой: "Поскольку гавдала означает наступление будней, она помещена в будничное благословение о даровании разума". И о том же говорит Талмуд Йерушалми: "Почему включили гавдалу в благословение "Дарующий разум"? Потому что если нет разума — откуда способность различать?!" Раби Акива говорит: ее произносят как отдельное благословение, четвертое [по счету]. Раби Акива считает, что гавдалу следует не включать в благословение "Дарующий разум", но выделить как особое благословение сразу после трех первых благословений молитвы, заканчивающееся: "Благословен Ты, Г-сподь, отделяющий святое от будничного!", а благословение "Дарующий разум" говорить после него. Раби Элиэзер говорит: в "благодарении". Гавдалу следует вставлять в благословение "Благодарим мы..." перед словами: "И за все это да будет благословлено..." ИЗ ЭТИХ МНЕНИЙ ПРИНЯТО КАК ГАЛАХА ПЕРВОЕ: что гавдала говорится в благословении "Дарующий разум".

 

 

 мишна третья

 

 [Того, кто] ГОВОРИТ: "НА ПТИЧЬЕ ГНЕЗДО РАСПРОСТРАНЯЕТСЯ МИЛОСЕРДИЕ ТВОЕ", ИЛИ: "ЗА ДОБРО ДА БУДЕТ ПОМЯНУТО ИМЯ ТВОЕ", [или:] "БЛАГОДАРИМ, БЛАГОДАРИМ!", ЗАСТАВЛЯЮТ ЗАМОЛЧАТЬ. [Если тот, кто] ВСТАЛ ПЕРЕД КОВЧЕГОМ, ОШИБСЯ — [пусть] ДРУГОЙ ВСТАНЕТ НА ЕГО МЕСТО НЕ УПРЯМЯСЬ. ОТКУДА ОН НАЧИНАЕТ? С НАЧАЛА [того] БЛАГОСЛОВЕНИЯ, В КОТОРОМ ОШИБСЯ [первый].

 

 Объяснение мишны третьей

 

 Мишна эта учит, что тот, кто прибавляет к основному тексту молитвы слова мольбы, должен остерегаться, чтобы они не прозвучали как ересь, и что того, кто молится выражениями, которые можно превратно понять, прерывают. Кроме того, мишна обсуждает случай, если хазан сделал ошибку в молитве.

 

 [Того, кто] говорит — в молитве: "на птичье гнездо распространяется милосердие твое". Умиляясь доброте и жалостливости Всевышнего, повелевшего человеку, нашедшему птичье гнездо, брать лишь птенцов — но мать отпустить (Раши). Другое объяснение смысла этих слов: так же, как Ты смилостивился над птичьим гнездом и приказал: "Не бери мать вместе с птенцами" — сжалься над нами (Рамбам, Бартанура). Или: "За добро да будет помянуто имя Твое". То есть: за добро, которое Ты, Всевышний, творишь нам, да будет помянуто имя Твое. [Или:] "Благодарим, благодарим!". Начиная благословение "Благодарим мы Тебя...", первое слово он повторяет дважды. Заставляют замолчать. По поводу того, кто говорит "НА ПТИЧЬЕ ГНЕЗДО РАСПРОСТРАНЯЕТСЯ МИЛОСЕРДИЕ ТВОЕ", гемара объясняет: его заставляют замолчать, потому что: 1) "он вносит ревность в дела Творения" (по его словам, Всевышний проявляет милосердие к птичьему гнезду, а к другим созданиям — нет). 2) "Он превращает заповеди Всевышнего в проявления Его милосердия, в то время как они — приказы, не подлежащие обсуждению". Говорящего "ЗА ДОБРО ДА БУДЕТ УПОМЯНУТО ИМЯ ТВОЕ" прерывают, потому что из его слов следует, будто Всевышнего следует благодарить лишь только за добро — между тем, как Мишна говорит (ниже 9, 5): "Обязан человек благословлять за зло так же, как он благословляет за добро". Того, кто дважды повторяет "БЛАГОДАРИМ, БЛАГОДАРИМ!", заставляют замолчать потому, что возникает впечатление, будто он признает и благодарит два божества.

 [Если тот, кто] встал перед ковчегом — то есть хазан. "Ковчег" — это шкаф, в котором хранятся свитки Торы. Во времена Мишны хазан становился перед ковчегом. Ошибся — посреди молитвы, [пусть] другой встанет на его место не упрямясь. Говорит барайта: "Тот, которого приглашают встать перед ковчегом, должен отказываться" (как человек, сомневающийся в том, что он достоин того, чтобы стать представителем всей общины в молитве перед Всевышним). Поэтому в мишне подчеркивается, что в случае, когда посреди молитвы необходимо заменить хазана, тот, кого приглашают встать перед ковчегом, не должен отказываться, вынуждая общину повторять приглашение, так как задерживая продолжение молитвы, он навлекает позор на всех молящихся (Раши). Откуда он начинает? С какого места в молитве начинает тот, кто пришел заменить прежнего хазана? С начала [того] благословения, в котором ошибся [первый]. Это — в случае, если ошибка была сделана в одном из срединных благословений. Однако если это произошло в одном из трех первых благословений — хазан начинает молитву с самого начала, если в одном из последних трех — хазан начинает с благословения "Будь благосклонен, Г-сподь, Б-г наш, к народу своему..." (гемара, Рамбам).

 

 

 мишна четвертая

 

 СТОЯЩИЙ ПЕРЕД КОВЧЕГОМ НЕ [должен] ОТВЕЧАТЬ "АМЕН" ПОСЛЕ [благословения, произносимого] КОГЕНАМИ ИЗ-ЗА [возможности] ЗАМЕШАТЕЛЬСТВА, И ЕСЛИ НЕТ ТАМ [другого] КОГЕНА КРОМЕ НЕГО — ОН НЕ [должен] "ВОЗДЕВАТЬ РУК". ОДНАКО [же] ЕСЛИ ОН УВЕРЕН, ЧТО ПОСЛЕ "ВОЗДЕВАНИЯ РУК" [сможет] ВОЗОБНОВИТЬ МОЛИТВУ, [ему] ДОЗВОЛЕНО.

 

 объяснение мишны четвертой

 

 Эта мишна учит, что хазан обязан избегать всего, что может смутить его и довести до ошибки в молитве.

 

 Стоящий перед ковчегом не [должен] отвечать "Амен" после [благословения, произносимого] когенами. После того, как хазан заканчивает благословение "Благодарим..." (в утренней молитве "Восемнадцать" или в "дополнительной молитве"), когены благословляют народ (см. Бемидбар 6, 24-26). Церемония этого благословения состоит в следующем (вне Храма): сначала когены произносят благословение: "… освятивший нас святостью Агарона и повелевший нам благословлять Свой народ, Израиль, с любовью!", и все отвечают: "Амен!"; затем хазан подсказывает им благословение слово за словом, которые они повторяют вслед за ним. Благословение это состоит из трех фраз, после каждой из которых община отвечает: "Амен!" Итак, мишна сообщает, что ХАЗАН НЕ ДОЛЖЕН ОТВЕЧАТЬ "АМЕН" КОГЕНАМ, как все остальные молящиеся. Из-за [возможности] замешательства. Отвлекшись для того, чтобы ответить "Амен", хазан забудет, какое слово он должен подсказать когенам, придет в замешательство и сделает ошибку в молитве (Раши, Рамбам). И если нет там [другого] когена кроме него — если единственный коген среди молящихся — это сам хазан, он не [должен] "воздевать рук". Благословение когенов носит название "Воздевание рук", потому что они произносят его с воздетыми к небу руками. Итак, если хазан — единственный коген в синагоге, он не отвлекается от молитвы для совершения благословения когенов из опасения, что после него не сможет начать благословения "Даруй мир..." как положено. Однако [же] если он уверен, что после "воздевания рук" [сможет] возобновить молитву — если он владеет собой настолько, что твердо уверен: вставка благословения когенов в молитву и необходимость возвращения к заключительному благословению "Даруй мир..." не причинит ему никаких трудностей, ему позволено — совершить благословение народа.

 Некоторые комментаторы объясняют, почему в этом случае для хазана делается исключение, заботой о том, чтобы благословение когенов не упразднилось. Следовательно, если в синагоге есть другой коген кроме хазана, способный совершить благословение, хазан не отвлекается от молитвы даже в том случае, если совершенно уверен в своей способности вернуться к нужному месту в ней (Гагагот Маймонийот; Шнот Элиягу; см. также Тосафот Йом-тов).

 

 

 мишна пятая

 

 ОШИБКА В МОЛИТВЕ — ДУРНОЙ ЗНАК ДЛЯ МОЛЯЩЕГОСЯ, А ЕСЛИ ОН ХАЗАН — ЭТО ДУРНОЙ ЗНАК ДЛЯ [всей] ОБЩИНЫ, ПОТОМУ ЧТО ПРЕДСТАВИТЕЛЬ ЧЕЛОВЕКА — СЛОВНО ОН САМ. РАССКАЗЫВАЛИ О РАБИ ХАНИНЕ БЕН ДОСЕ, ЧТО, МОЛЯСЬ ЗА БОЛЬНЫХ, ОН ПРЕДСКАЗЫВАЛ, КТО ВЫЖИВЕТ И КТО УМРЕТ. [Когда же] ЕГО СПРОСИЛИ, ОТКУДА ОН ЭТО ЗНАЕТ, ОН ОТВЕТИЛ: ЕСЛИ МОЛИТВА ЛЬЕТСЯ ИЗ УСТ МОИХ СКЛАДНО Я ЗНАЮ, ЧТО ОНА ПРИНЯТА, А ЕСЛИ НЕТ — ЗНАЮ Я, ЧТО ОНА ОТВЕРГНУТА.

 

 Объяснение мишны пятой

 

 Эта мишна добавляет к сказанному в предыдущей, что каждый человек должен остерегаться сделать ошибку в молитве — тем более хазан.

 

 Ошибка в молитве — в молитве "Восемнадцать" — дурной знак для молящегося. Ему с небес намекают на то, что молитва его не принимается и что он должен проанализировать свои поступки, чтобы исправить то, что требует исправления. А если он хазан — и сделал ошибку в молитве, это дурной знак для всей общины — которая сделала его своим представителем в молитве перед Всевышним. Потому что представитель человека — словно он сам, и, следовательно, это ошибка в молитве как бы сделана всей общиной.

 Рассказывали о раби Ханине бен Досе — который был чрезвычайно праведен и благочестив, и к которому многие обращались в час беды, чтобы он помолился за них, что, молясь за больных — моля Всевышнего смилостивиться и послать им излечение, он предсказывал — помолившись, кто выживет и кто умрет — что и случалось. [Когда же] его спросили, откуда он это знает, он ответил: если молитва льется из уст моих складно — если молитва произносится моими устами быстро и без затруднений, я знаю, что она принята — и на небесах решили послать этому больному выздоровление. А если нет — если мне трудно молиться, знаю я, что она отвергнута — потому что на небесах этого больного приговорили к смерти.

 Гемара рассказывает: раби Ханина бен Доса изучал Тору под руководством рабана Йоханана бен Закая. Однажды заболел сын рабана Йоханана бен Закая. "Ханина, сын мой, — обратился рабан Йоханан бен Закай к раби Ханине, — помолись, чтобы Всевышний смилостивился над моим сыном и он выздоровел!". Раби Ханина бен Доса, сидя на земле, свесил голову между своими коленями и помолился, прося Всевышнего сжалиться над сыном рабана Йоханана бен Закая, — и тот, действительно, выздоровел. Сказал рабан Йоханан бен Закай: "Если бы бен Закай бился головой о свои колени весь день напролет — на него не обратили бы на небесах ни малейшего внимания!". "Что, разве Ханина более велик, чем ты?" — спросила его жена. "Нет, — ответил тот, — но перед царем — Ханина как слуга (КОТОРЫЙ ВХОЖ К НЕМУ В ЛЮБОЕ ВРЕМЯ И ПОТОМУ ВСЕГДА МОЖЕТ ПОПРОСИТЬ ЕГО О ТОМ, ЧТО ЕМУ НУЖНО), а я как князь (КОТОРЫЙ ПРИНИМАЕТСЯ ЦАРЕМ ЛИШЬ В ОСОБО ВАЖНЫХ СЛУЧАЯХ И ПРОСЬБЫ КОТОРОГО ПОДВЕРГАЮТСЯ СТРОГОЙ И ПРИДИРЧИВОЙ ПРОВЕРКЕ).

 

 

 

 

 Глава шестая

 

 мишна первая

 

 КАКИЕ БЛАГОСЛОВЕНИЯ ПРОИЗНОСЯТ НАД ПЛОДАМИ? НАД ПЛОДАМИ, [выросшими на] ДЕРЕВЕ, ГОВОРЯТ "ТВОРЯЩИЙ ПЛОД ДЕРЕВА" КРОМЕ ВИНА: НАД ВИНОМ ГОВОРЯТ "ТВОРЯЩИЙ ПЛОД ВИНОГРАДНОЙ ЛОЗЫ". А НАД ПЛОДАМИ, [выросшими на] ЗЕМЛЕ, ГОВОРЯТ "ТВОРЯЩИЙ ПЛОД ЗЕМЛИ" КРОМЕ ХЛЕБА: НАД ХЛЕБОМ ГОВОРЯТ "ВЫРАЩИВАЮЩИЙ ХЛЕБ ИЗ ЗЕМЛИ". НАД ЗЕЛЕНЬЮ ГОВОРЯТ "ТВОРЯЩИЙ ПЛОД ЗЕМЛИ"; РАБИ ЙЕГУДА [же] ГОВОРИТ: "ТВОРЯЩИЙ [разнообразные] ВИДЫ ТРАВ".

 

 Объяснение мишны первой

 

 Мудрецы Торы сказали (Брахот 35а): "Нельзя получать удовольствие от чего бы то ни было в этом мире без произнесения благословения, а тот, кто это делает, — словно совершает кощунство, потому что сказано (Тегилим 24, 1): "Б-гу принадлежит земля и все, что на ней". Сказано также (Брахот 356): "Тот, кто наслаждается этим миром без благословения, словно грабит Всевышнего (ЛИШАЯ ЕГО ПОЛАГАЮЩЕГОСЯ ЕМУ БЛАГОСЛОВЕНИЯ. — Раши) и народ Израиля (ПОТОМУ ЧТО ЕГО ПРОСТУПОК ОКАЗЫВАЕТ ВРЕДНОЕ ВЛИЯНИЕ НА ПЛОДОРОДНОСТЬ ЗЕМЛИ. — Раши)" Это — основание для установления, принятого "мужами Великого собрания" об обязательности произнесения благословения в каждом случае, когда евреи получает удовольствие или пользу от этого мира.

 Согласно другой точке зрения, основание для этого установления — слова Торы (Ваикра 19, 24): "Все плоды — святы ради восхвалений Г-спода". Отсюда следует, что когда плоды, выросшие на дереве, становятся разрешенными для еды (на четвертый год после посадки дерева), их следует есть, вознося "восхваления Г-споду". Поскольку слово "восхваления" сказано Торой во множественном числе, делается вывод, что одно "восхваление" должно говориться до еды, а другое — после, как сказал раби Акива: "ЧЕЛОВЕК НЕ ИМЕЕТ ПРАВА ОТВЕДАТЬ ЧЕГО БЫ ТО НИ БЫЛО ПРЕЖДЕ, ЧЕМ ПРОИЗНЕСЕТ БЛАГОСЛОВЕНИЕ".

 Есть еще одно мнение: что обязанность произносить благословение перед едой естественно вытекает из необходимости читать благословение после еды (о чем буквально говорится в Торе: "И будешь есть, и насытишься, и благословишь..."): "Если насытившись, он благословляет — так уж тем более благословляет голодный (за пищу, которую он получил)!" (Брахот 35а). Кроме того, в гемаре приводится ряд других цитат из Торы, из которых выводится обязанность произносить благословения перед едой (Брахот 486). Тем не менее, обязанность произносить благословения как таковая принадлежит к числу заповедей, введенных мудрецами Торы (как было сказано выше).

 Темой этой мишны являются благословения, произносимые над плодами земли.

 

 Какие благословения произносят над плодами — перед тем, как есть их? Над плодами, [выросшими на] дереве, говорят — произносят благословение: "Благословен Ты, Г-сподь, Б-г наш, царь вселенной, творящий плод дерева". Поскольку начало всех благословений одинаково, мишна опускает его и называет лишь окончание благословений, которое в каждом случае другое. Кроме вина — которое делается из винограда. Над вином говорят — произносят благословение: "творящий плод виноградной лозы". Несмотря на принцип "производимое из винограда считается виноградом" (а благословение, произносимое над виноградом, — "творящий плод дерева"), мудрецы установили специальное благословение для вина, чтобы отметить его исключительные свойства: что вино "подкрепляет сердце и веселит". А над плодами, [выросшими на] земле — вроде огурцов, бобов, арбуза и т.п., говорят — произносят благословение: "творящий плод земли" — кроме хлеба: над хлебом говорят — над хлебом произносят особое благословение, чтобы отметить исключительную роль хлеба как основного продукта питания человека. Точно так же мудрецы учредили особое благословение для других изделий из теста — вроде вермишели, клецок и также печения и пирогов — "творящий [разнообразные] виды пищи". "Выращивающий хлеб из земли" — следуя выражению из книги Тегилим (104, 14): "… чтоб вырастить [для человека] хлеб из земли". Над зеленью. Вроде салата, зеленого лука, шпината и т. п., говорят — произносят благословение: "творящий плод земли"; раби Йегуда [же] говорит: над зеленью произносят иное благословение — "творящий [разнообразные] виды трав". Раби Йегуда считает, что над различными видами растений следует произносить различные благословения — так, чтобы из слов благословения было ясно, над каким видом оно произносится. Однако же ГАЛАХА НЕ УСТАНОВЛЕНА СОГЛАСНО МНЕНИЮ РАБИ ЙЕГУДЫ.

 

 

 мишна вторая

 

 [Если] НАД ПЛОДАМИ ДЕРЕВА [произнес] БЛАГОСЛОВЕНИЕ "ТВОРЯЩИЙ ПЛОД ЗЕМЛИ" — [свой долг] ИСПОЛНИЛ, НО [если же] НАД ПЛОДАМИ ЗЕМЛИ [произнес] БЛАГОСЛОВЕНИЕ "ТВОРЯЩИЙ ПЛОД ДЕРЕВА" [свой долг] НЕ ИСПОЛНИЛ. [А если] НАД ВСЕМИ НИМИ [произнес] БЛАГОСЛОВЕНИЕ "ПО СЛОВУ КОТОРОГО ВОЗНИКЛО ВСЕ" ИСПОЛНИЛ [свой долг].

 

 объяснение мишны второй

 

 В предыдущей мишне мы учили, что для плодов земли установлено благословение "творящий плод земли", но для плодов, вырастающих на дереве, учреждено специальное благословение "творящий плод дерева" (несмотря на то, что и плоды дерева получают свое питание из земли). Ввиду ценных качеств, которыми обладают плоды дерева, они были выделены мудрецами Торы из всех видов плодов, которые дает земля, в особую группу, для которой было установлено особое благословение. Критерий для различения "плодов земли" и "плодов дерева" так формулируется гемарой (Брахот 40а): "Если после снятия урожая ветвь, на которой рос плод, остается и приносит новые плоды на следующий год, это растение — дерево, и над его плодами произносится благословение "творящий плод дерева"; если же после снятия урожая ветвь, на которой рос плод, не остается на следующий год для новых плодов — над этими плодами произносится благословение "творящий плод земли".

 Эта мишна рассматривает случаи ошибок в произнесении благословения над плодами.

 

 [Если] над плодами дерева [произнес] — по ошибке — благословение "творящий плод земли" — или оговорившись, или не зная, что этот плод вырос на дереве, [свой долг] исполнил. Потому что, в сущности, плоды дерева — тоже "плоды земли": ведь свое питание они тоже получают из почвы. Отсюда следует галаха: в случае сомнения насчет происхождения плода следует произносить благословение "творящий плод земли" (Рош, Тур). Но [если же] над плодами земли [произнес] благословение "творящий плод дерева" — [свой долг] не исполнил. Потому что плоды, вырастающие на земле, не имеют никакого отношения к плодам, растущим на дереве. [А если] над всеми ними — то есть над всем, что было перечислено в мишне первой: над плодами, выросшими как на земле, так и на дереве, над зеленью и даже над вином и хлебом, [произнес] — по ошибке — благословение "по слову которого возникло все" — исполнил [свой долг] — постфактум. Но, конечно, в принципе над каждым продуктом следует произносить то благословение, которое относится именно к нему.

 Талмуд Йерушалми сообщает, что точка зрения раби Йосе более строга, нежели точка зрения этой мишны. Он считает, что "каждый, кто меняет формулировку благословения, установленную мудрецами, долг свой [в отношении благословений] не исполняет". Однако Талмуд Бавли цитирует раби Йоханана, распространившего мишну "[а если] НАД ВСЕМИ НИМИ [произнес] БЛАГОСЛОВЕНИЕ "ПО СЛОВУ КОТОРОГО ВОЗНИКЛО ВСЕ" — ИСПОЛНИЛ [свой долг]" даже на вино и хлеб (как было сказано выше в объяснении мишны), и такова галаха. Высказывание раби Йосе раби Йоханан трактует в том смысле, что если кто-нибудь вместо благословения сказал: "Какой аппетитный хлеб! Благословен Всевышний, создавший его!", или: "Какой прекрасный инжир! Благословен Всевышний, создавший его!" — он не исполнил свой долг относительно необходимости произнести благословение, потому что сказал нечто свое, совершенно не похожее на то, что сформулировали мудрецы. Однако же если он сказал благословение, сформулированное мудрецами, — "по слову Которого возникло все", — то (по мнению раби Йоханана) сам раби Йосе согласился бы, что долг произнесения благословения исполнен. Впрочем, есть еще точка зрения раби Меира, цитируемая барайтой, диаметрально противоположная мнению раби Йосе: что даже тот, кто сказал нечто непохожее на установленное благословение (вроде "Какой аппетитный хлеб! Благословен Всевышний, создавший его!"), тем не менее, долг свой исполнил.

 

 

 мишна третья

 

 НАД ПРОДУКТОМ, НЕ ВЫРОСШИМ НА ЗЕМЛЕ, ГОВОРЯТ "ПО СЛОВУ КОТОРОГО". НАД УКСУСОМ, НАД ПАДАНЦАМИ И НАД КУЗНЕЧИКАМИ ГОВОРЯТ "ПО СЛОВУ КОТОРОГО". НАД МОЛОКОМ, НАД ЯЙЦАМИ, НАД ТВОРОГОМ И СЫРОМ ГОВОРЯТ "ПО СЛОВУ КОТОРОГО". РАБИ ЙЕГУДА ГОВОРИТ: НЕ ПРОИЗНОСЯТ БЛАГОСЛОВЕНИЯ НАД ТЕМ, ЧТО [содержит в себе] НЕЧТО ОТ ПРОКЛЯТИЯ.

 

 Объяснение мишны третьей

  

Теги: талмуд