Трёхлинейная бинтовка Мосина.

Esprit de L'Escalier 11 мая 2017 Рейтинг: 0 Голосов: 0 43 просмотра

Интересно, до чего коротка человеческая память.

Капитан С.И. Мосин вошёл в историю России как создатель знаменитой винтовки, в то время как его первый и главный талант и открытие остались совершенно неизвестными потомкам.

Одновременно с учёбой в военных училищах, Мосин тайком посещал и медицинскую академию, ибо считал, что быть хорошим бойцом и офицером нельзя, не умея оказывать первую помощь своим солдатам, раненым в бою. Мосин участвовал как подпоручик, а затем как поручик полевой конной артиллерии во многих манёврах, хотя в настоящих боевых действиях не был занят. С юных лет Мосин увлёкся стихотворением М.Ю. Лермонтова «Бородино» и особенно врезалось ему в память выражение: «Слуга царю, отец солдатам». Мосин решил тоже быть «Отцом солдатам».

Известно, что во время манёвров, особенно с применением боевого оружия, бывает немало случаев травм, увечий и смертей. Ведь часто манёвры проводятся в «условиях, максимально приближённых к боевым». И, оказывая помощь своим раненым солдатам, а также курируя последующую госпитальную реконвалесценцию, он обратил внимание, что выздоровление раненых сильно затягивается из-за инфекций в ранах, из-за жестокой процедуры смены повязок, когда сёстры милосердия, не желая того и со слезами на глазах, отдирали присохшие к ране из-за свернувшейся крови бинты. Что вызывало страшные боли у раненых и фактически сводило на нет естественные процессы заживления. Рана снова обнажалась, начиналось массивное кровотечение из открывшихся сосудов и не было никакого смысла в такой перебинтовке! Позже сёстры придумали размачивать повязки в тёплой воде. Это сразу удлинило время каждой перевязки на час и кроме того, вызывало вторичное инфицирование ран. Ещё позже, начали смачивать прилипшие бинты холодной перекисью водорода. Это дезинфицировало раны, но удлиняло время перевязок ещё больше! При нагреве же происходил интенсивный распад перекиси и опять лишало смачивание его дезинфицирущей силы. Но, в любом случае, корочка тромбоцитов, астроцитов и эузинофилов исчезала и весь процесс заживления начинался вновь с нуля.

Мосин решил изменить эту порочную практику.

И разработал систему «Трёхлинейной бинтовки ран». В чём она заключалась?

Во-первых, использовались ТРИ РАЗНЫХ БИНТА, в отличие от привычного и несовершенного одного.

Каждый бинт по толщине был равен 2,54 миллиметрам,(шириной в 75 – 100 мм). Терминологически этот размер назывался ЛИНИЕЙ! Значит три бинта назывались «трёхлинейной бинтовкой».




Но на этом врачебно-творческая мысль Мосина не остановилась. Он обозначил первый, прилегающий непосредственно к ране, бинт номером 1, второй, накладываемый на него – номером два. Третий – три!

Но очень быстро он увидел, что многие солдаты в разгаре боя перевязывают рану как попало. А кроме того, немало солдат были просто безграмотными и не различали цифр, нанесённых на бинты. В то же время это как раз было крайне важно, ибо бинты были разными по назначению и лечебным функциям. Первый – был очень мягкий и нежный, поскольку соприкасался с открытой раной. Второй был пропитан риванолем и другими лекарственными веществами и из него лекарство постепенно просачивалось к ране. (Лекарственное депо!). Третий же был сделан из относительно плотного и прочного волокна, и его задачей было оградить рану от внешних механических ударов и повреждений, а также не дать лекарствам вытекать наружу и испаряться.

Заметив, что система нумерации не действует, Мосин решил применить цветное кодирование, справедливо предположив, что дальтоников среди солдат немного. Первый («наранный») бинт он решил окрасить в красный цвет. Но чем? Охрой или другой химической краской, да ещё, может ядовитой? И Мосин придумал окрашивать бинт вытяжкой из лепестков алых роз, содержавшей пигмент АНТОЦИАН. Второй был жёлтым сам по себе из-за риванола и Мосин добавил к нему (для асептики) ещё и хинин, окрасивший бинт в ярко жёлтый цвет. Третий был окрашен в зелёный; так солдаты знали, что на рану (кровь!) накладывается красный бинт, затем жёлтый и затем только верхний – зелёный. Тут интересен метод, который использовал Мосин для обучения солдат: «Посмотри-ка, братец, на радугу, — говорил он. — Какие цвета в ней и как следуют? Верно: Красный, жёлтый и зелёный. Вот, так же и действуй с бинтами!»

Но уже в самом начале применения его «трёхлинейной бинтовки» Мосин заметил, что антоциан действует как активный врачеватель ран и, самое интересное, как индикатор состояния раны, изменяя цвет. В средах кислых он оставался красным. Но стоило измениться показателю pH в сторону щелочную, как цвет бинта изменялся на сине-фиолетовый! Таким образом первый бинт, не снимаемый при перевязках, сигнализировал о кислотном или щелочном характере выделений из раны! «Трёхлинейная бинтовка Мосина» спасла жизнь и здоровье сотням тысяч солдат.




Но однажды ему в руки попала винтовка системы Бердана и он сразу обнаружил в ней много недостатков. Загоревшись новой идеей он и здесь подошёл к проблеме с позиции неординарной.

Он сказал себе: «Винтовка – это мёртвое оружие, мёртвая система из металла и дерева. А что, если я отнесусь к ней, как к живому организму, простому до примитивности, но долженствующему ЖИТЬ И ДЕЙСТВОВАТЬ в разных условиях!» Закон гомеостаза, то есть постоянства внутренней среды, он, конечно же знал, как врач. И проектировал свою винтовку как некий организм, который обязан был «выжить» и исправно работать в любых внешних условиях. Так была разработана «Трёхлинейная винтовка Мосина образца 1891 года» калибром 7.62 мм (что тоже соответствует 2.54 х 3 == 7.62, то есть трём линиям!!!) Думаю, Мосин не забыл о своей первой идее и поэтому вновь вернулся к ней.




Интересно, что генерал М.И. Драгомиров был яростным противником скорострельного оружия. А на полигонных испытаниях опытный стрелок сделал из винтовки Мосина 55 выстрелов за одну минуту!!!

«Зачем, – иронически говорил Драгомиров, – такая скорострельность? Стрелять надо редко, да метко! Нельзя убить человека дважды и вся эта скорострельность-скороспелость приводит лишь к непомерному расходу амуниции. А это и боевой припас солдата и денег стоит немалых!»

На этом же основании Драгомиров отверг внедрение в Российскую армию пулемётов Хайрама Максима!

А винтовка Мосина, прослужила долгую жизнь. В СССР последняя серия этих винтовок была в употреблении до середины 70-ых годов!!! А затем лицензия на её производство была продана в братские социалистические страны Польшу, Венгрию и Румынию.

Вот, что значит настоящий талант!




Жаль только, что его не менее значительная «трёхлинейная бинтовка» была благополучно забыта и изъята из употребления.

По всей видимости, орудия убийства ценятся двуногими тварями, называющими себя «человеком разумным», несравненно выше, чем то, что сохраняет жизнь и здоровье.

4 V 2017
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!