ВеЛюр. Книга первая. Часть I. Глава 2 и Глава 3

Vilenna Авторская проза 30 апреля 2012 Рейтинг: 0 Голосов: 0 1058 просмотров
ВеЛюр. Книга первая. Часть I. Глава 2 и Глава 3

 

Глава 2.<o:p></o:p>

Ольга обожала велюр в любом виде — драп или фетр, покрытый густым мягким ворсом, но больше всего — мягкую кожу, выделанную под бархат, обнимающую, защищающую, согревающую.  Что же тут поделать, такими были ее, аристократические, замашки молодости! <o:p></o:p>

«ВеЛюр!» — произносила она на французский манер, с гортанным «р». Он был для нее еще и неким символом жизни – долгой, но не вполне состоявшейся в плане безудержной, страстной любви.  «ВеЛюр!» — только она знала истину постоянного присутствия его в ее жизни,  только он походил на Вечную Любовь. 

Застегнув последнюю пуговку на строгом, закрытом, почти монашеском платье, взяла длинный, золотой мундштук и повернула голову к открытому окну. Выпустила струйку дыма. Ай-Петри сбросила вниз лишние облака, и игриво выглядывала из них.

Лязг железного засова калитки, оповестил о приходе гостей. Грациозно подняв руку, женщина, закрыла окно, подхватила маленький саквояж и пошла к выходу, выпуская перед собой струйки дыма.

 Утренний туман был увесистым, плотным занавесом, скрывающим всех соседей. Из него, величественно ступая, появились трое мужчин, как и она, одетые достаточно строго: в длинные черные сюртуки, застегнутые на одну пуговицу, белоснежные сорочки и в кристально начищенной обуви. Скуластые подбородки были единственной схожестью их лиц. Первый — чуть старше, и несколько ниже. За ним, плечом к плечу, два молодых, под два метра роста, красавца. Брюнет и блондин,  хотя нет, второй скорее имел золотисто-русые волосы.

— Наконец-то! — вместо приветствия, холодно произнесла Ольга.

— И тебе здравствовать! — произнес светленький, и замер, убрав руки за спину.

— Прости, дороги. — сказал мужчина постарше, — ты все-таки серьезно решила расстаться с этим домом?!

— Не могу долго мозолить глаза.

— Так жила бы в поместье, — заговорил брюнет, — соседей захочешь — не найдешь.

— Меня ограничивают в действиях?! – и тон, и взгляд отбили любую охоту говорить дальше, даже пояснить не правильно понятые слова.

— Упаси Бог! Мальчишки шутят. Где вещи? – старший, как некое балансирующее устройство, быстро перевел тему.

— В доме! — сбросив пепел, она сделала шаг в сторону, пропуская троицу внутрь, и замерла, как статуя, подняв глаза к небу.

— Это все? — уточнил он, появившись первым. На асфальте красовалось штук 10 чемоданов, разных форм и размеров.

— Зеркало не забыли? – спросила она, смотря поверх их голов, даже не удосужившись проверить свой багаж.

— Как же мы могли?! Поедешь с водителем и вещами или потерпишь наше присутствие?

— С вами, Жан, с вами. Зеркало возьму в руки!

— Кто бы сомневался! — шепнул светленький темненькому, шествуя позади с поклажей.

Ольга на миг задержалась у калитки, прощаясь с домом. Вздохнув, подошла к машине, села на переднее место и взяла зеркало. Старший, Жан, сел за руль не проронив ни слова, и они отправились в путь, вторая машина последовала вслед за ними.

— Свет мой зеркальце, скажи! – усевшись, произнес светленький, — да всю правду доложи!

Ольга молчала, даже бровью не повела на его реплику, а он продолжал: — Ну, а зеркальце в ответ: «Ты прекрасна, спору нет! Только, Олечка, есть такая молоденькая, черненькая, стройненькая как березка!»

— Дэн! Не балагурь! — не поворачиваясь, перебила, достала сигарету, но передумав, убрала в бардачок. Брюнет толкнул его локтем и, не меняя серьезности на лице, заметил:

  — А рыжик лучше!

— Ребята! — попытался остепенить их Жан.

— Эдгар! – перебив Жана, Ольга, не повернув головы, просто окликнула, остепенила, охлаждая  пыл и веселость. — От тебя я не ожидала!

— Молодость! — произнес Жан и прибавил скорость. — Мама, скажи, так и будешь менять места обетования?

— Это не обсуждается!

— Но сейчас не те времена, — попытался поддержать разговор Эд.

— Таковы правила! И кто дал вам право обсуждать МОИ действия?! — она поставила ударение на «мои» и сверкнула черными, как антрацит, глазами. Во всем ее виде читалась холодная отчужденность. Отвернувшись от парней, поправила волосы и закурила – давая всем своим видом понять, что сегодня ей, в особенности, не до шуток.

Холодок пробежал по салону. Парни сложили руки на груди, поджали выточенные губы, и уставились на знакомую до мелочей трассу.

****

«…Морозная ночь, звезды на черном небосводе, холодная, покрытая инеем могильная плита и рыжие волосы, горящие на снегу, как огонь»…

Очередной раз, отогнав видение, Ольга пару раз плотно прикрыла глаза, как бы сменяя картинку, и промолчала о нем. Им говорить бесполезно, так зачем сотрясать воздух.

 

Глава 3.<o:p></o:p>

Рассвет пробивался первым лучом — тонкая нить упала на зеркало воды, пробежала по глади и взлетела обратно, открывая путь новым лучикам просыпающегося солнца. Одинокие нотки первых птиц смешивались с аккордами воды и ветра.

Утро. Остывший и отдохнувший песок постепенно заполнялся телами. На верху лестницы появилась фигурка. Ее нежное личико осветила улыбка, а в бездонных глазах, цвета моря, заиграли искорки счастья и любви — огоньки жизни. Волосы под золотом солнца сияли еще больше медью. Купальник, зеленого цвета, не был кричащим пятном, а подчеркивал стройность загорелого стана, оттенял волосы и гармонировал с глазами.

Не спеша, спустилась по лестнице, сняла босоножки и маленькой ножкой ступила на прохладный песок. Постояв мгновение, присела у самой кромки воды. Со стороны казалось — она не замечает вокруг никого и ничего. Но это только казалось. Ее внутренний мир был очень богат и разнообразен, тянулся к новому, незаметно подмечал нужное ей и только ей, отбрасывая лишнее, пустое, ненужное. <o:p></o:p>

— Привет! – услышала Вел за спиной, легкое поскрипывание песка оповестило — рядом присели. «Привет, привет!» — подумала она и, естественно, не повернулась, мало ли кто с кем поздоровался. Воцарившееся молчание сзади, подсказало — пришедший один. За спиной пошевелились, вздохнули полной грудью:

«Сияло солнце в небесах,

Светило вовсю мочь,

Была светла морская гладь,

Как зеркало точь-в-точь,

Что очень странно – ведь тогда

Была глухая ночь…»

Процитировал приятным баритоном толстячка Траляля, Льюиса Керрола, и замолчал, в ожидании реакции. Девушка, приподняв брови, едва шевельнув губами, улыбнулась: «Алиса в зазеркалье!». Легкое любопытство пробежало внутри, но не настолько, чтобы начать разговор, поэтому глаза все также смотрели вперед. «Значит он один!» — подумала Вел, — «и голос приятный, что ж, подождем. Не ограничишься же ты этим. Хотя, скорее всего — это все на что ты горазд!»

Незнакомец заметил легкий интерес к его персоне, что было уже приятно, и решил продолжить:

«Она не была красавицей, но мужчины вряд ли отдавали себе в этом отчет. Широкоскулое, с точеным подбородком лицо, невольно приковывало к себе взгляд. Особенно глаза – чуть раскосые, светло зеленные, прозрачные, в оправе темных ресниц…» Он сделал небольшую паузу. Вел невольно, приспустив голову, слегка повернула к нему ушко. И он воспринял это как знак:  «Зеленые глаза – беспокойные, яркие. О, сколько в них своенравия и огня!»…

Вел изменила позу, облокотилась руками за спиной и вытянула вперед одну ножку. Не спешила повернуться, чтобы рассмотреть говорившего, не желая невольно спугнуть. А он смолк, ожидая от нее именно ответного внимания. <o:p></o:p>

— Пожалуй об этом, я подумаю завтра! – бросила, усмехаясь, как только поняла, что продолжения не будет, давая понять, он — не Ретт Батлер, Маргарет Митчел, а она….  Она не Скарлетт О, Хара.<o:p></o:p>

Поднялась, грациозно потянулась и пошла к воде. Отплыв немного дальше от берега, чем обычно, медленно возвращалась, стараясь рассмотреть отдыхающих на берегу. Парень сидел чуть поодаль ее места, раскрепощено положив руки на ноги, согнутые в коленях и крутил мобильный телефон, спокойно смотря вдаль. Трудно было судить о его внешности, но то, что он был спортивного телосложения, сразу бросалось в глаза.<o:p></o:p>

Выйдя из воды, встряхнула головой, став в пол оборота к морю, взяла полотенце и промокнула только лицо. Постояв минуту, подняла свои вещи. На секунду, задержав взгляд на очках соседа по пляжу, опять улыбнулась: — И все же, я подумаю об этом завтра! — медленно пошла домой.

 Вечер предвещал быть  новым.

****

— Больше не пойду одна. — Поднимаясь по лестнице к домику, думала Вел: — Все, буду будить, и тащить сестру с собой. Пусть высыпается на берегу, а то у нее, видите  ли, отпуск! А у меня что – рыбалка?!  Мы приехали загорать и купаться, купаться и загорать…

На секунду мысли улетели в никуда. Приостановившись, сразу пошла дальше.

— Алиса и Скарлетт. Да, это что-то новенькое! Главное, что не о погоде и не банальная лесть. Кто он и какой он?! Высокий, с удлиненной стрижкой, ухоженными волосами. Глаза… А вот какие у него глаза? Очки модные, стильные… Сравнить меня со Скарлетт! – Возмущенно подняла руку вверх, но тут же, прищурив глаза, улыбнулась, довольная тем, что хоть кто-то видит ее такой, как ее любимая героиня, из любимой книги. – Сравнить меня со Скарлетт! – Повторила более мягко и самодовольно. — Стоп! Что это меня понесло…. Уж не перегрелась ли я?! – Все эти мысли неслись в ее голове с такой скоростью, что она не могла даже сообразить, с чего начался анализ мимолетно услышанных фраз.

Поднявшись на последнюю ступеньку, повернулась к морю. Еще раз взглянула на место, где только что отдыхала. ОН БЫЛ ЕЩЕ ТАМ! Сидел, даже не изменив позы, как йог, поглощая поток солнечной энергии. Прямая спина, сильные плечи. Ни капли проявленного любопытства в ее сторону – куда пойдет, как пойдет. Не понесся за ней с предложениями, даже не смотрел вслед. Сидел и наслаждался ранним утром, будто и не было того короткого, но неординарного диалога. И это ее зацепило! Она еще сама не осознавала насколько сильно, но тронуло в ней все – любопытство, интерес, пытливость, заинтересованность — на что он еще способен в комплиментах, ведь это явно был комплимент в ее адрес; интерес – рассмотреть его внимательней, а там было что рассматривать! Ей уже жаждались диалоги, и не терпелось узнать, к чему они смогут привести. Да и его круг интересов ей хотелось познать. Прочитать, так искусно подобранные к ситуации, отрывки из ее любимых книг могло о многом сказать! Вот только она об этом пока не думала. Была минута, в которой внутренние, глубокие желания никак не могли вытеснить сам происшедший момент, сам процесс разговора, короткого, не навязчивого, но так приятного ее слуху.

Две минуты у обрыва – Вел пожала плечиками и пошла к дому. А он все еще сидел – не шевелясь, не испортив ровность своего торса, не ссутулив плечи и, не сгорбив спину. Оглянулась еще раз, дивясь своим мыслям о нем. А он по-прежнему был там…

 

Похожие статьи:

Авторская прозаВеЛюр. Книга первая. Часть I. Глава 1
Авторская прозаПервая учительница
Авторская прозаВеЛюр. Книга первая. Часть II. Главы 1-2
Авторская прозаВеЛюр. Книга первая. Часть I. Глава 4, Глава 5, Глава 6
Авторская прозаВеЛюр. Книга первая. Часть I. Глава 7, Глава 8, Глава 9
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Свежее в блогах

Они кланялись тем кто выше
Они кланялись тем кто выше Они рвали себя на часть Услужить пытаясь начальству Но забыли совсем про нас Оторвали куски России Закидали эфир враньём А дороги стоят большие Обнесенные...
Говорим мы с тобой как ровня, так поставил ты дело сразу
У меня седина на висках, К 40 уж подходят годы, А ты вечно такой молодой, Веселый всегда и суровый Говорим мы с тобой как ровня, Так поставил ты дело сразу, Дядька мой говорил...
Когда друзья уходят, это плохо (памяти Димы друга)
Когда друзья уходят, это плохо Они на небо, мы же здесь стоим И солнце светит как то однобоко Ушел, куда же друг ты там один И в 40 лет, когда вокруг цветёт Когда все только начинает жить...
Степь кругом как скатерть росписная
Степь кругом как скатерть росписная Вся в траве пожухлой от дождя Я стою где молодость играла Где мальчонкой за судьбой гонялся я Читать далее.........
Мне парень сказал что я дядя Такой уже средних лет
Мне парень сказал что я дядя Такой уже средних лет А я усмехнулся играя Словами, как ласковый зверь Ты думаешь молодость вечна Она лишь дает тепло Но жизнь товарищ бесконечна И молодость...