Устроили гнездо над шатким
потолком, под черепичной крышей. Помещение называлось «эль десван», что на русский переводилось очень просто – «чердак». А жить в джунглях,
под мостом, было все-таки рискованно. Не всякая змея такая безобидная, как те, которых безбоязненно хватал Павлушка. Да и всякие там «лос
бичос мордедорос» (кусачие козявки) и «эскорпионос»…
Здесь они и провели несколько суток, здесь и пережили ночную грозу. Ну а дальше – почти все, как написано прежде. Только доктор появился
перед мальчишками не в одежде путешественника, а в обычном белом костюме. Правда, все же с трубой…
После, уже днем, доктор изложил по порядку все прошлые события.
Он принес письмо Гарцунову, и тот совсем не по-капитански, а как-то по-женски схватился за голову:
– Мне теперь одно: ядро за пазуху – и с борта…
– Да полноте, Николай Константинович. Мальчишки никуда не денутся, они у меня почти что на глазах. Вам надлежит лишь одно. Дать мне бумагу
с судовой печатью и примерно таким содержанием. «Я, командир брига „Артемида“, в силу изменившихся обстоятельств поставлен перед
необходимостью передать попечительству российского подданного, профессора Санкт-Петербургского университета… и прочая, прочая… своего
воспитанника Григория Булатова и уроженца Малых Антильских островов Поля… фамилия неизвестна? Придумаете сами… оказавшегося на судне в силу
неожиданных военных обстоятельств…»
Я, в свою очередь, дам вам письменное подтверждение, что беру на себя всю ответственность за мальчиков в дороге и за судьбу Поля, если ему
будет отказано в приеме со стороны Максаровых… Я холостяк, Николай Константинович, и забота о мальчике скрасит мое существование… Не
терзайте себя, мой капитан, ваша совесть чиста. Военные обстоятельства оправдывают многое. Вы же сами говорите – корвет…
Британский корвет был не в пример сильнее российского брига, и, сойдись они в море, исход боя не вызывал сомнений. Англичанин спешил уйти
первым, чтобы дождаться «Артемиду» в нейтральных водах. Но военный комендант порта оказался хорошо настроен к русским. Он обещал выпустить
бриг первым, если он поспешит. А британец будет задержан на сутки, поскольку суда воюющих держав могут покидать нейтральные гавани с
интервалом не менее чем в двадцать четыре часа. А через это время легонькую «Артемиду» ищи-свищи…
Такой выход был наиболее разумным. И все же прежде, чем принять решение, капитан Гарцунов сказал со стоном:
– Но как я посмотрю в глаза Платону и Полине, когда вернемся?
– Так и посмотрите. Время все сглаживает и успокаивает. И объясняет… К тому же… давайте начистоту… вернетесь вы не скоро, не так ли?
Бриг «Артемида» не вернулся вообще.
Судьба его не совсем ясна. Известно, что он не успел к берегам Камчатки, чтобы принять участие в обороне Петропавловска, которая
развернулась в августе. Когда «Артемида» появилась в Авачинской бухте, все было кончено: проигравшие битву англичане убрались прочь,
зализывая раны и латая пробоины. Разгром был полный… Но было понятно и то, что в будущем году, когда британская эскадра появится здесь с
возросшими во много раз силами, Петропавловску не выстоять. Военный комендант генерал-майор Замойко принял решение готовить порт и гарнизон
к эвакуации в Николаевск-на-Амуре. Видимо, в этих обстоятельствах «Артемиде» там делать было нечего.
Страницы: << < 127 128 129 130 131 132 > >>