Книга Каникулы Кроша читать онлайн (Анатолий Рыбаков)

  21

    Я испытывал некоторую робость, входя к Веэну. Постыдное чувство. Я не трус, но все же неудобно сказать человеку, что он прохвост.

Особенно такому респектабельному господину, как Веэн. Тем более в момент, когда он к тебе расположен, хвалит и превозносит тебя. Он тебя хвалит

и превозносит, а ты ему объявляешь, что он прохвост.
    Веэн и сейчас выказывал мне полное расположение, улыбался, не поворачивался спиной, а если и поворачивался, то спина была не враждебной,

а мягкой и дружелюбной.
    – Был у Краснухина?
    Я мог, конечно, ответить, что да, был, ничего подходящего не нашел, мог вернуть Веэну его бамбук, уйти и больше не приходить. Словом,

мог порвать с Веэном без объяснений. Но это значило бы трусливо уйти от сложностей. Сделав так, я бы не уважал самого себя.
    – Владимир Николаевич, больше ваших поручений я выполнять не буду.
    Веэн стоял, наклонившись к книжному шкафу. Он обернулся и посмотрел мне в лицо:
    – Почему ты не будешь выполнять моих поручений?
    – Не хочу.
    – Почему не хочешь?
    – Не хочу, и все. Это мое дело, почему я не хочу.
    – Это не только твое дело, это наше общее дело.
    – Никто не заставит меня делать того, что я не хочу делать. Это ясно и понятно.
    – Ты изменяешь нашей дружбе?
    Я пожал плечами.
    – Вы странно рассуждаете. Костя увлекается боксом – разве должны заниматься боксом его друзья? Я люблю прыжки в воду, но ведь мои друзья

не обязаны тоже прыгать. Меня не привлекает собирательство, не интересуют нэцкэ, вот и все!
    Насчет прыжков в воду я припустил – я еще только собирался ими заняться. Но как довод это было весьма удачно.
    – Нэцкэ тебя не интересуют... – возразил Веэн. – Ходил в библиотеку, прочитал кучу книг, а сегодня вдруг «не интересуют». Нелогично,

неубедительно. Я не оспариваю твоего права прекратить знакомство со мной. Но ты не можешь оспорить и моего права знать, чем это вызвано: с

порядочными людьми так не прекращают знакомства.
    Теперь я жалел, что пустился в объяснения. Веэн сильнее меня в софистике. Он стоял, прислонясь к книжному шкафу, смотрел мне в глаза,

как человек, готовый честно ответить на любые вопросы, опровергнуть любые обвинения. Да и что я мог ему предъявить? Старуха со странствующими

музыкантами, статья против Краснухина, которую я не читал. И я не мог сослаться на разговор с Игорем. Я очутился в дурацком положении. Надо было

просто уйти, а я пустился в объяснения.
    И тут меня осенила мысль: спрошу про Мавродаки. Веэн не может не знать такого крупного собирателя нэцкэ. И пока Веэн будет рассказывать

про Мавродаки, я обдумаю, как поступить дальше.
    – Владимир Николаевич, вы знали Мавродаки?
    Наверно, я не сумею передать реакцию Веэна на мой вопрос. Только что, опираясь о книжный шкаф, стоял респектабельный искусствовед Веэн,

в легком, элегантном костюме, спокойно и уверенно смотрел на меня... Теперь там стоял совсем другой человек, стоял, быть может, одну минуту,

одну секунду, одно мгновение. Но это мгновение я запомнил. Я увидел взгляд, который тогда, на берегу реки, только почувствовал, – мгновенный,

колючий и вместе с тем жалкий и обреченный взгляд. Впервые почувствовал я, что такое «мурашки забегали по спине».