Книга Каникулы Кроша читать онлайн (Анатолий Рыбаков)

    Только двое вылезли на трибуну: Сизов и Коротков. Они живут в нашем доме и работают на инструментальной базе – есть у нас на улице такая

оптовая база Главинструмента. Обыкновенные ребята, поотпустили длинные волосы. Володя – парень, что вел диспут, – спросил, для чего им длинные

волосы. Коротков и Сизов вылезли на трибуну и маячили там целых полчаса. Им было приятно торчать на виду у всех. Топтались на трибуне и бубнили.
    – Дело идет к зиме, – бубнил Сизов.
    – К зиме идет дело, – повторял за ним Коротков.
    Ничего больше они сказать не могли. Стояли в своих толстых пиджаках и узких брючках, длинноволосые, смешные, и долдонили: «Тем более

дело идет к зиме. К зиме идет дело». Мол, наступают холода, и надо отращивать волосы. На дворе июль, жара смертная, а они стоят на трибуне и

бубнят: «Дело идет к зиме». Диспут уже перешел на другую тему, а Сизов и Коротков все топтались на трибуне, пока ребята, сидевшие в первом ряду,

не схватили их за ноги и не сволокли со сцены.
    Диспут шел организованно.
    Продавщица Рая, та самая, что ездила с нами на пикник, сказала:
    – Отращивает бороду тот, кто ничем другим не может отличиться.
    Ей возражал матрос в тельняшке и черной куртке. Я часто встречаю на собраниях и диспутах таких вот, неизвестно откуда взявшихся

матросов. Они вворачивают мудреные словечки, говорят «у нас на флоте» и произносят «компас» вместо «компас». Но сегодняшний матросик напирал

больше на предков и на исконные традиции.
    – Маркс, Энгельс, Калинин, Дзержинский, академик Курчатов – все носили бороды, – говорил матрос. – Борода – это характерная черта

русского человека. Кто нам дал бороду? Природа! А все, что дала нам природа, прекрасно! И, кроме того, я лично за широкие брюки – человек в

широких брюках имеет молодцеватый вид, ребята в широких брюках выглядят устойчивыми людьми, твердого характера. Иван Поддубный носил брюки клеш

и не имел себе равного борца в мире...
    И понес такую околесицу, что Володя попросил его дать высказаться и другим. Но матрос еще долго не унимался. Из угла, где он сидел, весь

вечер доносился глухой шум – матрос спорил с соседями.
    Тут высовывается девушка в очках:
    – Зачем сугубо частным бородам придавать государственное значение? Надо бороться не с бородами, а с обладателями мелких душонок и

мещанских взглядов.
    – С хулиганами надо бороться! – закричали все.
    Стали выяснять причины хулиганства и предлагать меры. Одни предлагали перевоспитывать хулиганов, другие – сажать в тюрьму, третьи – и то

и другое: и перевоспитывать, и сажать в тюрьму. Матрос предложил даже расстреливать. Не всех, правда, а бандитов и рецидивистов.
    – Фашистскую Германию мы победили, – сказал матрос, – хулиганов и бандитов победить не можем. Парадокс.
    Один парень, рабочий склада, сказал:
    – Все дело в пьянстве. Выпьет мозгляк на три копейки, идет по улице, куражится, всех задевает. А набить ему морду нельзя – тебя же

привлекут за хулиганство.
    Это он точно подметил. Как-то один сукин сын привязался к чистильщику ботинок на нашей улице, потребовал, чтобы тот почистил ему

ботинки, а сам на ногах не стоит. Чистильщик ему говорит: «Иди домой, проспись», а он в ответ: «Армяшка! » Мы со Шмаковым Петром оттерли этого

расиста от ларька и взяли его в коробочку.