Книга Каникулы Кроша читать онлайн (Анатолий Рыбаков)

    – Забавная.
    – Надеюсь, ты мне ее оставишь?
    – Как же я могу вам ее оставить?
    Веэн вынул из шкафа фигурку, изображавшую крестьянина верхом на буйволе. Вечер, кончилась работа в поле, крестьянин возвращается домой,

отдыхает, сидя верхом на буйволе, поет свою песню. Это была хорошая нэцкэ. От нее веяло тишиной, спокойствием, умиротворенностью свершенного

трудового дня.
    – Отдашь ему буйвола.
    – А если он не захочет меняться?
    – Поставишь его перед совершившимся фактом.
    Я положил стрекозу в карман.
    – Этого я не сделаю.
    Некоторое время Веэн пристально смотрел на меня. Честное слово, мне казалось, что он сейчас бросится отнимать у меня нэцкэ. От этих

собирателей всего можно ожидать. Когда дело касается их коллекции, они становятся форменными психами.
    Веэн не бросился отнимать у меня фигурку. Некоторое время он молчал, потом сказал:
    – На твой паспорт сдана нэцкэ в антикварный, кажется музыканты... Если она продана, надо получить деньги.
    – Дайте квитанцию, я пойду получу.
    – Я удивился тому, что от тебя приняли ее на комиссию. При получении денег они обязательно потребуют, чтобы пришли твои родители.
    – Мои родители в отъезде.
    – Приедут.
    Мне не слишком хотелось, чтобы об этом узнали мои родители, – зачем им знать какой-то случайный эпизод моей жизни? Тем более, что я

последний раз встречаюсь с Веэном. Но Веэн меня шантажирует, хочет воспользоваться этой злополучной квитанцией. Ну и черт с ним! Я сам все

расскажу своим старикам. Конечно, мне не хочется их огорчать. Я всегда предпочитаю, чтобы со мной случилось что-либо плохое, а не с ними. Если у

человека и бывает тревога, то именно за близких ему людей. Когда я представляю себе какие-нибудь опасные ситуации: нападение бандитов, например,

или стихийное бедствие – землетрясение, наводнение, мне становится беспокойно прежде всего за моих стариков. И хоть мой папа гораздо сильнее

меня, я беспокоюсь за него больше, чем за себя. И все же лучше неприятное объяснение с отцом и матерью, чем вязнуть дальше в этой истории. Лучше

признаться в плохом, чем продолжать его.
    – Хорошо, – сказал я, – когда вам понадобится получить деньги за музыкантов, я это сделаю.

  22

    Утром ко мне явился Игорь.
    – Дрыхнешь, старик?
    – Лежал, читал.
    – Бальзак... – Игорь повертел в руках книгу, потом положил. – Архаика, каменный век... Как ты сквозь это продираешься?
    – Продираюсь.
    – Бесконечные описания, никому не нужные детали, занудство, недержание мысли.
    – Зато какие мысли!
    – Писатель не должен высказывать своих мыслей: рассуждения автора мешают читателю думать самому.
    – Все зависит от количества серого вещества в мозгу, – возразил я. – Меня лично мысли Бальзака поражают своей глубиной. И какие страсти,

какие образы! Растиньяк! Или Вотрен – могучая фигура!
    Игорь снисходительно улыбнулся:
    – Мелодрама, провинциальный театр, буффонада, страсти-мордасти... В сущности, единственная тема Бальзака – деньги, как делать деньги.