Книга Маугли читать онлайн (Редьярд Киплинг)

     Была  темная ночь, когда Хатхи и его трое сыновей без шума
вышли из джунглей, сломали хоботами жерди, и вышки  упали,  как
падает  сломанный стебель болиголова, а люди, свалившись с них,
услышали глухое урчанье слонов. Потом авангард напуганной армии
оленей примчался и вытоптал деревенское пастбище  и  вспаханные
поля;  а  за ними пришли тупорылые свиньи с острыми копытами, и
что осталось после  оленей,  то  уничтожили  свиньи.  Время  от
времени  волки  тревожили  стада,  и те, обезумев, бросались из
стороны в сторону, топча зеленый ячмень и ровняя с землей  края
оросительных  каналов.  Перед  рассветом  в одном месте на краю
круга хищники отступили, оставив открытой дорогу на юг, и олени
ринулись по ней, стадо за стадом. Другие, посмелей,  залегли  в
чаще, чтобы покормиться следующей ночью.
     Но  дело  было  уже  сделано. Утром крестьяне, взглянув на
свои  поля,  увидели,  что  все  посевы  погибли.  Это  грозило
смертью, если люди не уйдут отсюда, потому что голод был всегда
так  же близко от них, как и джунгли. Когда буйволов выгнали на
пастбища, голодное стадо увидело, что олени дочиста  съели  всю
траву,   и  разбрелось  по  джунглям  вслед  за  своими  дикими
товарищами. А когда наступили сумерки, оказалось, что  три  или
четыре  деревенских  лошади  лежат  в  стойлах  с  проломленной
головой. Только Багира умела наносить такие удары, и только  ей
могла  прийти в голову дерзкая мысль вытащить последний труп на
середину улицы.
     В эту ночь крестьяне не посмели развести костры на  полях,
и  Хатхи  с  сыновьями вышел подбирать то, что осталось; а там,
где пройдет Хатхи, уже нечего  больше  подбирать.  Люди  решили
питаться зерном, припасенным для посева, пока не пройдут дожди,
а  потом наняться в работники, чтобы наверстать потерянный год.
Но пока хлеботорговец думал о своих корзинах, полных зерна, и о
ценах, какие он будет брать с покупателей, острые  клыки  Хатхи
ломали  угол его глинобитного амбара и крушили большой плетеный
закром, где хранилось зерно.
     После того как обнаружили эту потерю, пришла очередь жреца
сказать  свое  слово.  Богам  он  уже  молился,  но   напрасно.
Возможно, говорил он, что деревня, сама того не зная, оскорбила
какого-нибудь бога джунглей: по всему видно, что джунгли против
них.  Тогда  послали  за  главарем  соседнего  племени бродячих
гондов, маленьких, умных, черных, как уголь, охотников, живущих
в  глубине  джунглей,  чьи  предки  происходят  от   древнейших
народностей  Индии -- от первоначальных владельцев земли. Гонда
угостили тем, что нашлось, а он стоял на одной ноге, с луком  в
руках и двумя-тремя отравленными стрелами, воткнутыми в волосы,
и  смотрел не то с испугом, не то с презрением на встревоженных
людей и  на  их  опустошенные  поля.  Люди  хотели  узнать,  не
сердятся  ли  на  них  его боги, старые боги, и какие жертвы им
нужны. Гонд ничего не ответил, но сорвал длинную плеть ползучей
дикой тыквы, приносящей горькие плоды, и заплел ею двери  храма
на  глазах  у  изумленного божка.