Книга Таня Гроттер и перстень с жемчужиной читать онлайн (Дмитрий Емец)

   — Да, хорошо. Если бы я засмеялся, вы могли бы взорваться…
   — Что?! Это как еще? — мрачно спросил Ягун.
   Коля показал руками как. Выходило, что играющий комментатор взорвался бы изнутри.
   — Тут было бы грязно… Очень грязно, — сказал он виновато.
   Ягун кивнул. Почему-то он не усомнился, что если Коля Кирьянов засмеется, то все так и будет.
   — М-да. Весело с тобой… Славный ты паренек, — сказал он озабоченно.
   Услышав, что он славный, Коля Кирьянов заулыбался, и Ягун с тревогой ощутил, что его начинает раздувать изнутри.
   — Я так рад, что вас встретил… Так счастлив! Можно, на «ты», да? — спросил Коля.
   — Можно. Если тебя это не слишком обрадует… Мне хочется немного пожить, — попросил Ягун, в тревоге косясь на свой живот.
   Коля торжественно пообещал, что он попытается не смеяться.
   — Немного радоваться все же можно. Тебя это будет только наполнять силами! Уж я-то знаю! — заверил он Ягуна.
   — Верю, во все верю, Колян! Я по жизни доверчивый, — сказал Ягун.
   Его, наконец, перестало пучить, и он смог вздохнуть спокойно. Одновременно он с опозданием понял, почему у Поклепа, который привез Колю в Тибидохс, был такой полуживой вид. Должно быть, во время полета Коля боялся и… со всеми вытекающими.
   — А чего ты плакал-то? Ты же уже взрослый такой мужик… Лет двенадцать-то есть? — покровительственно спросил он у Коли.
   — Де… десять… почти.
   — Отличный возраст — десять лет! Самый расцвет юности! Столько всяких дел: пылесосы, авантюры, циклопов дразнить. А ты плакать на лестнице! Это, брат ты мой, не дело! Ты же, брат ты мой, подрастающее поколение… Скоро я буду стар и дряхл, и весь груз магического мира ляжет на твои плечи, сын мой Коля! — сказал Ягун, с удовольствием принимая важный и назидательный тон.
   Коля Кирьянов слушал его с таким восторгом, что играющему комментатору стало неловко. В животе опять что-то забурлило. Ягун понял, что градус восторга Коли необходимо срочно понизить.
   — Так чего-то ты плакал-то? — повторил Ягун уже менее пафосным голосом.
   — Меня дразнят!
   — Тебя? Ну они, блин, смертники в натуре!.. — изумился Ягун.
   Кирьянов вздохнул.
   — Кто дразнит-то? Однокурсники? — уточнил Ягун.
   — Да многие… Говорят, что я косоглазый и тощий как гли… глис…
   — Спокойно! Я понял! Пусть это будет червяк!.. Дыши глубже! — в тревоге крикнул Ягун, обнаруживая в правом глазу Коли вполне уже созревшую слезу.
   Кирьянов задышал, и мозг у играющего комментатора перестал плавиться.
   — Ерунда! — сказал Ягун. — Слушай меня, брат мой, и запоминай. Будешь цитировать своим детям, а они детям своих детей… Идеальных людей не бывает! У каждого есть хотя бы один недостаток. Кто-то толст, у кого-то лицо в прыщах, у кого-то ноги кривые, у кого-то фамилия звучит как у потомственного кретина, или на зубах пластинка… И, разумеется, находятся люди, которые счастливы об этом напомнить, чтобы жизнь медом не казалась. Вы злитесь, втайне страдаете, пытаетесь отшутиться, выискиваете убийственные фразочки…
   — Они почему-то не срабатывают! — перебил Коля.
   — Ты мудр, сын мой. Разумеется, они не срабатывают.