Книга Таня Гроттер и перстень с жемчужиной читать онлайн (Дмитрий Емец)

Единственным подходящим убежищем оказались их собственные ангары, где ими немедленно занялись драконюхи.
   Ванька и Ягун, сброшенные ураганом с пылесоса, повисли на ускоренных тормозящих. Ураган швырял их из стороны в сторону, и в его завываниях угадывалась чья-то непреклонная воля.
   Когда Ванька почти уже лишился надежды, что когда-нибудь его перестанет швырять, ураган внезапно стих. Напоследок тугая петля свиста захлестнула Ваньку и Ягуна и бросила к ногам Соловья О.Разбойника. Сверху, почти на голову Ягуну, упал его пылесос. Единственный глаз Соловья О.Разбойника сердито перескакивал с играющего комментатора на Ваньку. Ягун увидел, как с песка один за другим поднимаются игроки младшей сборной. К некоторым из них бегут санитарные джинны.
   — Вы сорвали тренировку! Едва не оставили Тибидохс без команды. Я не пытаюсь найти в ваших поступках логики. Я лишь спрашиваю: зачем?!! — сказал он с раздражением.
   Послышались торопливые, точно воробьиные удары крыльев, и на колени сидящему на песке Ваньке опустился Тангро. Неизвестно, где он переждал бурю, но вид у него был бодрый. И произошло странное. Соловей вдруг неуклюже — мешала негнущаяся нога — лег на песок и совсем близко посмотрел на Тангро. Того, что тот дохнет пламенем, Соловей почему-то не опасался. И, ощущая это, дракончик вел себя паинькой.
   Ванька застыл. Он не верил своим глазам. Круглое, щетинистое лицо Соловья сморщилось. Из орбиты невидящего глаза, в который ударила когда-то стрела Ильи Муромца, по щеке скатилась слеза.
   — Что с вами? Что случилось? — забеспокоился Ванька.
   Соловей не ответил. Медленно, очень медленно он поднял руку и потянулся к Тангро. Дракончик, не любивший прикосновений, выпустил из ноздрей предостерегающую струйку дыма.
   — Осторожно! Он так не любит! — предупредил Ванька.
   Рука Соловья на несколько секунд застыла, а затем втрое медленнее продолжала приближаться. Делая пальцами ритмические движения, он завораживал дракона, удерживая его от огнеметания. Наконец палец Соловья коснулся носа Тангро, остановился на минуту, закрепляя успех, и уже решительнее скользнул по спине, не касаясь раскаленных зубцов.
   — Пелопонесский малый… Прекрасная благородная порода! Но откуда он у вас? Я думал, их всех уничтожили, — любуясь им, спросил Соловей.
   Голос у него взволнованно дрожал. Драконы для драконбольного тренера были тем же, чем кони для опытного лошадника. Его воздухом, его жизнью.
   — Уничтожили? Кто?
   — Никто не знает. Пелопонесских малых всегда было немного. Самое большее несколько десятков. Редкая порода. Умные, неугомонные создания. Единственные ныряющие драконы… Прекрасно приручаемые, сообразительные… Столетиями они жили бок о бок с магами, как домашние звери. А потом, где-то около века назад, началось это, — отвечал Соловей.
   — Убийства, да?
   Тренер отвел взгляд в сторону, точно стыдясь глядеть на Тангро.
   — Да. Их находили мертвыми каждое утро. Первое время никто не предавал этому значения, поскольку погибали они в разных странах, незаметно, а никто никогда не вел статистики. Лишь много времени спустя, когда пелопонесских малых осталось меньше двадцати, кто-то отметил странное обстоятельство. Все драконы были уничтожены одинаково.
   — Как? — быстро спросил Ванька.
   Соловей зачерпнул горсть песка и, сильно сжав его, пропустил между пальцев.
   — Превращены в камень и разбиты, буквально раскрошены в песок. Последних драконов пытались защитить, но это ни к чему не привело. Кто-то выслеживал их по одному и беспощадно убивал.