«Что это за люди?» – подумалось мне. Я пытался их спрашивать, но они отвечали на незнакомом языке. Их было трое. Они были одеты в черное. Лица у них были закрыты, но для пустыни это обычно. Они готовились ко сну. Я закрыл глаза, а когда открыл, один из них как раз открыл свое лицо и склонился надо мной. Я не на шутку испугался! У него было совершенно голубое лицо, как у мертвеца. Позже я немного пришел в себя и вспомнил рассказы арабов о «земле страхов» где‑то в глубине Сахары, где живут «голубые люди пустыни». Но вы можете себе представить, какое жуткое впечатление это на меня произвело. Какое‑то время мне казалось, что я уже где‑то не на этой земле. Вот почему я так хорошо все запомнил и так подробно вам рассказал.
Я пробовал разговаривать с ними, объясняя, что мне нужно в Луксор, но они непонимающе разводили руками. Я‑то хотел, чтобы эти люди поняли, что я не могу с ними ехать, что мне нужно совсем в другую сторону. Они долго переговаривались на своем языке, показывая на меня, и повторяли одно слово:
– Марабу…
Мне было известно, что эта похожая на аиста птица обитает в Африке, но на северном и южном окончании континента ее не встретишь. Почему, обращаясь ко мне, они повторяли название этой птицы? Пока что я не стал ничего выяснять, да у меня и не получалось общения с этими всадниками. Обращались они со мной весьма уважительно, делились едой. Но уж и скудна она была! Верблюжье молоко да финики. С ощущением их вкуса на губах я и вступил в самое необычайное в своей жизни приключение…
Караван
Минуло несколько дней, мы двигались на запад. Уже близился вечер, когда мои избавители вдруг остановились и принялись жестикулировать, на что‑то показывать, взволнованно что‑то говорить. Вдали, на фоне гаснущего дня и желтых песков появились темные подвижные полоски. Это был караван.
Караван. Какое это необыкновенное зрелище! Сотни верблюдов, десятки людей, товары, шатры… Караван остановился на ночлег. Мы подъехали к самому видному шатру, остановились перед ним. Мои спутники сошли с верблюдов, быстро переоделись в полосатые, голубые, открытые с боков длинные и широкие туники, которые они называли гандурами. Весьма тщательно закрыли лица. По их поведению я догадался, что в роскошном шатре обитает какая‑то важная персона. Так оно и оказалось. Но… вы только послушайте! Ни за что не поверите! Из шатра вышла молодая, красивая женщина. И оказалось, что это она ведет караван. Как же я жалел, что со мной нет Новицкого, это ведь Тадек всегда нравился женщинам. Может быть, нас бы, благодаря тебе, и выпустили?
Тем временем начались приветственные церемонии. Я не преувеличу, если скажу, что они длились не меньше часа. Я заметил, что некоторые фразы повторялись не один раз. Позднее мне довелось узнать, что обмен любезностями и различными сведениями повторяется десятикратно. Поскольку я помнил, отец, что ты любишь собирать любопытные данные об обычаях разных народов, я постарался уяснить содержание приветствий. Выглядело это примерно так:
– Здравствуй, – начали мои спутники.
– Здравствуйте! – ответила женщина.
– Приветствуем тебя.
– И я вас приветствую!
– Как проходит путешествие?
– Хорошо! А у вас как?
– Все в порядке? Как твои люди?
– Милостью Аллаха все здоровы.
– Хвала ему! – отвечали они. – А много ли молока у верблюдов? – продолжали они задавать вежливые вопросы.
– Слишком мало!
– Пальмы хорошо плодоносят?
– Достаточно. Когда в последний раз шел дождь? – Это, по моему мнению, самый важный в пустыне вопрос.
– Не слышали. Везде сушь, – ответили ей.
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Свежее в блогах