К этому времени Абдулла увидел пустыню – та казалась бледным морем к югу от Ингарии, хотя ковер уже поднялся так высоко, что внизу было почти ничего не различить.
– Теперь я понимаю: солдат согласился, что я выиграл спор, поскольку хотел убедить меня в своей честности, – сокрушался Абдулла. – Думаю, он с самого начала хотел украсть джинна, да и ковер, должно быть, тоже.
Софи стало интересно. К великому облегчению Абдуллы, она даже несколько ослабила хватку.
– Нельзя винить этого джинна за то, что он всех ненавидит, – заметила она. – Вспомните, каково вам было, когда вас заперли в подземелье.
– Но солдат… – начал было Абдулла.
– Это совсем другое дело! – отрезала Софи. – Ну погодите, я до него доберусь! Ненавижу тех, кто распускает слюни при виде милых зверюшек, а сам норовит обдурить каждого встречного! Так вот, что касается этого вашего джинна, – по всему выходит, ифрит сам устроил так, чтобы джинн оказался у вас. Вам не кажется, что все это входит в план, по которому оскорбленный жених должен помочь ифриту одолеть братца?
– Полагаю, да, – отвечал Абдулла.
– Значит, когда мы доберемся до замка в облаках, если мы, конечно, направляемся именно туда, – продолжала Софи, – то сможем заручиться помощью других оскорбленных женихов, которые тоже спешат на помощь возлюбленным…
– Вероятно, – осторожно отозвался Абдулла. – Однако, о бдительнейшая из кошек, мне помнится, что стоило ифриту заговорить, как вы укрылись в кустах, а между тем ифрит явственно дал понять, что никого, кроме меня, он в замке не ждет.
Абдулла поднял голову. Становилось все прохладней, а звезды казались слишком уж близко, и от этого было как-то неуютно. В темной синеве неба появился серебряный оттенок – видимо, откуда-то пытался пробиться лунный свет. Это было очень красиво. Сердце у Абдуллы екнуло – он подумал, что, может быть, и вправду уже на пути к спасению Цветка-в-Ночи.
К несчастью, Софи тоже подняла голову. Хватка усилилась.
– Говорите! – велела она. – Мне до смерти страшно!
– Говорите тогда и вы, о храбрая заклинательница, – отвечал Абдулла. – Закройте глаза и поведайте мне о том очинстанском принце, за которого просватана Цветок-в-Ночи.
– Что-то я с-сомневаюсь, что она за него просватана, – сказала, заикаясь, Софи. Ей было действительно очень страшно. – Сын короля еще в пеленках. У короля, правда, есть брат, принц Джастин, но он вроде бы собирался жениться на принцессе Беатрис Дальнийской, только вот она не хотела об этом даже слышать и сбежала. Как вы думаете, ифрит и ее похитил? Наверное, вашему султану просто хочется заполучить кое-какое оружие, которое создали наши маги, а другого пути у него нет. Когда наемники отправляются на юг, им не позволено брать с собой это оружие. Хоул говорит, что и наемников посылать не стоит. Хоул… – Голос у нее прервался. Руки, стиснувшие локоть Абдуллы, задрожали. – Говорите! – прохрипела она.
Дышать становилось трудно.
– Едва ли мне удастся, о сильнорукая шахиня, – просипел Абдулла. – Воздуха не хватает. Но разве не в ваших силах сотворить колдовские чары, чтобы нам было чем дышать?
– Видимо, нет. Вот вы называете меня колдуньей, но для меня все это в новинку, – возразила Софи. – Когда я была кошкой, то только и могла, что становиться больше. – Тем не менее, она на миг отпустила локоть Абдуллы, чтобы проделать над головой несколько коротких резких взмахов. – Знаешь что, воздух? – объявила она. – Постыдился бы! Придется тебе сделать так, чтобы нам дышалось хотя бы чуточку полегче, чем сейчас, а то мы долго не продержимся.
Свежее в блогах