Блог клуба Ирина Тульская

А мне-то внушали –
всё проще простого:
дурак и лачуга,
бедняк и заплаты,
а истина – в корне,
в стакане, ex ovo,
микробом убитым
на пальцах Пилата!

Закат над Голгофой
прожжёт папиросой
лазурное небо.
К дождю приготовясь,
оно улыбнётся
над детским вопросом
наивным моим:
а почём нынче совесть?

Ты плачешь, сморкаешься с шумом –
под стрёкот последних известий
луна, словно дочь Монтесумы,
готова к охоте и мести.

Уже наливается соком
антоновка нашего сада,
и страшное – «око за око» –
мне слышать сегодня б не надо.

А сердце – как будто на вилах:
болит и даёт перебои,
но я бы тебя не любила,
когда бы ты не был собою…

Мне бы собраться с мыслями…
В небе луна-распутница
С вечной гримасой кислою
Долькой лимонной крутится.

На языке и в памяти
Тысячей горьких «если бы»
Место с табличкой «Занято»
Манит пустыми креслами.

Пахнет увядшим донником,
Каин хоронит Авеля...
Я не читаю сонники,
Вот и живу неправильно.

Мне бы собраться с чувствами,
Ночь подвести итогами.
В небе смеётся шустрая
Звёздочка: – Спи, убогая…

Нам отсыпано полной мерой:
Ожиданья, разлуки, встречи…
Но надежда не ладит с верой,
А любовь никого не лечит
От себя!  Нелегко Амуру –
Вот он, вьётся, щекастый ангел!
Если б пил по утрам микстуру,
Не линял бы! А, может, к Ванге
Обратиться? Пора на деле
Отвечать за свои проказы!
Полынья на реке, Емеля,
Подо льдами, тебе без мазы!
Без обеда, братишка, то есть…
Что молчишь-то? Не рыба! Ну же…
Млечный путь, как нарядный пояс,
Забубённой душе не нужен.
Ближе к ночи, над снегом серым
Изгибается месяц в профиль.
Ну а что же – надежда с верой?
Помирились! Зовут на кофе…

Свой день соберу из обычных для смертного крошек,
Сложив, проживу и спокойно из рук отпущу.
Великий Гуру, не держите меня за Гавроша,
Ведь Ваш подзатыльник отцовский подобен "лещу"!

Живу, как трава! Ну и что? Под травой, над травою
Такая же жизнь – мураша, червяка, журавля.
Пусть, я не права – сто Америк за сутки закрою,
И снова по-детски открою их утром с нуля.

Совсем не во сне – в изготовленной собственноручно
Стране, где земля под ногами, как ласковый шёлк,
Дождём по весне захлебнуться мне, Боже, не скучно!
Я к Вам не спешу, здесь, поверьте, весной хорошо!

Как будто – вода, вытекает по каплям нескладный
Короткий мой век. (Не об этом ли давеча Вы?)
Позвольте туда, в мир иной пронести контрабандой
Пучочек малюсенький пахнущей жизнью травы…

Последний час зимы...
Зрачок синюшный газа,
Кофейник на плите –
Почти уютный дом!
Здесь я и ты – не «мы»,
Но я-то знала сразу
(Ты сам того хотел…):
Что смысл совсем не в том…

А, может – не тогда
(Ну, кто об этом скажет?)
Мы оба рождены,
Коль старый кукловод,
Решив, что чехарда
С судьбой – навряд ли гаже,
Чем фраза: вы – не «мы»,
За сценой водку пьёт?

И после, спьяну смел,
Промолвив: – Третий – лишний!
В конвульсиях зимы
Отделит «я» от «ты»…
Ты сам того ль хотел?
Кивни, (мне плохо слышно),
Что нам без всяких «мы»
Хватает суеты…

Смолотое Туккией-весталкой
В тонкую муку для свежих пит,
Облако в подол рыдает жалко
Женщине, которая не спит.

Выбор тут, поверьте, не случаен:
Пусть она давно не Элли Смит –
Всех несчастных в доме привечает
Женщина, которая не спит.

Тень от фонаря ползёт аллеей,
Сгорбленная, словно инвалид,
Сирую поймёт и пожалеет
Женщина, которая не спит.

Дождик, отмывая с мира скверну,
В лужах фонтанирует, как кит,
Право, только выдумка, наверно,
Женщина, которая не спит?

Истина таится чаще – в малом
И непритязательном на вид:
Я сама всю ночь стихи читала
Женщине, которая не спит…

Сколько Ма'кошь недолю ни кликала –
На Земле всё опять как всегда:
Зарастают луга повиликами,
Одноглазо моргает звезда.

Так же рыба стремится на нересты,
Раздирая о камни живот,
А меж солнцем и облаком перистым
Та же радуга в небе живёт.

Лезут в окна упрямые Финисты,
Спорят Марьи с сиротской судьбой,
Значит –  я (не хрустальная) вынесу
То, что вынесет, впрочем, любой…

У порога сложен,
Мается багаж,
Где-то подороже
Ты себя продашь
Завтра, а покуда –
Просто гасишь свет,
Поцелуй иуды –
Слаще яда нет…
Капельки заката
Скиснут, как вино.
В чём я виновата –
Будет всё равно…

Не озеро, не море, не ручей
Качает нашу лодочку, пока
Ты возишься с пылинкой на плече
Накинутого наспех пиджака.

Природных катаклизмов не любя,
Навязываешь правила и мне,
Но сколько ни обманывай себя –
Окажешься с собой наедине…

Пусть лодочка, коснувшаяся дна,
Утонет, не спасённая никем,
Надеюсь, что оставит и она
Пылинку на Господнем сюртуке.