Книга Неизвестный солдат читать онлайн (Анатолий Рыбаков)

И Мария Лаврентьевна тоже смотрела на меня, как родная тетя на племянника-сиротку.
    Потом она сказала:
    – Счастливо тебе доехать, Сережа!
    И выражение ее грубого, обветренного лица было точно такое, какое было, когда мы хоронили неизвестного солдата.
    – Спасибо, тетя Маша!
    Я повернулся и быстро пошел дальше.
    Проходя мимо катка, я увидел Маврина. На этот раз у него был здоровенный синяк под глазом.
    – Алло, Серега! – Маврин сошел с катка. – Слухай, – сказал он, – в Сибирь едешь?
    «Слухай» он говорил, когда изображал из себя моряка-черноморца.
    – Еду.
    Он порылся в карманах комбинезона, вытащил пачку денег, одни двадцатипятирублевки:
    – Вот, ребята собрали.
    – Да у меня есть! – закричал я.
    – Брезгуешь нами? – спросил Маврин таким тоном и с таким выражением на лице, какие были у него, наверно, когда он затевал в окрестных

деревнях свои драки.
    – Ну, спасибо! – Я взял деньги.
    – Только смотри не пропей! – крикнул мне вдогонку Маврин.
    Навстречу мне ехал самосвал. За рулем сидел Юра. Увидев меня, он притормозил. Но я прошел мимо – с Юрой я не разговаривал.
    – Сережа!
    Я не оглянулся.
    Потом я услышал за спиной прерывистое, то спадающее, то нарастающее, гудение мотора, которое он издает, когда машина разворачивается на

узкой дороге.
    Гудение мотора приближалось. Наконец Юра поравнялся со мной.
    – Садись, подвезу.
    – Дойдем, – ответил я, не сбавляя шага.
    – Будь человеком! – сказал Юра. Он медленно ехал рядом со мной.
    Я ему ничего не ответил.
    – Ты хочешь, чтобы я извинился? Пожалуйста, я извиняюсь.
    Черт с ним! Что бы там ни было, мы жили с ним в одном вагончике, и он давал мне руль.
    Я сел в кабину.

  31

    До Красноярска я долетел на «ИЛ-18», от Красноярска до Бокарей – на «ИЛ-14».
    Порядки на «ИЛ-14» приблизительно как на междугороднем автобусе, даже, наверно, можно остановиться по требованию. Задраили люки, убрали

лестницу, вырулили на дорожку, потом лестницу подвезли снова, открыли дверь: какой-то пассажир с женой и ребенком бежал к самолету. Здесь это

обычное явление.
    На «ИЛ-18» народ был солидный: командированные из Москвы работники министерств, международные делегации; нас кормили обедом, раздавали

конфеты «Взлетные» и «Театральные». На «ИЛ-14» ничего не давали, обедом не кормили, места были не нумерованы, и казалось, что половина

пассажиров едет без билетов – «зайцами».
    Летели бородатые геологи-изыскатели в джинсах и спортивных куртках, с рюкзаками, в кедах, женщины в брюках, загорелые отпускники с юга,

колхозники. Два механика втащили даже ящик с мотором, хотя проводница их не пускала. Рядом со мной здоровенный парень в ковбойке держал на

коленях большой горшок с цветком – подарок юга, как я заключил по его загорелому лицу.
    В веселости, приподнятости этих людей, которых я определил для себя как людей нового Севера, я ощутил ту музу дальних странствий, тот

дым костров, о котором мечтал и которого так и не нашел на своем дорожном участке.