Мир красивых стихов

В стоп-кадре лето засветилось,
Осадками в стаканы выпал дождь,
Что сразу не поймешь: то день ли запозднился,
То ли ночь на землю рано опустилась…
И тело Осени - уставшее - к земле склонилось,
А счастья мокрого мельчайшие частицы
Покрыли руки, волосы, ресницы
Серебряными

Мы в молчании с тобой утопаем...
И без слов,проникаем в души,
Ты любишь меня...я ведь знаю,
И ты для меня самый лучший...

Так давай мы с тобой,молча...просто...
Сохраним то ,что есть между нами,
Не к чему задавать мне вопросы,
Я ответы на них давно знаю...

И

Жить без мужчин?... да что за бред...
Как можно жить без половинки ?
Хотя от них не мало бед...
И море слёз, а не слезинки...
Но мы прощаем им грехи...
И снова называем "милый"...
За волшебство мужской руки...
За губ таинственную силу...
За сладость ночи,

Август шепчет берёзам на ушко
О безудержной щедрости ветра,
Об алмазных бусах рассвета,
Только им это вовсе, не нужно…

Им бы воли и правды света,
И рябин восхищённые взгляды,
Им приснилось, что будут одеты
Сентябрём в золотые наряды...

До вечерней туманной

Многие мечтают о настоящей любви.
А вы знаете, что это на самом деле?
Это не бесконечная романтика, цветы, утро вдвоем, помолвка, свадьба и дети.
Перед этим Вам суждено пройти вранье, ссоры, обиды, недостатки, возможно, даже предательство.
Через это проходят

Тебя ничем не удивишь, тебе не нужно ничего особенного, только самое малое, настоящее.
Насытившись, во всём ищешь одного — спокойствия.
Ты готов отдавать любовь, но в тишине прикосновений, когда слова лишние, а голоса — распугивают волю.
Ты хочешь дружбы,

Бегу по лужам. Опоздала!
Ну что за жизнь! Проклятый зонт!
Зачем, зачем же я сказала,
Что буду в восемь? Вот же… Черт!

А он шутил, что ждать не будет.
Шутил ли? Не сходи с ума!
Он будет там. А вдруг не будет?
Да будет. Я б его ждала…

Я опоздала. Нет прощенья,
Нет

Вам интересно - да? - как я живу,
С кем провожаю день, встречаю утро,
Что ем на завтрак, маюсь ли, плыву
По этим перекресткам предрассудков.

И сколько стоит купленный наряд,
Каким парфюмом пахнет в моем доме...
Хотите знать, кто мне безумно рад,
А в частности

Он твердит мне: « Ведь ты нелогична донельзя, вдрызг!
Почему тебе вечно и всюду нужны не те?
Из таких, кто тебя никогда себе не хотел?»
Объясняю на пальцах нехитрый весь механизм:
«Список правил в игре «любовь» неприлично мал,
До того, что нельзя и надеяться

Улыбнитесь тому, кто напротив,
Другу, близкому, даже врагу
Будним утром, закатом субботним,
Просто так, через все «не могу».

Вы увидите, как вам ответят
Удивлением сверкающих глаз.
Есть ли что-то волшебней на свете,
Чем зажженная радость от вас?

Незначительной

Есть мужчины, с которыми хочется быть женщиной.
Вопросительно—мягко наклонять голову, щуриться сквозь ресницы, качать головой с понимающим видом, выслушивать вдохновенные речи, светиться полуулыбкой стиля «мы с тобой одной крови».
Хочется откровенности —

У истинных женщин понятия чести:
Любить – безоглядно, жалеть – от души,
И если мужчину хвалить, то без лести,
А если с решением – то не спешить.
Надежды – с запасом, подарки – сердечно,
Объятия – крепко, желанья – в запой,
И если в постели – то быть безупречной,
А

Женщину Создатель наделил способностью Слышать.
Не просто воспринимать звуки, а уметь услышать, понять сердцем, принять душой.
Любому человеку очень важно быть услышанным, ведь это соединяет сердца, дарит близость и духовное единение.
Мужчина, которого

Да! Женщина бывает сильной!
В ней мудрость поколений всех живёт…
Преодолеет всё и всё сумеет,
Любовью одарИт и счастье принесёт…
Но иногда так хочется быть слабой,
Ребёнком тихим на руках уснуть!
Всплакнуть и, успокоившись, вздохнуть…
Увидеть доброту и свет

Ты есть… Пускай за тысячу километров. Ты есть…
Ты есть… И пусть часами продлятся метры. Ты здесь…
Со мной, в моих ладонях, глазах и сердце. В груди…
Постой, не уходи вот так с рассветом, не уходи…
Зову… Тебя за тысячу километров, иди ко мне.
Ловлю твои улыбки

И на кой он тебе сдался?
У него же душа- волчья.
Он неслышно к тебе подкрался-
И вот-вот разорвет в клочья.
Говорили тебе:"Дура!
Он играет с другой колоды.
Одичавшая он натура.
И совсем не твоей породы."
Он - безумие. Безрассудство.
И последних надежд потеря.
Между

Да, вы со мною были нечестны.
Бы предали меня. И, может статься,
Не стоило бы долго разбираться,
Нужны вы мне теперь иль не нужны?

Нет, я не жажду никакой расплаты!
И, как ни жгут минувшего следы,
Будь предо мной вы только виноваты,
То это было б пол еще беды.

Но вы, с душой недоброю своей,
Всего скорее даже не увидели,
Что вслед за мною ни за что обидели
Совсем для вас неведомых людей...

Всех тех, кому я после встречи с вами
Как, может быть, они ни хороши,
Отвечу не сердечными словами,
А горьким недоверием души.

Ты любишь меня и не любишь его.
Ответь: ну не дико ли это, право,
Что тут у него есть любое право,
А у меня - ну почти ничего?!

Ты любишь меня, а его не любишь.
Прости, если что-то скажу не то,
Ни кто с тобой рядом все время, кто
И нынче, и завтра, и вечно кто?
Что ты ответишь мне, как рассудишь?

Ты любишь меня? Но не странно ль это!
Ведь каждый поступок для нас с тобой -
Это же бой, настоящий бой
С сотнями трудностей и запретов!

Понять? Отчего ж, я могу понять!
Сложно? Согласен, конечно, сложно,
Есть вещи, которых нельзя ломать,
Пусть так, ну а мучиться вечно можно?!

Молчу, но душою почти кричу:
Ну что они - краткие эти свидания?!
Ведь счастье, я просто понять хочу,
Ужель как сеанс иль визит к врачу:
Пришел, повернулся - и до свидания!

Пылает заревом синева,
Бредут две медведицы: Большая и Малая,
А за окном стихает Москва,
Вечерняя, пестрая, чуть усталая.

Шторы раздерну, вдали - темно.
Как древние мамонты дремлют здания,
А где-то сверкает твое окно
Яркою звездочкой в мироздании.

Ты любишь меня... Но в мильонный раз
Даже себе не подам и вида я,
Что, кажется, остро в душе завидую
Ему, нелюбимому, в этот час.

История с печалью говорит
О том, как умирали фараоны,
Как вместе с ними в сумрак пирамид
Живыми замуровывались жены.

О, как жена, наверно, берегла
При жизни мужа от любой напасти!
Дарила бездну всякого тепла
И днем, и ночью окружала счастьем.

Не ела первой (муж пускай поест),
Весь век ему понравиться старалась,
Предупреждала всякий малый жест
И раз по двести за день улыбалась.

Бальзам втирала, чтобы не хворал,
Поддакивала, ласками дарила.
А чтоб затеять спор или скандал -
Ей даже и на ум не приходило!

А хворь случись - любых врачей добудет,
Любой настой. Костьми готова лечь.
Она ведь точно знала все, что будет,
Коль не сумеет мужа уберечь...

Да, были нравы - просто дрожь по коже
Но как не улыбнуться по-мужски:
Пусть фараоны - варвары, а все же
Уж не такие были дураки!

Ведь если к нам вернуться бы могли
Каким-то чудом эти вот законы -
С какой тогда бы страстью берегли
И как бы нас любили наши жены!

Артистке цыганского театра "Ромэн" -
Ольге Кононовой

Ах, как бурен цыганский танец!
Бес девчонка: напор, гроза!
Зубы - солнце, огонь - румянец
И хохочущие глаза!

Сыплют туфельки дробь картечи.
Серьги, юбки - пожар, каскад!
Вдруг застыла... И только плечи
В такт мелодии чуть дрожат.

Снова вспышка! Улыбки, ленты,
Дрогнул занавес и упал.
И под шквалом аплодисментов
В преисподнюю рухнул зал...

Правду молвить: порой не раз
Кто-то втайне о ней вздыхал
И, не пряча влюбленных глаз,
Уходя, про себя шептал:

"Эх, и счастлив, наверно, тот,
Кто любимой ее зовет,
В чьи объятья она из зала
Легкой птицею упорхнет".

Только видеть бы им, как, одна,
В перештопанной шубке своей,
Поздней ночью спешит она
Вдоль заснеженных фонарей...

Только знать бы им, что сейчас
Смех не брызжет из черных глаз
И что дома совсем не ждет
Тот, кто милой ее зовет...

Он бы ждал, непременно ждал!
Он рванулся б ее обнять,
Если б крыльями обладал,
Если ветром сумел бы стать!

Что с ним? Будет ли встреча снова?
Где мерцает его звезда?
Все так сложно, все так сурово,
Люди просто порой за слово
Исчезали Бог весть куда.

Был январь, и снова январь...
И опять январь, и опять...
На стене уж седьмой календарь.
Пусть хоть семьдесят - ждать и ждать!

Ждать и жить! Только жить не просто:
Всю работе себя отдать,
Горю в пику не вешать носа,
В пику горю любить и ждать!

Ах, как бурен цыганский танец!
Бес цыганка: напор, гроза!
Зубы - солнце, огонь - румянец
И хохочущие глаза!..

Но свершилось: сломался, канул
Срок печали. И над окном
В дни Двадцатого съезда грянул
Животворный весенний гром.

Говорят, что любовь цыганок -
Только пылкая цепь страстей,
Эх вы, злые глаза мещанок,
Вам бы так ожидать мужей!

Сколько было злых январей...
Сколько было календарей...
В двадцать три - распростилась с мужем,
В сорок - муж возвратился к ней.

Снова вспыхнуло счастьем сердце,
Не хитрившее никогда.
А сединки, коль приглядеться,
Так ведь это же ерунда!

Ах, как бурен цыганский танец,
Бес цыганка: напор, гроза!
Зубы - солнце, огонь - румянец
И хохочущие глаза!

И, наверное, счастлив тот,
Кто любимой ее зовет!